в октябре — ноябре 1956 года. Символическими фигурами этого противостояния явились, с одной стороны, Имре Надь, «венгерский Горбачев», быстро теряющий свои позиции лидер реформистского крыла бюрократии Венгерской партии трудящихся (ВПТ), а с другой — кардинал Йожеф Миндсенти, «венгерский Хомейни», духовный вождь мятежа. Также уделено внимание идеологии повстанцев — антисемитизму и католической вере. Нельзя было не упомянуть и о том, какую роль сыграла западная пропаганда в эскалации конфликта, и о влиянии, оказанном антикоммунистическим террором мятежников на ход событий венгерской драмы.
Книга познакомит читателя и с формированием мифа о «левом», «социалистическом» и «антиавторитарном» характере мятежа 1956 года, даст представление о работах Льва Троцкого, Эрика Хобсбаума и Исаака Дойчера. На протяжении двух десятилетий многие критики советской системы «слева» жили в ожидании пролетарской революции на Востоке, которая сметет власть сталинской бюрократии и установит истинное народовластие. Неудивительно, что события в Будапеште с восторгом восприняли такие люди, как Жан-Поль Сартр, Альбер Камю, Ханна Арендт, Раймон Арон, Клод Лефор и др.
Значительную роль в данном мифотворчестве сыграла книга левого английского журналиста Питера Фрайера «Венгерская трагедия», которую преподносят как новую версию «Десяти дней, которые потрясли мир». Между тем это сочинение дает лишь частичную картину событий венгерской драмы. Чтобы показать это, я использовал мемуары свидетелей с «другой стороны» — советских солдат, подавлявших венгерский мятеж.
Также в моем исследовании уделено внимание реальному месту Советов в событиях 1956 года и перспективам мятежа на примере Польши, где антикоммунистическому профсоюзу «Солидарность» в конечном итоге удалось достичь целей венгерских повстанцев.
В заключение освещены проблемы историографии венгерских событий 1956 года. В очередной раз будет видна правота Михаила Покровского, утверждавшего, что история — это политика, опрокинутая в прошлое. Сегодня венгерские политики как националистического, так и социал-демократического толка апеллируют к наследию 1956 года. Если для правых мятеж — это народная революция против коммунистической «мафии», которая якобы правит Венгрией и по сей день, то социал-демократы, преемники Венгерской социалистической рабочей партии, как раз говорят о незавершенной «социалистической революции». Ирония ситуации заключается в том, что тезисы националистов, по сути дела, тождественны советской пропаганде, заявлявшей о фашистском мятеже, а прославляющие «социалистическое» движение 1956 года социал-демократы являются политическими наследниками сторонников Яноша Кадара, подавлявших «Венгерскую осень».
В русскоязычной историографии после 1991 года доминируют два основных подхода касательно венгерских событий 1956 года. Одна точка зрения продолжает следовать постулатам советской историографии и утверждает, что речь идет о мятеже, организованном западными спецслужбами. Подобная позиция содержится, например, в предисловии к сборнику документов «Венгерские события 1956 года глазами КГБ и МВД СССР»3. Иной позиции придерживаются авторы, заимствовавшие положение западной историографии и считающие, что в 1956 году в Венгрии было демократическое и «антитоталитарное» восстание, чье победное шествие было грубо прервано советскими танками. С этой точкой зрения читатели могут ознакомиться в работе В. Алексеева «Венгрия 56. Прорыв цепи» или в книге А. Стыкалина «Прерванная революция»4.
В данном же исследовании представлен другой взгляд на трагические события в Будапеште, что, несомненно, будет способствовать развитию плодотворной научной и общественной дискуссии о событиях еще пока недалекого прошлого.
I. Советская власть в Венгрии: революция, изгнание, возвращение
Революция 1919 года в Венгрии
Современные публицисты и даже некоторые историки не без сарказма комментируют большевистские тексты 1917–1918 годов, провозглашавшие торжество мировой революции. «Вера большевиков в мировую революцию, в ее победу была такой же естественной, как их вера в насилие и в свою звезду». «Была предсказана всемирная революция — ее не случилось. Было предсказано пришествие коммунизма — его не произошло». «Идея мировой революции так и осталась несветлой марксистской мечтой».
Между тем для людей начала XX века всемирное восстание угнетенных было не поводом для шуток, а реальностью, вызывавшей у кого ужас, а у кого надежду. Эту точку зрения разделяют не только марксисты. Британский исследователь Корнер так характеризовал итальянскую буржуазию: «Убежденные в неизбежности социальной революции, они утратили способность отличать свои фантазии от реальности»5. О глобальном социальном конфликте, охватившем если не весь мир, то Европу в первой половине XX века, писали такие историки правых взглядов, как Эрнст Нольте и Андреа Грациози6.
Уже в первое десятилетие нового столетия произошли революции в России (1905–1907), Османской империи (1908) и Персии (1905–1911). Вслед за ними революционный ураган захлестнул Китай (1911) и Мексику (1912). Мир «прекрасной эпохи» размывался, становился все более иллюзорным. В 1909 году восстали рабочие Барселоны, в 1911–1912 годах прокатилась волна антивоенных протестов в Италии, в самый канун Первой мировой войны, в июле 1914 года, всеобщая забастовка парализовала Санкт-Петербург.
С высокой долей вероятности можно утверждать, что начавшаяся Первая мировая война не вызвала, а отсрочила революционный взрыв. Миллионы рабочих и крестьян, потенциальных мятежников, были призваны под ружье и отправлены на фронт. Националистическая пропаганда помогла на какое-то время забыть о классовых противоречиях, но, после того как война, которая должна была закончиться к Рождеству, обернулась вялотекущей бойней, напоминавшей европейцам ужасы Средневековья, назревавший взрыв прогремел с удвоенной силой.
Вслед за крахом царизма и последовавшей затем победой большевиков в России произошли революции в Финляндии, Германии, Венгрии. В Голландии в казармах восстали мобилизованные солдаты, в Норвегии и Шотландии рабочие стали создавать советы. В Италии началось «Красное двухлетие», когда трудящиеся взяли под контроль предприятия на севере страны. В Аргентине восстали анархисты. В Испании, Канаде, США прошли невиданные доселе всеобщие забастовки, на подавление которых были брошены войска. Япония была охвачена «рисовыми бунтами».
