— Одно другому не мешает, — философски заметил Альд. —
Сначала — на заставу, тем более, она явно где-то поблизости, судя по словам твоего собеседника. А потом — сюда, для наведения порядка. Молодым специалистам полезно заниматься полевой работой.
Крыть было нечем, кроме пары нецензурных выражений. Но даже они слабо передавали всю суть того, что я подумала об идее своего подселенца. Если здесь дела действительно настолько плохи, насколько рассказывает этот мужик, о моем первом задании можно будет догадаться даже без сеанса некромантии. Вот только шансы на упокоение как-то великоваты, а оно не входит в мои планы на обозримую вечность. Только кто ж меня спрашивает-то?
— Где ближайшая застава?
Селянин часто заморгал.
— Хворпост? Там.
Неопределенный взмах руки сократил количество возможных направлений с восьми до четырех. Уже что-то.
— А точнее?
— За леском, — мужик указал на чахлую рощицу за моей спиной, — дорога. Если идти по ней вслед за солнышком, она и приведет.
На запад, что ли? Ладно, разберусь на месте.
— Как далеко?
— Доль... Это сынишка мой, шустрый малец, — щербато ухмыльнулся мужик, — если на рассвете выбегает, то до заката успевает воротиться.
— Странно.
— Что именно? — не то, чтобы я не подозревала, что имел в виду Альд, но на всякий случай решила уточнить.
— Полдня пути от заставы и свободно разгуливающие неупокоенные. И куда же тебя занесло...
— Мне самой это интересно, и если ты помолчишь, то может быть даже узнаю.
— У меня есть определенные мысли на этот счет, но... Так уж и быть, не буду мешать.
Подселенец согласился подозрительно быстро. Наверняка это была уловка, но я решила на нее не поддаваться. Все равно же скоро не выдержит и сам сообщит. На меня же пока продолжали смотреть четверо селян и один труп. В рощице за моей спиной зашелестело. Точно, еще же двое мальчишек было. Наверняка притаились и наблюдают. За шелестом последовал хруст, и по округлившимся глазам старосты я поняла, что что-то не так.
Увернуться от удара было несложно. Сложнее было, отлетев в сторону, попасть проклятием в спину молодого упыря. Мелкий и подвижный, он врезался в тело мужика с топором и, ухнув, шустро развернулся в мою сторону. Но замедление действовало безотказно, давая мне возможность рассмотреть новое действующее лицо. Вот и один из мальчишек явился.
— Второй умирает, — любезно подсказал Альд.
— Кости Суртаза! Два упыря и еще четыре в перспективе — я не потяну.
— А ты попроси хорошенько, — покровительственная усмешка, явственно слышная в голосе подселенца, бесила до жути. Но ситуация становилась отчаянной, отыграюсь потом.
— Альдауар, пожалуйста, не злоупотребляй моим телом, — холодно ответила я, вместе с тем прикидывая, чем бы влепить упырю по его оскаленной морде. Тот замер, принюхиваясь и будто бы выбирая, на кого напасть первым: попытаться обезвредить меня или же рискнуть и полакомиться свежей человечинкой. Селяне, осознав случившееся, насупились, поднялись с колен и подоставали топоры.
— Не о том просишь, — весело отозвался Альд. — Ну да ладно, смотри и учись...
Последние слова подселенца выгнули мое скелетированное тело дугой прямо в воздухе. Непередаваемое чувство — как от удара обоими локтями, коленями и мизинцами на ногах одновременно. Кто испытывал такое — не забудет никогда. Являясь личем, я вроде бы как и не должна чувствовать боли, но ощущения уж очень похожие на прижизненные. К этому невозможно привыкнуть.
Альд же, получив мое тело в свое распоряжение, горделиво выпрямился и взлетел чуть выше. Такое происходило каждый раз, из чего я сделала вывод, что при жизни он был довольно высоким. Ничего не значащая мелочь, но что еще делать, кроме как размышлять о всяком, пока моими костями управляет кто-то другой.
Упырь уже рванул к селянам. Это он зря. Альд прошипел заклинание, по моему телу прошла волна силы. Громко чем-то хрустнув прямо в прыжке, нежить взвыла и безвольным кулем приземлилась мимо своей цели — старосты. Тот оказался не промах: метким ударом топора мужик отсек упырю голову и со злостью пнул ее, отбрасывая далеко в сторону. Все равно тело, если его не сжечь, рано или поздно найдет потерянную часть и прирастит обратно. Вот только с переломанными, а теперь еще и с отрубленными руками и ногами это сделать будет куда сложнее. Остальные селяне сориентировались довольно быстро.
— До-о-оль! — рявкнул староста, крутя головой из стороны в сторону в надежде услышать ответ.
— Второй мальчишка — его сын, — Альд решил констатировать очевидный факт. Благо, сделал он это, уже направляясь к подлеску, откуда выскочил упырь. Слабая красноватая аура ребенка просвечивала сквозь редкую зелень листвы.
— Ты сможешь ему помочь?
— Не уверен.
— Добьешь?..
Подселенец ничего не ответил. Мои скелетированные руки осторожно раздвинули тонкие ветви, и я безмолвно ахнула от увиденной картины. Мальчишка, судя по всему — без сознания, лежал распластавшись, с развороченным животом. Земля под ним сплошь пропиталась кровью, и я невольно удивилась, что ребенок был все еще жив. Сзади хрустнули ветки, и Альд повелительно вскинул мою руку, приказывая селянину остановиться.
— Если хочешь, чтобы он выжил, — не оборачиваясь, прошелестел он, — отойди и отвернись. Чтобы ты ни услышал — не оборачивайся. Других это тоже касается.
— Ты же сказал, что не...
