Итак, газета была самым что ни на есть продуктом массового потребления.
Несмотря на то что газеты массово выписывали с доставкой в почтовый ящик, что повсеместно они были в шаговой доступности во всевозможных районных и ведомственных библиотеках, что их попросту вывешивали на специальных стендах под стеклом, свежие номера очень быстро разбирали во всех многочисленных киосках "Союзпечати". Причем, за газетами стояли и покупали не по одной и не по две, а сразу по три-пять газет.
Выглядело это так: дождавшись своей очереди гражданин многозначительно перечислял: "Вечерку", "Советский спорт", "Литературную газету", "Комсомолку" и еще журнальчики "Советский экран", "Наука и жизнь" и "Технику молодежи" (если повезет). Затем с умным видом сгребал увесистую стопку периодики и довольный растворялся в "суете городов и потоках машин".
Подрастающее поколение и представить не может, насколько "жадным до информации" был человек лет 30–50 тому назад. По объему прочитанного в день никакие "интернеты" конкуренцию не составят. Люди "проглатывали" газеты и журналы от корки до корки буквально на закуску, умудряясь еще "выудить" и проанализировать информацию "между строк". Потому что в газете присутствовали не только новости и официальные документы, в них было место и задушевному разговору о жизни, и обзор главных событий в стране и мире, и обсуждение насущных вопросов, и рассказ о выдающихся людях, и великолепная популяризация научных открытий, и острые фельетоны на злободневные темы, и лирические стихи, и калейдоскоп интересных событий и занимательных фактов. Неслучайно своеобразный "гимн газете" пропела популярнейшая актриса Татьяна Доронина еще в 1967 году:
Я мечтала о морях и кораллах, Я поесть хотела суп черепаший, Я шагнула на корабль, A кораблик оказался из газеты вчерашней…
А кто не помнит выражение "Утром в куплете — вечером в газете", отражающее неразрывную связь прессы и жизни? В те годы "попасть в газету", пусть даже это и была заводская многотиражка, означало проснуться знаменитым. Такую заметку, особенно, если там была напечатана фотография, люди хранили всю жизнь (на память для потомков) и ценили намного выше почетной грамоты и даже денежной премии. Потому что газета как бы выражала человеку всеобщее признание и уважение. Люди искренне верили, если о ком-то пишут в газете, значит человек действительно стоящий.
В 1973 году главный поэт СССР Роберт Рождественский так определил самое необходимое в жизни человека:
Человеку надо мало: чтоб тропинка вдаль вела. Чтоб жила на свете мама. Сколько нужно ей — жила… Человеку надо мало: после грома — тишину. Голубой клочок тумана. Жизнь — одну. И смерть — одну. Утром свежую газету — с Человечеством родство. И всего одну планету: Землю! Только и всего.
Разумеется, этим предназначение газеты не исчерпывалось. Прочитанная хозяином, а также его сослуживцами или родственниками, она продолжала свой долгий и разнообразный жизненный путь.
Пожалуй, немногие помнят, что старшее поколение, отправляясь за серьезной покупкой, любило заворачивать в газету крупную сумму денег. И в кармане надежнее лежит и воры не вытащат незаметно — газетка ой, как шуршит!
А кто не встречал маляров с шапкой из газеты? Или "культурно отдыхающих" мужичков, наподобие персонажей Вицина, Никулина и Моргунова, использующих газету вместо скатерти? Или какой ремонт обходился без газет? Всем было прекрасно известно, что перед тем, как оклеить обоями стены, сначала их надо выровнять газетами. Собираясь на работу, в газету заворачивали так называемые "тормозки" — бутерброды для перекуса.
Газета была другом, собеседником, помощником. И как хорошо, что и в наше цифровое и обезличенное время, мы все еще имеем возможность взять в руки свежий номер своей любимой газеты. Совсем как в старые-добрые времена!
Д — Домино
Наши воспоминания можно сравнить с золотовалютным резервом, стратегическим запасом, позволяющим не просто жить, но и обретать необходимую устойчивость в любых ситуациях, самых непростых житейских перипетиях.
Давно заметил, что человек, безалаберно относящийся к своему прошлому, живущий "от сегодня до завтра", со временем становится внутренним банкротом, у которого за душой лишь шиш с маслом. Вот потому наша память, как и деньги, любит и свой счет, и свой порядок. Одним словом, ей требуется собственная бухгалтерия. Мы должны не позволять затеряться нашим бытовым зарисовкам, ежедневным мелочам, из чего, собственно, и соткано время нашей жизни.
Тем, кто не живал в прежние времена, трудно вообразить, как с наступлением весеннего тепла оживали дворы обычных многоквартирных домов. На этих маленьких пятачках возникало несколько очагов или эпицентров "культурной и общественной" жизни, где в соответствии с возрастом, полом и прочими интересами "кучковались" люди пожилого возраста, взрослые, подростки и маленькие дети.
Стоит отметить, что люди тогда не только знали друг друга в лицо, по именам и даже отчествам. Они в полной мере владели биографией соседей, свободно ориентировались в их родственных связях, а также были прекрасно осведомлены о всех текущих событиях их жизни. Начиная от крупных бытовых покупок и заканчивая тем, у кого что было на обед. Впрочем, подобная "прозрачность бытия" мало кому мешала и мало кого напрягала, потому что в большинстве случаев люди сами охотно рассказывали о больших и малых событиях своей жизни.
Одним из неизменных центров притяжения для всего мужского населения сразу нескольких многоквартирных домов был обычный наскоро смастеренный столик под "доминошную".
Каждый вечер, после напряженного трудового дня, все или почти все мужики собирались возле него "забить козла", то есть сыграть в домино. Эта внешне незамысловатая, а на самом деле очень увлекательная и сложная игра владела умами миллионов наших соотечественников. Не случайно одной из самых популярных поговорок, подчеркивающих значимость домино, была фраза: "Это вам не шахматы, тут головой думать надо".
Я хорошо помню, как в детстве мы пацанятами поглядывали на поглощенную игрой компанию и хорошо знали, что вот это и есть самая, что ни на есть настоящая взрослая жизнь, я игра в домино сродни настоящим спортивным состязаниям. Вроде тех, что показывают по телевизору.
Действительно, домино было не только всенародной, но и по-настоящему спортивной игрой. По вариативности комбинаций оно существенно сложнее того же карточного "дурака", и хотя в нем нет системы соревнований, зато присутствует множество неписанных правил, придерживаться которых считается вопросом чести игрока.
Мужики "за столом с костями" никогда не злоупотребляли алкоголем, потому что игра требует собранности и хорошей реакции. В домино не играли на деньги, а только на интерес. Еще и на всеобщее уважение к победителям и мастерам. Таких "чемпионов" и "покорителей дворовых олимпов" и уважали совсем по-спортивному. По неведомым причинам они обладали настоящим авторитетом не только "в доминошне", но и в делах бытовых, при решении насущных вопросов, и очень часто выступали третейскими судьями в случае конфликтов между соседями.
Существует прекрасное стихотворение Ярослава Смелякова "В защиту домино", в котором отражена душа любимой забавы старшего поколения:
В газете каждой их ругают весьма умело и умно, тех человеков, что играют, придя с работы, в домино.
А я люблю с хорошей злостью в июньском садике, в углу, стучать той самой черной костью по деревянному столу.
А мне к лицу и вроде впору в кругу умнейших простаков игра матросов, и шахтеров, и пенсионных стариков.
Я к ним, рассержен и обижен, иду от прозы и стиха и в этом, право же, не вижу самомалейшего греха.
Конечно, все культурней стали, но населяют каждый дом не только Котовы и Тали, не все Ботвинники притом.
За агитацию — спасибо! Но ведь, мозгами шевеля, не так-то просто сделать "рыбу" или отрезать два "дупля".
Сегодня мне очень жаль, что эта чудесная игра исчезла из наших дворов, растворилась за границами нашей обыденной жизни.
Время от времени я посматриваю на доставшуюся от родителей перламутровую коробочку с набором костяшек под "слоновую кость", стоивших в далеких 60-х годах целых 99 копеек. И какими прекрасными и манящими мне кажутся отпечатанные Кремлевские башни на их обратной стороне. И когда я бережно беру их в руки, то непременно вспоминаю то лучшее, что было у нас и что останется с нами на всю оставшуюся жизнь.
