У меня к ней дело на миллион фунтов, добавил Дик про себя и улыбнулся, представив себе реакцию прислуги на такое сообщение.
— Нету ее, — последовал резкий ответ. — Сказала же, нету. В этот уехала, как там его, Лондон. В га-ле-ре-ю.
«В галерею» собеседница Дика произнесла медленно, нараспев. Сразу чувствовалось, что она нечасто употребляет такие слова.
— Слышали? — переспросила она Дика. — В га-ле-ре-ю. На вус… выс…
— Выставку, — машинально подсказал Дик.
— Точно, на выставку, — обрадовалась служанка. — И когда вернется, ниче не сказала.
— Спасибо, извините за беспокойство, — выдавил из себя Дик, не вслушиваясь в малограмотное бормотание женщины, и положил трубку на место.
— Дик Тревис, ты болван! — воскликнул он вслух и вскочил с кресла.
Как можно было упустить из виду факт, что сейчас в Лондоне, в галерее Тейтгейт проходит выставка скульптурных редкостей из частных коллекций? Выставка совсем небольшая, внимания привлекла мало. Коллекционеры и агенты с большим нетерпением ожидали приближающегося аукциона Сотби. Но как он, Дик Тревис, мог не подумать о том, что владелица Снежной Пантеры захочет выставить ее в галерее?
Дик взглянул на часы. Галерея еще будет работать два часа. Правда, с Холланд Парк Авеню до Тейтгейт Сквер путь неблизкий… Но когда его останавливали расстояния?
Дик стремглав выбежал из комнаты, забыв выключить свет, и уже через две минуты сидел в такси. Чутье никогда не подводило его, и сейчас он точно знал, что присутствие леди Колинворт вместе со Снежной Пантерой в Лондоне сулит успех его предприятию. Неспроста именно сейчас статуэтку Макроев привезли на выставку. В этом залог того, что очень скоро она поменяет своего владельца, а он, Дик Тревис, получит гигантские комиссионные!
2
Галерея Тейтгейт располагалась на первом этаже большого торгового комплекса и занимала всего пять смежных комнат. Как Дик и ожидал, посетителей в этот час было немного.
Он купил билет и не без трепета вступил в знакомое помещение. Судя по каталогу, Снежная Пантера находилась в третьем зале. По укоренившейся привычке Дик медленно обошел первые две комнаты. Он не думал, что за ним наблюдают, однако осторожность никогда не помешает. Если в галерее Тейтгейт есть сейчас кто-нибудь, кто знает Дика Тревиса, он ни за что не заподозрит, зачем он явился на выставку.
Снежную Пантеру Дик увидел сразу, как только вошел в третью комнату. Она стояла в середине зала под стеклянным колпаком, освещенная неярким голубым светом. То ли потому, что остальной свет в зале был приглушен, то ли потому, что голубые блики на белом смотрелись особенно впечатляюще, но Дику показалось, что знаменитая статуэтка Макроев словно светится изнутри.
Он подошел ближе, не в силах отвести глаза от статуэтки. Об осторожности уже не думалось. Впрочем, малочисленные посетители галереи также столпились вокруг Снежной Пантеры, так что поведение Дика было легко объяснимо. Он всего лишь вел себя так, как все вокруг — поражался замыслу мастера…
Дик подошел вплотную к стеклянному колпаку. Пожалуй, лорда Бруксфилда можно понять — любой увлеченный коллекционер пожелал бы иметь такое в своей коллекции. Однако Дика от одного взгляда на Снежную Пантеру пробирал мороз.
Статуэтка вполне соответствовала описанию в картотеке Дика. Не больше фута в высоту, искусно вылепленная из белой глины статуэтка женщины с головой животного из семейства кошачьих. На женщине было длинное свободное белое платье, подвязанное на талии тонким пояском, и она словно шла куда-то, немного наклоняясь вперед, чтобы защитить себя от сильного ветра или снега.
Она как будто пробивается сквозь снежную бурю, невольно подумал Дик. Голубой свет, омывающий статуэтку, только усиливал это впечатление. Но если в фигурке женщины ощущалась некая потерянность и обреченность, то голова пантеры на этом хрупком изящном теле выражала совсем иные эмоции. Она была оскалена навстречу ветру и снегу, уши плотно прижаты, а с отточенных клыков, казалось, вот-вот закапает слюна. Мастерство неизвестного скульптора сказывалось в каждой черточке статуэтки: и складки платья, колышущиеся на ветру, и острые зубы, и весь изгиб тела этого странного, бредущего в неизвестность существа были воплощены с максимальной точностью. Словно мастер творил с натуры создание, которое на самом деле являлось плодом его неукротимой фантазии…
— Вот зверюга-то, — ахнул кто-то за плечом Дика.
Точно, усмехнулся про себя Дик. Хотел бы я посмотреть на человека, которому пришла в голову эта штуковина. Или на человека, который захотел бы держать ее в своем доме… Бруксфилд сумасшедший, раз собирается выложить за этот ужас целый миллион… А девчонка, которая не желает с ней расставаться за огромные деньги, еще более сумасшедшая…
— Леди Кэтрин, дорогая моя, вот уж не ожидал увидеть вас здесь в этот час, — снова донеслось до ушей Дика. — Пришли полюбоваться на свое сокровище?
Тревис застыл на месте. Со стороны могло показаться, будто он по-прежнему пристально изучает необычный экспонат, но в действительности Дик весь превратился в слух и пытался разглядеть говоривших, не поворачивая головы.
— Просто была неподалеку и решила зайти, — ответила женщина.
Голос был низкий и отчетливый, и Дику не пришлось сильно напрягаться, чтобы расслышать слова. Легкий акцент с металлическими нотками явно указывал на то, что его обладательница не англичанка по национальности. Дик затаил дыхание. Вот так удача! Заскочил на пять минут, чтобы полюбоваться на предмет вожделения лорда Бруксфилда, и сразу же налетел на леди Колинворт!
Дик судорожно размышлял, как ему поступить. То ли взять быка за рога и, представившись леди Колинворт, поговорить о деле. То ли присмотреться к шотландке получше, так сказать, инкогнито и уже после выработать план действий. Здравый смысл требовал не тратить время зря и немедленно напомнить леди Кэтрин о соблазнительном предложении лорда Бруксфилда. Ни одна женщина не устоит перед миллионом фунтов, Бруксфилд просто неправильно подступился к делу… Однако чутье в который раз напоминало об осторожности.
А разговор между леди Колинворт и неизвестным мужчиной все продолжался.
— Вы надолго в Лондоне? — спросил мужчина.
— Послезавтра уезжаю. Как только выставка закроется.
— Сложно, наверное, перевозить этакую ценность?
— Да, хлопот хватает, — ответила женщина. — Но организаторы выставки очень помогли мне.
Тон леди Колинворт был отменно вежливым, однако в нем сквозил ощутимый холодок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
