В общем, уже третий год я была Совой. Одногруппники с удовольствием у меня списывали, даже звали в группы на практические занятия, но вне института со мной никто не общался. Девочки тут были другие, не такие, как я. Холёные, загорелые, красивые и уверенные в себе.
За кличку было обидно. Мне, конечно, хотелось с кем-то пойти на свидание, может быть даже начать встречаться. Но я была Совой — корпела над книжками, сдавала рефераты досрочно и имела повышенную стипендию. Никому в голову не придёт сказать: «сексапильная, как сова». Вот и про меня так не говорили. А втайне хотелось. Однако, ни в ком интереса я не вызывала. Даже тощий прыщавый Славик не обращал на меня внимания, прожигая взглядом красотку Вику.
Жила я в общаге. После смерти бабушки мой дядя воспользовался болью и неопытностью племянницы, уговорив подписать документы «о наследстве». Документы оказались отказом от принадлежавшей бабушке однушки. Так я лишилась единственного жилья и всех родственников. Это только усугубило горе, но я выкарабкалась. Нашла подработку няней в очень хорошей семье, даже в суд на дядю подала с помощью моей работодательницы, юриста в декретном отпуске. Только вот особой надежды что-то выиграть не было.
Когда мне предложили отправиться в магический мир на конкурс невест, я сначала решила, что это дурацкая шутка. Я и на конкурс? Занять там почётное последнее место?
Вот только мысль эта так и застряла в голове. Зудела, нудела, гундела, сидела противной занозой. Здесь у меня всё равно ничего нет. Так почему бы и не попробовать? Книжки про попаданок я читала, они все находили большую и светлую любовь. И если тут я далеко не эталон красоты, то, может, в другом мире ценятся плосковатые худощавые девицы с большими, как у совы, глазами? Может, где-то там сидит великий маг, только и мечтая о таком сокровище, как я?
На очередную встречу с господином Тавервелем я снова пришла на дрожащих ногах.
— Екатерина! Солнечного дня, — устало поприветствовал он.
На улице лил противный дождь, ботинки промокли, и я бы заподозрила, что он издевается, но он всегда так здоровался.
— Так что, вы надумали?
Вопрос справедливый. Это наша с ним девятая встреча. Кажется, мои вопросы и уточнения начали его раздражать. Встречи эдак с третьей.
— Здравствуйте. Вы знаете, у меня есть ещё несколько вопросов, — вздохнула я, доставая исписанный блокнот. — Вот, к примеру, одежда. Должна ли я буду покупать её за свой счёт, или мне её предоставят? И если предоставят, то будет ли у меня выбор?
— Одежду вам предоставят, выбор будет, — обречённо вздохнул маг.
— В договоре это не прописано. А если предоставят, то отдельно, или вычтут из положенного ежемесячного содержания в размере ста золотых?
— Отдельно, — уныло выдохнул он, поглядывая на стену, гдевверх ногами висели часы с римскими цифрами.
Нужно сказать, что офис у него был странный. Нелепый офис, если честно. Например, на новом столе стояли монитор и клавиатура, но подключены они никуда не были ввиду отсутствия системного блока. Стулья так и вовсе были упакованы в плёнку, а из-под паласа торчала бирка. На стене висела репродукция Пикассо «Купальщица, открывающая кабинку». Тоже вверх ногами. Хотя тут иноземных магов осуждать нельзя. Я и сама-то знала, как правильно, только потому, что в художественной школе реферат делала по его творчеству.
Хозяин у офиса тоже был странный и нелепый. Подведённые чёрным карандашом тёмно-карие глаза выглядели притягательно и отталкивающе одновременно.
— Мы могли бы… пожалуйста… внести соответствующие правки в договор? — вежливо попросила я.
Повинуясь короткому взмаху пухлой руки, договор стал длиннее ещё на один параграф.
— Вы понимаете, что речь идёт о полном обеспечении? — тоскливо спросил он.
— Да, но хотелось бы всё-таки уточнить некоторые моменты. Вопрос питания в договоре не раскрыт. Будет это трёхразовое полноценное питание? Можно ли прописать определённое соотношение белков, жиров и углеводов? Видите ли, питание бывает крайне несбалансированным, — натянуто улыбнулась я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А то с них станется кормить меня одним рисом. Или, к примеру, предоставить питание трёхразовое — по понедельникам, средам и пятницам. Раз уж оказалось, что родному дяде нельзя доверять, то что уж говорить о дяде чужом?
— Ещё вопросы имеются? — Тавервель подпёр подбородок рукой.
— Да, вы знаете, вот пункт о проживании. Здесь не уточняется, будет это отапливаемое помещение или нет, снабжено ли оно окном, стенами, потолком, полом, отличным от земляного? Будут ли иметься удобства в виде водопровода и канализации? Будет ли комната оснащена мебелью? И если да, то какой? Необходим инвентарный список и описание всех предметов. Если мебели не будет, то как же я буду спать? На полу? Имеется ли система охлаждения воздуха на случай жары?
Маг посмотрел сквозь меня подведёнными глазами. Тяжело вздохнув, он добавил в договор новые пункты.
«Предоставленное место постоянного (временного) проживания должно быть оснащено полом, стенами, окном, крышей, мебелью, включающую в себя следующий перечень, но не ограниченную им: кровать, комод, шкаф, стол, стул, тумбочка, табуретка, торшер, занавеска. Кроме того, в помещении должен быть обеспечен доступ в ванную комнату, оснащённую ванной, раковиной, зеркалом и адекватным отхожим местом».
— Такая редакция вас устроит?
— Да, только хотелось бы ещё добавить полотенца, подушку, матрас, одеяло, выполненные из экологически чистых и гипоаллергенных материалов, — я попыталась улыбнуться, чтобы выглядеть дружелюбнее.
— Как скажете, — пожал плечами он.
— Кроме того, по прибытию вы должны предоставить убедительные доказательства, что император настоящий, — сурово нахмурила брови я.
— Обязательно, — кивнул маг чуть раньше, чем я закончила говорить.
Это заставило меня заподозрить, что он не слушал.
— И ещё раз: какой штраф за несоблюдение или разрыв договора с вашей стороны?
— Пункт сорок восемь. Компенсация в размере десяти тысяч золотых, — ткнул он пальцем в тридцать шестой пункт на другой странице.
— Может ли договор быть аннулирован? — осведомилась я.
— Нет, только расторгнут. Аннулировать магические договоры могут только боги. Хотите, пропишем отдельный пункт на случай вмешательства богов? — с улыбкой спросил он.
Я заподозрила издёвку, но уверенности не было.
— А насколько это вероятно? — уточнила я.
— Абсолютно невероятно, — ответил он.
— Тогда думаю, что не стоит, — вздохнула я.
Теперь договор состоял из сорока семи страниц. Изначально предложенный магом черновик имел всего четыре странички и был возмутительно неподробным. С помощью моей нанимательницы-юриста мы подготовили пакет правок, и Тавервель каждый раз их безропотно вносил. И каждый раз это всё сильнее воодушевляло, убеждая в том, что я им действительно нужна.
— Вы знаете, теперь я готова. Это были последние пункты, — храбро выдохнула я.
— Очень рад. Очень, искренне рад, что в портал пройдёте именно вы, — лучезарно улыбнулся он. — Вы этого достойны, как никто!
Мне стало приятно. Хоть Тавервель и был не особо привлекательным мужчиной, такое отношение льстило. Видимо, аккуратность и внимание к деталям — немаловажные черты для будущей императрицы. К сожалению, с так им тщанием я пока относилась только к разного рода договорам и документам, да и то лишь после приснопамятного случая с дядей.
Подписав договор, я попрощалась с Тавервелем и вышла из кабинета. Сбор был назначен на завтра, с собой ничего брать не нужно. К сожалению, в Карастель — мир, куда я направлялась, — можно попасть только голышом. Оказывается, у многих миров есть такое свойство. При переходе в один люди утрачивают память о прошлом, в другом лишаются магических способностей, в третьем — обретают двойника. Это мне тоже рассказал Тавервель.
Так что Карастель — ещё не самый худший вариант. Тем более, что на выходе меня будут ждать с ворохом одежды. И после этого начнётся конкурс невест. В моей группе уже больше десяти девушек. Однако магов, ведущих отбор, было двое, и я не знала, какие конкурсантки будут в другой группе. Я даже своих соперниц пока не видела, знала только, что отбирали девственниц с определённой реакцией крови на кровь императора, которая означала возможность зачать и выносить наследника.
