ледяной Нателле, а мне оставалось лишь мечтать о его губах, рельефном теле, большом члене (то, что размер его достоинства явно больше среднего, я поняла сразу). Моя рука сама собой скользнула в трусики — я понимала, что сейчас не место и не время, но ничего не могла поделать — пальцы сразу стали мокрыми. Я старалась не торопиться и растянуть удовольствие, представляя, что это Владлен сейчас ласкает мой клитор, теребит возбуждённый сосок через ткань рубашки, мне пришлось прикусить губу, чтобы не застонать, когда обжигающая волна удовольствия пробежала по телу. Оргазм был настолько ярким и бурным, что мышцы свело словно судорогой, а голова кружилась как от шампанского. Когда всё закончилось, я ещё пару минут пыталась отдышаться и прийти в себя.
Я решила воспользоваться душем, смазки выделилось столько, что я ощущала её даже на внутренней поверхности бёдер. Отсутствие большого количества пассажиров мне на руку: никаких очередей и томительного ожидания. Радуясь своей условной свободе, я распахнула дверь в душевую и замерла: посреди комнатки стоял Владлен Арнольдович с недовольным выражением лица. Но на лицо я глянула лишь мельком, так как мужчина был абсолютно голым.
— Здравствуйте, Любовь, вот вы-то мне и нужны. Я уже пять минут пытаюсь понять, как у вас тут душ устроен! — он крепко взял меня за руку и втянул внутрь помещения.
Я не знала, куда спрятать глаза: во всех зеркальных поверхностях отражался мой бесцеремонный пассажир. Я почти целиком залезла в душевую кабину, пытаясь вспомнить, как включить воду — так я хотя бы не видела Волка во всей его красе, но это было стратегической ошибкой. Стоило повернуться спиной, и на моей попке уже оказалась его рука.
— Осторожнее, Любовь, я вас подержу, здесь скользко! — тон мальчика-зайчика, помогающего всем нуждающимся. Да он просто издевается надо мной.
Форменная юбка медленно поползла вверх, выставляя на обозрение Владлена Арнольдовича мой тыл. Он хмыкнул, явно довольный представшим зрелищем. Резким движением задрал подол ещё выше и двумя руками начал гладить и сжимать ягодицы. Я совсем растерялась, не понимая, что делать, а ведь всегда считала себя бойкой и решительной. В это время пальцы мужчины переключились на мою промежность.
— Хм… Здесь тоже скользко.
Владлен сдвинул трусики в сторону и теперь ласкал влажные складочки, дразнил клитор, то требовательно поглаживая, то убирая пальцы.
— Перестаньте! Что вы делаете?
Нелепость этого вопроса была понятна даже мне: сейчас тебя будут трахать, дурочка наивная. Или ты надеешься, что всё так просто закончится? Но я ведь не хочу… или хочу? Тело утверждало, что уж оно точно хочет, но в голове набатом било: «Беги!» А Волк уже беспрепятственно проник пальцами внутрь. Кажется, его это завело на шутку: дыхание стало прерывистым и частым, иногда мне казалось, что он почти рычит.
— Значит, наша проводница не такая и святая. Течёт как настоящая шлюшка, — удовлетворённо выдохнул он.
Почему меня так возбуждает его грубость? Я была готова умолять его называть меня шлюшкой и дальше, в этом было что-то неправильное и извращённое, но сводящее с ума. Из последних сил постаралась взять себя в руки: если ничего не сделаю, то скоро вместо пальцев во мне окажется его огромный член. Инстинктивно нащупала кнопку, включающую воду, и нажала её трясущейся ладошкой — нас окатило ледяными струями. Чертыхаясь, Владлен Арнольдович отскочил в сторону.
— Ты что творишь? — недовольный, мокрый с нереальным стояком он был сейчас особенно сексуален. Но я праздновала победу: мне удалось устоять перед этим самодовольным самцом.
— Вы просили показать, как включается вода! — гордо поправила юбку и с независимым видом направилась к выходу, будто это не я десять секунд назад постанывала и изгибалась перед этим хищником. — Передайте Нателле Игоревне, что завтрак будет через полчаса. Я постаралась учесть ваши многочисленные пожелания.
Ровно через тридцать минут я постучала в дверь пятого купе, где ночевала девушка, видеть сейчас Владлена было выше моих сил.
— Войдите!
— Здравствуйте! Как ваше самочувствие? Выглядите гораздо лучше.
И это было правдой: красавица вновь расцвела — на лице появился лёгкий румянец, чёрная шелковистая сорочка подчёркивала идеальную фигурку, густые смоляные волосы были собраны в высокий хвост, открывающий выразительные скулы. Я снова ощутила свою неидеальность. Владлен не волк, а обыкновенный кобель, если решил изменить такой богине.
— Спасибо, мне лучше. Оказывается, в поезде так хорошо спится! Снилось что-то светлое и красивое, жаль, не вспомнить, — она белозубо улыбнулась, чем окончательно подкупила меня.
Боже, а ведь я могла переспать с её мужчиной. В голове рисуется картина, как Нателла идёт в душ и застаёт меня в объятиях Владлена. Ну уж нет, я не позволю себе стать причиной расстройства этой милой девушки.
Я выкладывала на стол контейнеры с едой и слушала радостное щебетание о том, что завтрак — самый важный приём пищи. В этот момент дверь купе открылась и на пороге предстал мой неудавшийся половой партнёр. Пробурчав что-то, похожее на приветствие он плюхнулся на полку и закрылся от нас журналом.
— Влад, ты не с той ноги встал?
— Нормально всё, спал плохо, теперь у меня голова болит, ещё и душ в вагоне работает отвратительно: вода ледяная!
«Зато охладил свой пыл!» — хихикнула про себя.
* * *
Ну как вам находчивость Любы?
А пока Влад отходит от ледяного душа, познакомлю классным прозведением коллеги
«Купе на двоих» Вольна Ветер
Глава 4
Влад
Я позавидовал сладко спавшей Нате, похрапывающей через стенку. Половину ночи просто таращился в потолок, наблюдая за игрой пробегающих теней. Когда меня наконец-то сморило, эти тени переползли в мои тревожные сны: я бежал по бесконечному составу поезда, из вагона в вагон, а они спешили за мной по пятам. Я тщетно искал Нату, заглядывал в каждое купе, но нигде не было ни души, лишь эти призрачные мелькающие очертания, обступавшие со всех сторон. Я проснулся от собственного вскрика. Такого не бывало со мной с детских лет. Напряжение последних дней давало о себе знать.
В голове тяжёлым шаром перекатывалась боль. В предрассветных сумерках за окном мелькали родные просторы, кутающиеся в густой туман. Когда поднимется солнце, станет красиво и радостно, но сейчас пейзаж навевал лишь тоску и тревогу. «Душ и кофе, кофе и душ!» — с этой мантрой я отправился в купе проводника, надеясь, что ответственная Любовь уже встала. К моему разочарованию, в купе никого не оказалось, хотя аромат духов и чего-то неуловимо свежего, свойственного запаху Любы, пропитывал воздух.
Ладно,
