– Туалет – там. – Я вздрогнула, а он молча удалился в комнату.
Ну, надо же. Спасибо, не ожидала.
Когда я вернулась, хозяин обнаружился на кухне, не спеша обеспечивающим на выбор «кофе или чай». Осанистая фигура его в маленьком помещении столовой внушала серьёзные опасения за целостность и долговечность живущих тут же вещей. Но нет. Чёткие, скоординированные движения, и всё готово. Всё на месте. Невольно восхитилась и удивилась. Я бы сама суетилась гораздо больше и провозилась куда дольше.
Мужчина, сменивший за время моего отсутствия одежду и, кажется, снявший, наконец, оружие, уселся за стол напротив и коротко и прохладно скомандовал:
– Рассказывайте.
– Распоряжаться входит у вас в привычку, – ровно ответила я. – Мы, безусловно, вам благодарны, но отчитываться перед вами не собираюсь, простите.
– Распоряжаться – моя обязанность. Поэтому простите меня вы, но я настаиваю. Доложите о цели своего визита в Весну, – резко заявил страшный огромный человек.
Что? Да что он себе… Напугать решил?
– Мои цели вас точно не касаются, – произнесла подчёркнуто и заметно зло.
– Неужели? Вы в этом уверены? – сильно прищуренный взгляд будто хлестнул по лицу.
Я вскинула бровь и сжала зубы.
– Готовы подтвердить под присягой?
Что за?..
– Всё ещё ничем не желаете со мной поделиться? – не менее ехидно поинтересовался наглый черноволосый боевик.
– Не смею злоупотреблять вашим гостеприимством, – процедила сквозь зубы.
– Куда-то собрались? – Незнакомец угрожающе сложил руки на груди и нахмурил неоправданно красивые брови. Только вот не было мне страшно. Я была зла! Точнее, в бешенстве. Что себе позволяет этот вояка? А то, что он именно вояка, не оставляло никаких сомнений. Гражданские так говорить не умеют. Уж я этих вояк насмотрелась. Сотни. Нет, тысячи! И все – как один!
Вскочила. Он тоже поднялся. На голову… нет, почти на две выше меня. Или это у страха глаза велики? А сейчас, когда он вот так возвышался огромной горой, было действительно страшно. И если раньше я думала, что этот рельеф и разворот плеч – результат накладок экипировки, то сейчас-то моё заблуждение виделось очевидным.
Что я вообще тут делаю? Ах, да. Буксира жду. Ничего, доберусь до своей машины на лыжах, а там какой-нибудь трактор разыщу. «Помогут», – думала я, вылетая из столовой-кухни.
Метнулась к стулу, на котором висела куртка, и внушительная фигура преградила мне дорогу. Я, глубоко шокированная прытью и маневренностью такого огромного организма, отступила назад и упёрлась не единожды отбитым сегодня мягким местом в стол.
– Простите ещё раз, уважаемая… леди. – Он особенно подчеркнул это «леди». – Но выпустить вас я не могу.
– А я убеждена, что можете, – вторя ему, процедила храбро.
– Прекрасно… – Он опять сложил руки на вызывающе широкой груди. – Идите! – зло бросил сквозь зубы и демонстративно отшагнул в сторону.
Я схватила куртку и, застёгиваясь на ходу, вылетела из домика.
Ненормальная! Сумасшедшая! Забыла, с кем разговариваешь? У него – оружие! И снегоход. Ты и десятка шагов не сделаешь, он переломит тебе хребет, только чуть-чуть добавив газу. Или просто возьмёт огромными ручищами и разорвёт пополам. И шуметь не надо, а потом подбросит на склон с камнями. Оох… я глухо, в голос застонала, прикрывая лицо локтем от жалящего снега, пытаясь сообразить, в какой стороне выход из этой западни.
Кажется, я разочаровала предков, потому что помощи, как и обзора, не предвиделось.
Грэма Лэррингтона оторвал от расчета деталей адъютант:
– Ваше превосходительство, объект на два часа. И шторм на подходе. Прикажете проверить?
Лэррингтон поморщился. Увлёкся. Совсем из мира выпал. Но с этим делом по-другому никак нельзя. Слишком многое на кону.
– Подробности, – сухо потребовал он.
– Женщина. Идёт прямо в провал. Не местная точно. И не профи. Шаг любительский. Судя по всему, давно. Это видно, – уверенно доложил адъютант.
Грэм потянулся, размял затёкшую шею.
– Подготовь Бегунка. Я сам проверю.
– Но, ваше превосходительство, вы не можете так рисковать, это может…
– Сомневаюсь, Тэрри. Никто не знает, что я здесь. Даже ваши крысы не в курсе, где проходит мой «отпуск». – Поднялся, коротко оскалившись. Подумал и надел всё-таки бронировку.
Ему не помешает просто размяться. Столько времени над планом взаперти – делает из мозгов вчерашний кисель. Да и мышцы, привыкшие к нагрузкам, требуют боя.
Нет, чутьё его было спокойно. Только вот и Тэрри был прав. Рисковать собой он сейчас не имел права. Подумал ещё и надел скрытую, на заказ сделанную кобуру.
Бегунок ровно урчал, разгоняя движок. Они не спеша плыли по белой, схваченной блестящей коркой пустыне, с застывшими на ней оплавками ряби. Прошлогодняя сушня подрагивала под тихими пока вздохами ветра. Солнце палило, вытапливая из снега унылые капли в сухих метёлках травы. Грэм остановился на миг и прикрыл глаза, вдохнул полной грудью. Здесь, в Весне, было неожиданно хорошо. И работать над операцией получалось эффективнее и быстрее. Может, оттого, что не отвлекали бесконечными прошениями и докладами, совещаниями и вызовами к Высочайшему. А может, из-за чистоты эфира, так сильно отличавшегося от столичного. А может, вот из-за этих капель в длинных иглах сизой сосны и запаха, уже почти забытого с юности. Мужчина улыбнулся, хмыкнул довольно. Определённо. Весна ему нравилась.
Он достиг опушки и повернулся в обозначенном адъютантом направлении. Всё было именно так, как и сказал Тэрри.
Маленькая фигурка тяжело шла точно в провал.
Мужчина нервно дёрнул щекой, опустил на лицо очки, заменявшие ему визор (шлема он не надел), и плавно выкрутил газ. Бегунок не заартачится. Он успеет.
Идёт с холма. Вероятнее всего, от замка. Не местная. Не профи. Фарватера не знает. Оптики нет. Её бы он уже увидел, да и автоматика бы сработала. Внешний осмотр неинформативен, расстояние не позволяет. При желании оружием могут быть и палки. Опыт с недобрым сарказмом привычно усмехнулся в голове.
Но нет, пожалуй. Шаг не тот. Киллер должен был бы быть в лучшей форме. Да и снаряжение было бы другим. Отсюда видно – не профессионал. Даже не любитель. Так, случайный турист. Точно. Турист. И замок как раз.
Лэррингтон ощерился шире, вывернул ручку на максимум.
Привычно вскинулся в адреналиновый раж, улыбнулся, выхватывая взглядом провалы зыбуна и частые камни. «Не время для такой скорости, – мрачно процокало в висок. – Но ты же помнишь, Грэм, ты поклялся. Каждую жизнь, как жизнь матери. И речь была не только о твоих парнях».
Спидометр показывал за двести. Поднял от приборов взгляд как раз в тот миг, когда измученная фигурка упала, налетев на камни провала. Грэм поморщился. Возможно, он уже ничем не сможет помочь. Плавно замедлился, чтобы не тревожить провал вибрацией.
