надеется поставить Любу на место, (но мы-то догадываемся, что все зубы обломает) спешу представить
Яну Лесик с горячей историей Давай останемся чужими
Глава 2.2
Влад
— Начальник поезда с вами разговаривал? Мне казалось, что всё должно быть предельно ясно: я выкупил этот вагон и мне гарантировали, что смогу пользоваться им на своё усмотрение.
А вот это я сказал зря, проводница вспыхнула словно мак при свете полуденного солнца: меня аж жаром обдало. Теперь в её дежурном радушии проскальзывает первозданная, обжигающая злость: я посягнул на её право быть здесь — в этом конкретном вагоне — главной. Миловидное лицо исказилось нервной ухмылкой, сделав девушку похожей её на злую ведьму, Бабу-Ягу, готовую на всё, чтобы защитить свой захолустный участок в чаще леса. Игра в гляделки мне понравилась, но надо было подумать о Нате, а к дуэли взглядов я был готов вернуться после. В этом соревновании никогда не было мне равных.
— Извините, моя спутница плохо себя чувствует, думаю, это приступ мигрени. Может вы всё же пойдёте на встречу? — Я вложил в эту просьбу столько актёрского таланта, что Станиславский утёр бы слёзы и сказал: «Верю!»
Ната привидением выскользнула в коридор, ей-то не надо ничего играть: вид такой, что и краше в гроб крадут: бледная, покрытая испариной, на ногах еле стоит.
— Влад, я хочу лечь. Можно? — А к проводнице всё же не обращается: ревность маленькой избалованной девочки.
Добросердечная Любовь оттёрла меня своим завлекательным бюстом и бросилась спасать несчастную умирающую, предлагая её все возможные блага цивилизации: отдельное купе, тонометр и обезболивающее. Хорошо, теперь я понял, на каких струнах души этой красавицы можно сыграть.
Проводница быстро и ловко застелила постель, уложила Нату — даже подушки поправила и одеяло подоткнула, осталось только поцеловать в лобик, чтобы температуру померить — моя мама не доверяла градусникам и определяла жар легким прикосновением к виску.
— Меня зовут Нателла, лучше просто Ната. А вы ведь Люба? У вас на бейджике написано. Наконец-то и в моей жизни появилась Любовь! — моя бледная немощь изволила снизойти до обслуживающего персонала. Кажется, Ната и впрямь благодарна, что на неё не похоже.
В соседнем купе слышалось мирное посапывание: измученная головной болью и напряжением последних дней моя спутница наконец-то уснула. Тишина вагона нагоняла на меня скуку, пора бы развлечься — переодевшись в удобную футболку и штаны, я решил навестить Любовь.
Купе проводников, святая святых вагона, было тоже безмолвно. Меня уже начала тяготить эта вязкая сонная атмосфера.
— Любовь, принесите в четвёртое купе чай без сахара, — опять не вовремя: проводница сладко дремала, положив голову на руки.
Она повернулась ко мне, вся такая беззащитная, мягкая, не успевшая натянуть фирменную улыбку. Хотелось стиснуть её в объятиях, ощутить податливость тела, не давая опомниться. А ведь она совсем юная: нежный пушок над верхней губой, непокорные завитки волос на висках, только появляющиеся впадины скул, когда пытается быть серьёзной.
Вот и состоялся второй раунд игры в гляделки: она сосредоточилась взглядом на моих бицепсах и прессе, а я, пользуясь моментом, изучил нежную шею и глубокое декольте. У нас опять 1:1 — она покраснела и не могла отвести взор, я возбудился, представляя, как выглядят её соски под плотной тканью униформы.
— Можно организовать что-то с питанием?
Я сразу отверг её предложение посетить вагон-ресторан: не в моём случае появляться на людях, да и приятно, если наша проводница будет носить еду прямо в купе — ей бы ещё полупрозрачный фартучек, надетый на аппетитное тело. Список продуктов, которые не ест Ната, перешёл из рук в руки вместе с десятью тысячами. Но проводница лишь промямлила, что этой суммы слишком много. Неужели у нас ещё сохранились немеркантильные женщины?
На плече форменной куртки невесомо расположилось пёрышко, будто подчёркивая неподкупность и святость этой повелительницы постельного и подстаканников, давно не смеялся так искренне и беззаботно.
Я протянул руку, чтобы его снять, Люба замерла испуганной ланью, не зная, как реагировать, — так-то, девочка, почувствуй, кто здесь главный — теперь я кайфовал от того, как её тело непроизвольно подалось мне навстречу. Я еле поборол желание схватить её за круглую попку и прижать к себе. Зачем торопиться: впереди неделя пути — я изучу каждый изгиб этой слишком порядочной проводницы. Моя задача — очаровать её по полной, перетянуть на свою сторону, подчинить воле, иначе Нату ждёт ужасное.
* * *
Пока мы не уверены, что круглая попка Любы окажется в похотливых руках Влада, представляю жаркую Ночь на двоих
От страстной Алиры Страсть
Глава 3
Любовь
Я ещё раз сверилась со списком: никакого мяса с высоким содержанием холестерина, а также порядка пятидесяти пунктов, того, что нельзя барским особам. Ну и пошли бы вы, гости дорогие! Пока я радостно уплетала омлет с беконом и гренками, Айнура на кухне колдовала над чем-то диетическим для моих пассажиров. Долгое время я пыталась похудеть, отказывая себе во всём, но судьба наделила, меня округлыми бёдрами и увесистой грудью — мне не стать худышкой, даже полностью перейти на кефирно-огуречную диету.
Навязчивым видением меня преследовал рельефный торс Владлена Арнольдовича, его широкие плечи и сильные руки. Нестерпимо хотелось ощутить ещё хоть раз его прикосновение.
— О чём замечталась, Любаш? — Айнура подошла незаметно и теперь наблюдала как я ковыряю яичницу. — И не съела ничего почти, неужели невкусно?
— Да ты что, у тебя не бывает невкусно! Что-то аппетита сегодня нет. Я вот думаю, надо на диету сесть.
— Ой, девочка! Совсем глупая? Ты ж как тростиночка: талию руками обхватить можно. Да большинство мечтает о такой фигуре. Виолончель, не…она ж большая, гитара! Так что ешь спокойно, а потом попьём кофе с пирогом, пока пассажиров нет.
А и впрямь, что на меня нашло? Стоило встретить в вагоне красавчика с девушкой моделью, и самооценка упала ниже плинтуса. Я замерла перед зеркалом в купе в одном белье и рассматривала отражение, стараясь быть непредвзятой: длинная шея — лебединая, как сказали бы мама; высокая грудь; может, таз чуть широковат, зато врач уверила, что рожать будет легко, пока не провела полное обследование… Да и от кого рожать? Вот уже почти год, как я рассталась с Андреем, не выдержав его пьянок и раздолбайства, с тех пор я ни разу не была близка с мужчиной. Мне казалось, что секс уже перестал меня волновать, но это лёгкое прикосновение Волка разбудило дремлющую страсть.
Сейчас он, наверное, дарил горячие ласки
