познакомиться с их руководящим составом, офицерами штабов. Нашел Николай Эрастович время и для того, чтобы посетить медико-санитарные части, поговорить с ранеными бойцами.
В те дни командующего можно было видеть выступающим перед личным составом армии. За короткий срок по его инициативе, поддержанной Военным советом, были проведены встречи с сержантами, учебные сборы командиров рот и батарей, слет женщин-фронтовичек.
Берзарин по-настоящему готовил воинов армии к разгрому гитлеровских полчищ, укрепившихся на господствующих высотах правого берега Днестра и в прибрежных населенных пунктах.
Вот он выступает перед рядовыми. И сразу же завязывается непринужденная беседа об основах успеха в бою, о смелости и отваге, которые должны проявляться со стороны каждого бойца. А вот командарм ведет беседу с сержантами о их роли и ответственности за воспитание преданных партии и Родине воинов.
— Наш солдат любит службу и уважает строгих, но и справедливых младших командиров, — поучает он.
Мы видели Николая Эрастовича, когда он горячо выступал перед офицерами.
— Командир батальона, дивизиона, роты и батареи, — говорил он, — должен не только подружиться, но и всем сердцем полюбить уставные положения. Приступаешь к созданию крепкой обороны или готовишь подразделение к атаке — обязательно посоветуйся с уставными требованиями, памятуя, что наши уставы помогут с минимумом потерь выиграть бой, сберечь жизни многих подчиненных, которых с понятным нетерпением ждут семьи с победой.
Командарм и сам в совершенстве знал строгие требования уставов и наставлений Красной Армии, являя собой пример дисциплинированности и исполнительности.
С момента прибытия в армию Николай Эрастович стал основное внимание уделять подготовке войск к наступлению. Он настойчиво учил личный состав побеждать хитрого и коварного врага малыми силами. В то же время учился сам, вбирая в себя опыт, накопленный армией в предшествующих боях на Волге и Дону, в Донбассе и на реке Молочной, при освобождении городов Николаева и Одессы.
Так проходили дни, а за ними недели. Приближалось начало Ясско-Кишиневской операции. Главная роль по дезинформации вражеских войск накануне наступления отводилась 5-й ударной армии. Перед ее соединениями и командованием была поставлена ответственная задача. Суть ее заключалась в том, чтобы приковать к своей полосе обороны максимум сил 6-й немецкой армии, оборонявшей Кишиневское направление, не позволить немцам снять отсюда хотя бы одно соединение и перебросить его к району образовавшегося прорыва, когда советские войска предпримут наступление в районе Кицкано-Копанского плацдарма.
«Все было сделано очень тонко, — рассказывает бывший начальник штаба 3-го Украинского фронта Маршал Советского Союза С. С. Бирюзов в своей книге «Советский солдат на Балканах». — Интенсивно функционировали железнодорожные станции, на которых якобы проводилась разгрузка войск. Из района реального сосредоточения наших войск по дорогам шли машины, танки, передвигалась пехота. Делалось это преимущественно перед наступлением вечерних сумерек, чтобы создать видимость сосредоточения войск в темное время. А фактически ночью войска возвращались обратно. На месте ложного сосредоточения по-прежнему оставались только один запасный полк, инженерная бригада и два инженерно-строительных батальона. Они усиленно имитировали расположение вновь прибывших соединений: дымили походными кухнями, на просматриваемых участках устанавливались макеты танков из дерна и хвороста. И оттуда же специально выделенные радиостанции будто бы невзначай, в нарушение правил посылали в эфир ничего не значащие сигналы.
В довершение всего ложный район сосредоточения войск был надежно прикрыт зенитной артиллерией и авиацией. При появлении вражеских воздушных разведчиков по ним открывался поистине бешеный огонь с земли, их атаковали наши истребители. Тем самым преследовалась двоякая цель: создать видимость усиленного прикрытия фактически несуществующей крупной группировки войск и не допустить, чтобы вражеская разведка раскрыла действительное положение в этом районе, а значит, и наш действительный замысел».
В 2 часа 30 минут 23 августа дивизии и корпуса 5-й ударной армии после короткого, но сильного огневого налета перешли в наступление против вражеских войск, пытавшихся под покровом темной ночи оторваться от наших частей, взломали их укрепления на западном берегу Днестра и Реуте и неудержимой лавиной двинулись в направлении столицы Молдавской ССР с востока и севера. Сбивая с ходу сильные заслоны противника, они освобождали один за другим населенные пункты, лежавшие на пути к Кишиневу.
Мы уже слышали, что Николай Эрастович не любил сидеть в штабе, что в прошлых боях он всегда появлялся там, где решалась судьба боя. На подступах к Кишиневу мы своими глазами видели, как, пренебрегая смертельной опасностью, командарм оказывался в самом пекле боя. Несколько позже мы к этому привыкли и уже не удивлялись его смелости и отваге.
К 4 часам 24 августа 1944 года соединения 5-й ударной армии при содействии войск 4-й гвардейской армии генерал-лейтенанта И. В. Галанина, обходивших город глубоко с запада, полностью очистили Кишинев от немецко-румынских фашистских захватчиков.
По этому поводу генерал Берзарин обратился к своим воинам с приказом, в котором говорилось:
«Командирам 32-го стрелкового и 26-го гвардейского стрелкового корпусов, 60-й, 89-й, 94-й гвардейских, 248-й, 266-й, 295-й и 416-й стрелковых дивизий.
24 августа войска нашей армии в результате решительного штурма овладели столицей Молдавской республики городом Кишиневом.
В боях за овладение городом Кишиневом бойцы, сержанты, офицеры и генералы показали возросшее воинское мастерство, боевую выучку и героизм, мужество и отвагу.
Верховный Главнокомандующий высоко оценил наши боевые действия и объявил всему личному составу благодарность. Столица нашей Родины Москва салютовала двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из 324 орудий.
Поздравляю генералов, офицеров, сержантов и рядовых с этой высокой честью и выражаю твердую уверенность, что личный состав армии на благодарность Верховного Главнокомандующего ответит новыми славными боевыми делами.
Враг под ударами наших войск поспешно отступает. Не давайте ему закрепляться на промежуточных рубежах, стремительно преследуйте и уничтожайте его.
Освободим Советскую Молдавию! Пронесем наши боевые знамена за Прут и Дунай. Добьем раненого фашистского зверя в его собственной берлоге!»
29 августа успешно завершилась Ясско-Кишиневская операция, а на следующий день на площади Победы в Кишиневе состоялся многолюдный митинг трудящихся и парад войск 5-й ударной армии. Перед собравшимися с взволнованной речью выступил Николай Эрастович.
…Было начало января 1945 года. В эти дни воины армии, оказавшись на польской земле, впервые увидели реку Вислу. Они спешили переправиться на западный берег, чтобы принять часть полосы обороны от 8-й гвардейской армии. Все понимали, что их ждут нелегкие наступательные бои, поэтому сюда, на зависленский плацдарм, и вводилась ударная армия — армия прорыва. И воины гордились этим, окрестив своего командарма Н. Э. Берзарина именем «Генерал-вперед».
14 января с Магнушевского плацдарма двинулись в наступление на врага войска 5-й ударной и 8-й гвардейской армий. В первый же день оборона противника была сокрушена, и войска нашей армии, продвинувшись вперед на 12 километров, подошли к
