Лори Скотт стояла с пучком сорняков в правой руке. Она внимательно смотрела на человека, за которым была замужем уже два года, она видела его раздражение и злость, которые в последнее время были в нем каждый день.
— Что случилось, Дан? — спросила она, глядя ему в лицо.
— Ничего, Лори.
Дан прошел в калитку и направился к дому.
— Что-то случилось, Дан. Я это вижу.
— Обычные дела, — сказал он и потер шею ладонью.
— Неужели твои дела меня не касаются? Почему ты ничего не рассказываешь мне, Дан? Я твоя жена.
Дан Скотт остановился возле ступенек крыльца и оглянулся на жену. Он сильно любил ее; когда-то он был просто ослеплен любовью к ней. Но ему не хотелось, чтобы она вмешивалась в его дела.
Когда он женился на ней, то решил, что его работа не будет частью его домашней жизни. Он хотел, чтобы в его доме было счастье, для него это было место, где он мог расслабиться и забыть свои проблемы, споры, неприятности, кровь, злость и страх, царящие вокруг.
— Это не касается тебя, Лори. И может только обеспокоить.
Лори подошла к нему, когда он уселся в кресло, стоявшее на веранде. Когда Дан положил свои ноги на перила, она сказала:
— Тебе обязательно это делать, Дан? Я недавно протирала перила и уже…
Тяжелый стук его сапог, снятых с перил, заставил ее замолчать. Сжав губы, она наблюдала, как его взгляд устремился куда-то в сад, он перестал обращать на нее внимание.
В начале их знакомства, Дан был молчалив большее время, но она считала, что он стеснялся присутствия женщины. Она думала, что он переменится, когда она станет частью его жизни. Она чувствовала, что ошиблась.
— Я видела толпу возле салуна, Дан. Что там случилось?
— Одного человека оглушили и ограбили. Я выслал Кола Уинтера из города.
Лори посмотрела на него. Она была стройной молодой девушкой двадцати двух лет, с юным лицом, всегда готовым улыбаться. Ее глаза сияли озорством все время, за исключением последних шести месяцев.
Лори помнила ту ночь, которая переменила ее. Тогда Дан вернулся домой после стычки с двумя бандитами, которых он убил.
С тех пор он замкнулся в себе, а она ждала, когда он забудет это. Но это не проходило и она знала, что убийство тех двоих беспокоило его больше, чем это было видно по нему.
Лори снова спросила:
— Что случилось, Дан?
Он посмотрел на нее, его лицо стало жестче, глаза глубже запали, он постарел на несколько лет.
— Человек, которого ограбили, получил обратно деньги, и не смог опознать Уинтера. Он должен был ехать на реку Симплар и не мог ждать суда. Копперфильд и Тренч решили, что я придираюсь к Колу Уинтеру и уговорили меня отпустить его.
Теперь Лори поняла, она подошла ближе к нему и сочувственно посмотрела на него.
— Это случится позже, не так ли, Дан? — спросила она.
Дан Скотт мрачно посмотрел на нее.
— Что случится? — спросил он грубо.
— Люди вмешиваются, не понимая, что ты должен делать и как. Я понимаю, поверь мне, горожане нуждаются в твоей защите, но они в то же время хотят, чтобы ты поступал по-ихнему, ведь так?
Его тон немного смягчился.
— Я знаю свою работу и знаю, как должен поступать, Лори.
— Люди не благодарны, Дан, — настаивала она. — Я знаю это потому, как женщины города немного холодны со мной. Они уважают меня не столько за то, что я жена Дана Скотта одаренного и честного шерифа, сколько за то, что я жена человека, ожесточенного против всего мира и человека, который не терпит тех, кто переходит ему дорогу.
Дан посмотрел на свою жену.
— Они так говорят, Лори?
— Не совсем так, Дан. Но я могу это слышать за любыми ихними словами. Почему бы тебе не снять значок, Дан, ты займешься другим делом, а они получат возможность понять свои ошибки.
— Чтобы заняться фермерством нужны деньги, — сказал он.
— Да, — согласилась она. — Но отец всегда говорил…
— Я всегда сам выбирал свой путь, Лори.
Она снова отстранилась от него, почувствовав неожиданную злость. Она не любила это его упрямство. Всю свою жизнь до замужества она была избалованна своим отцом, который в ней души не чаял, и своей матерью, всю жизнь занимавшимися фермерством.
— Почему ты никогда не обсуждал этого со мной, Дан? — спросила она.
— Тут нечего обсуждать, Лори. У меня есть работа и мы можем копить деньги.
— Мы откладываем по десять долларов в месяц, Дан. И за это ты должен рисковать быть убитым каждый раз, когда на твоем пути оказывается какой-нибудь бандит.
— У нас достаточно денег, — возразил он.
Лори презрительно рассмеялась.
— Триста семьдесят два доллара, скопленных за два года, Дан. С такими доходами мы сможем купить свой дом только к семидесяти годам, если конечно будем живы. Что ты можешь возразить против этого? Бросай эту работу и пусть отец…
Дан встал и взглянул на нее таким тяжелым взглядом, которого она еще никогда не видела. Лори замолчала. Она знала, что зашла далеко и задела его гордость и упрямство.
— Ты знала, на что ты шла, — сказал Дан грубо и спустился по ступенькам во двор.
Лори стояла возле перил, глядя на него. Она хотела позвать его, но не находила нужных слов. Слезы наполнили ее глаза и она убежала в дом.
Дан Скотт направляясь в свою контору, думал о Коле Уинтере, который еще даст о себе знать.
Глава II
— Привет, шериф.
Высокий, хорошо одетый человек пригладил свои длинные волосы, его глубоко посаженные глаза насмешливо смотрели на Дана, что насторожило его и немного заинтересовало.
— Кто ты? — спросил он, заметив, что у этого человека был необычный пояс, в кобуре которого висел револьвер одной из последней восточной марки.
— Мое имя Том Хоррик. Выпьем?
Дан собирался отказаться от предложения, ему еще нужно было завершить свой обход, к тому же он хотел посидеть один в конторе и подумать о своем будущем.
Он любил Лори, и знал, что она печется о его безопасности, и что ее собственное счастье зависит от него.
— В городе все спокойно, — пробормотал Хоррик, как будто убеждая Дана, что его беспокойство о городе и его жителях напрасны.
Дан подошел ближе и оглядел Хоррика более внимательно. Он сказал:
— Кажется ты ехал на лошади дня два.
— Да, и решил остановиться здесь. Не знаю почему, но мне понравился этот широкий и чистый городок, что я не питал к городишкам, в которых бывал раньше.
Бармен принес виски.
— В каких городах ты бывал, Хоррик?
Тот криво усмехнулся.
— Какая разница, Скотт? Это не имеет значения. Мне нечего скрывать. Я ехал через земли Кринолин, пас скот целый год, играл в карты, а теперь решил попробовать себя дальше на Западе.
— Ты скрываешься, Хоррик? — склонился к нему Дан.
