ушах звенит, а перед глазами пляшут чёрные мушки. Мотая головой, сбрасывая наваждение. Снова отхлёбываю чай, но от него не становится легче, горло пересыхает только хуже.
— Ты же женщина, Вилле! — продолжает рассуждать свекровь. — Мужчины все как дети, а мы должны быть мудрее. Все изменяют, душечка, такова природа огненных драконов. Ты думаешь, мой муж, да хранит его душу вечное пламя, был мне верен?
— Да? — спрашиваю с сомнением.
Я бы не стала изменять аллире дель Монрок. Эта женщина способна сжить со свету. С трудом сглатываю слюну, припоминая, что отец Эйвана скончался при крайне загадочных обстоятельствах, с подозрением кошусь на невозмутимо наслаждающуюся чаем свекровь.
— Да куда там, — фыркает она. — У него была вторая семья на границе, куда он постоянно катался якобы по военным делам. Подрастала дочь. Но мерзавец хорошо скрывался, Эйвану и не снилось.
Она ухмыляется, затем спохватывается, осознав, что рассказала слишком многое. Её лицо снова приобретает выражение, как у добродушной жабы.
— Что же мне делать? — выдыхаю с отчаянием. Свекровь совсем не та, у кого мне хочется спрашивать совета, но никого другого здесь просто нет.
— Выдохнуть, взвесить все за и против, подумать, к чему приведёт твоё решение, — спокойно говорит Аделаида. — Какие у тебя причины уезжать?
— Он изменяет мне и не уважает меня.
— Ерунда, право слово! Сплошные эмоции и никакого рационального мышления, а ведь говорили, что ледяные драконы славятся прагматизмом! А какие причины остаться? Первая: это политический брак, скреплённый самими императором Ристайла и ёрмунгандом Дахраара. Вторая: будучи разведённой женщиной без сил, ты либо пойдёшь по миру, либо будешь вечным камнем на шее моих любимых сватов, твоих родителей. Третья: подумай об Ингваре! Ему нужна полная семья.
Мысль о сыне заставляет ощутить приступ вины. С другой стороны, Эйван не то чтобы примерный отец. Он всегда гордится достижениями сына, но не очень заинтересован в воспитании.
Свекровь хитро прищуривается.
— На твоё счастье, душечка, я знаю, как всё исправить!
Она наклоняется над столом и подманивает меня пальцем, будто хочет рассказать великий секрет. Покорно подаюсь ей навстречу, чтобы послушать её гениальную мысль, но сама гоню от себя навязчивые вопросы.
Хочу ли я что-то исправлять? Может, стоит попробовать?
— Всё очень просто: вам нужен второй ребёнок!
Глава 2. В разводе всегда виноваты двое: он и его мама
Икаю от неожиданности.
— От Эйвана? — зачем-то уточняю я.
Хорошо, что Аделаида не услышала этого вопроса. Она слишком поглощена мечтами о счастливом будущем.
— Посмотри на себя: бледная, уставшая. Беременность заставит тебя расцвести! — продолжает свекровь. — Эйван сразу вспомнит, какой ты была красавицей, и интерес к тебе вернётся. Наследник у нас уже есть, так что не помешает дочурка! Я уже знаю, какие семьи можно привлечь на нашу сторону, намекая, что мы выдадим её замуж за их мальчиков. С другой стороны, второй сын для подстраховки никогда не будет лишним.
Она говорит о ещё не рождённом, даже не зачатом ребёнке, как о пешке в своей бесконечной политической игре! Судорожно сжимаю чашку пальцами. Не заботясь о приличии, я невозмутимо выплёскиваю мерзкий сироп в стоящий рядом с креслом большой цветок и наполняю свою чашку свежим чаем.
Аделаида не произносит и слова, она слишком поглощена мыслями о будущем величии семьи дель Монрок.
— У меня у самой двое, это благо для рода! — щебечет она. — Были и другие беременности, но, знаешь, беременные такие дурочки! Я вечно переживала из-за ерунды, так что выкидыши были постоянно.
— Из-за ерунды вроде измен вашего мужа? — спрашиваю я, мрачно отпивая чай.
Всего лишь убрала сахар, а душащая жижа превратилась в тонизирующий приятный напиток. Магия вкуса.
— Да, именно, — кивает она. — Сейчас понимаю, сколько нервов себе убила по глупости. Мужик-то погуляет и вернётся, а седые волосы и морщины останутся.
Смотрю на эту пышущую здоровьем матрону и не верю, что она когда-то могла лить слёзы из-за мужа. Может, и меня отпустит со временем?
Свекровь задумывается и смеряет меня оценивающим взглядом.
— Вы предохраняетесь? — спрашивает она в лоб.
Я чувствую краску, заливающую щёки. Слишком беспардонный вопрос. Это наше с Эйваном личное дело. Но я знаю Аделаиду, она не отстанет.
— Нет, — всё же отвечаю я.
Аделаида недовольно цокает языком.
— Для драконицы редкая удача забеременеть, — говорит она. — Иначе мы бы давно приумножились и вытеснили бы остальные расы с континента.
Она улыбается, будто её очень тешит эта мысль.
— Ну ничего! Завтра же поедем к врачу.
Покорно киваю. Я и правда чувствую себя не очень. Посетить врача стоит в любом случае.
— Два часа ночи! — восклицает она, всплёскивая руками. — Тебе нужно выспаться, душечка! Может, весь твой бледный вид от недосыпа? А ну быстро в постель!
Она дважды хлопает в ладоши, и слуги тут же начинают убирать со стола. За столько лет они так и не научились столь же беспрекословно слушать меня.
Поднимаюсь в свою спальню. Возле кровати ещё валяется открытая дорожная сумка с наспех собранными вещами. У меня нет моральных сил думать о побеге.
Кажется, я не смогу заснуть, но засыпаю мгновенно. Это не нормальный здоровый сон, больше похоже на сонное оцепенение. И всё же я вижу сновидение.
В нём небесно-голубая драконица лежит, скованная цепями, посреди заледеневших скал. Я узнаю себя мгновенно, хоть не превращалась в дракона уже много лет. Бросаюсь к своему второму я, тщетно надеясь разбить цепи. Драконица поднимает на меня льдисто-голубой глаз.
— Предательница, — говорит она, и из её рта вылетает облако пара. — Ты не дракон.
— Я знаю, — шепчу я и падаю на колени. — Прости меня.
Но она отворачивается. Я вижу лишь острые шипы на её спине.
Даже мой внутренний дракон отвернулся от меня.
Но почему она называет меня предательницей? Разве я предавала кого-то?
Просыпаюсь, ощущая себя куда более собранной и полной решимости, чем ночью. Нет толку склеивать разбитый лёд. Настала пора нам с Эйваном расстаться.
Эйван вернулся лишь рано утром. Горничная, кланяясь в пояс, передала мне сообщение от аллора дель Монрока: немедленно явиться в его комнаты. Я не сомневаюсь, что это именно приказ. Сейчас я не намерена артачиться и показывать характер, ведь мне и самой надо поговорить с Эйваном.
Если свекровь успела донести ему, что я пыталась сбежать ночью, не миновать скандала. Или чего-то похуже. Но я не хочу прятаться и бояться. Я столкнусь с мужем лицом к лицу.
В его комнате пусто. Я слышу его голос из ванной, откуда валят клубы пара. Огненные драконы предпочитают купаться почти в кипятке. Никогда не могла
