— Мог бы позвонить и предупредить, что приедешь.
— И испортить сюрприз? Ха, получилось довольно забавно. Именно так и возвращаются домой.
— Домой? Ты думаешь, что стоит тебе вернуться, как сразу начнешь с того, на чем остановился девять лет назад? — воскликнула она с досадой и отвернулась, чтобы Тайлер не заметил, как потемнели от гнева ее глаза.
— А я и не собираюсь возобновлять то, на чем когда-то остановился, — сказал он тихо. — Слишком многое изменилось.
Он прав. Все изменилось. И он и она стали совершенно другими. Даже на ранчо все теперь по-другому.
Они стояли на плохо освещенной веранде, настороженно присматриваясь друг к другу, как и подобает соперникам, которыми теперь они стали. Молчание затянулось. Законы гостеприимства требовали, чтобы она пригласила его в дом, но Брианна была не в состоянии выговорить хотя бы слово. Двери ее дома хранили тайны, и она не готова открывать их Тайлеру.
— Ты меня пустишь в дом или мы так и будем стоять всю ночь, разглядывая друг друга? — устало проговорил он.
— Сейчас только двенадцать! — воскликнула она, прекрасно понимая, что ее возражение нелепо, но ничего не могла с собой поделать.
— Верно, — спокойно сказал он. — Я провел в пути несколько часов подряд и валюсь с ног от усталости. Единственное, чего я хочу, так это лечь и выспаться.
Посмотрев поверх его плеча куда-то вдаль, в сторону конюшни, она только собралась произнести что-то не совсем дружелюбное, как он перебил ее:
— В деннике я спать не намерен, так что не утруждай себя и не предлагай мне место в конюшне! Не понимаю, что ты так нервничаешь?
— Я нервничаю?! Да я совершенно спокойна! — раздраженно воскликнула Брианна. Она откинула с лица светлые пряди, выбившиеся из тугой косы, и, усилием воли взяв себя в руки, добавила:
— Мне не хотелось бы, чтобы по ранчо поползли слухи, что ты ночуешь в хозяйском доме.
— Никому и в голову не придет такое! В конце концов, мы с тобой родственники, я твой деверь, вот и все!
Она и не предполагала, что его осуждающий взгляд причинит ей такую боль. Он всегда будет винить в случившемся только ее. Но сказать ему правду означало бы поставить под угрозу то, что ей было дороже всего на свете.
Брианна изобразила на лице некое подобие улыбки.
— Ладно, так и быть, — сказала она и распахнула перед ним дверь.
Он проскользнул мимо нее с дорожной сумкой в руке. Она пошла за ним, включив прежде старинную латунную лампу у двери. Тусклый свет осветил широкий дверной проем. Тайлер вошел в него и оказался в гостиной.
— Я поднимусь на минутку наверх, — сказала Брианна. Надо было хотя бы накинуть халат и собраться с мыслями. — Проходи и устраивайся.
— Не беспокойся, много ли мне надо, — сказал он.
Войдя в свою спальню, она схватила розовый халат и надела его поверх ночной сорочки. Завязывая пояс, она как челнок сновала по комнате.
— Немедленно успокойся, Брианна, — приказала она себе.
По мере того как охватившие ее волнение и страх отступали, к ней возвращалась способность к трезвому размышлению. Ведь только благодаря ей ранчо не разорилось. Столько лет она несла свой крест. Она подумала о мальчике, спавшем в комнате напротив. О сыне Тайлера.
Осторожно ступая, Брианна бесшумно пересекла коридор и вошла в комнату сына.
Даниэль заворочался в постели, зашуршав простынями.
— Мама? — сонно пробормотал он.
— Шшш, дорогой, — с нежностью прошептала она, убирая светлую прядку волос с его лба.
Он что-то пробормотал во сне и повернулся на спину, раскинувшись на своей кровати.
Скрестив руки на груди, Брианна смотрела на спящего сына, и горло сдавил подступивший ком. Даниэль был очень похож на нее — голубые глаза, светлые волосы, те же черты лица… Пусть Тайлер думает, что Даниэль — сын Бойда. Так будет лучше для всех.
Она почувствовала угрызения совести, но тут же их заглушила. Тайлер тоже наследник и совладелец ранчо, но она не позволит ему торчать здесь сколько вздумается.
Внутреннее убранство дома Брианна изменила до неузнаваемости.
Тайлер снял свою широкополую шляпу и запустил ее в дальний угол дивана, где она плавно приземлилась на его дорожную сумку. Обойдя сиреневую качалку с цветастыми подлокотниками, он оказался у камина. В новой обстановке он чувствовал себя случайным посетителем, хотя этот дом был ему родным. Осторожно потрогав хрупкую хрустальную розу на каминной полочке, он погрустнел и глубоко вздохнул. Картины прошлого встали перед глазами.
Вот они с Лэвдоном сидят перед телевизором с большой миской воздушной кукурузы и смотрят субботнюю вечернюю передачу» Меткий выстрел» или поздним вечером, примостившись на полу, чистят свои дробовики после удачной охоты…
Но эти дни канули в вечность, и им не суждено повториться вновь.
Он застонал и зажмурил глаза. Смерть Лэндона потрясла его, и он никак не мог свыкнуться с мыслью, что больше никогда его не увидит. Сердце разрывалось от чувства безысходности и горького раскаяния, но ему некого было винить, кроме себя самого.
Звуки шагов на лестнице вывели его из глубокой задумчивости. Он бросил взгляд на проем, ведущий в сени, как раз в тот момент, когда там появилась Брианна.
На ней был длинный, до пят, хлопковый халат. Полы халата разошлись, открывая полную грудь с соблазнительной впадиной, округлые бедра и стройные, красивые ноги.
Он перевел взгляд на ее лицо. В восемнадцать лет она была очень хорошенькой. В двадцать семь стала ошеломляюще красивой — черты получили скульптурную завершенность. На молочно-белом, гладком, как фарфор, лице светились широко открытые голубые глаза. Свои длинные, цвета спелой ржи волосы она заплела в тугую косу, но это не помешало Тайлеру вспомнить, какие они мягкие и шелковистые на ощупь.
Брианна вошла в гостиную и остановилась у сиреневой качалки.
— Тайлер, я должна тебе кое-что сказать, — не гладя ему в глаза, проговорила она.
Что бы это могло быть? — подумал он, слегка удивленный.
— Да?
— Я не знаю, известно тебе или нет… — Она глубоко вздохнула и произнесла на одном дыхании:
— Лэндон и Бойд умерли.
— Да, я знаю, — грустно сказал он, потирая затылок.
Она нервно теребила кончик косы, переброшенной через плечо на грудь.
— Так ты поэтому вернулся?
Она спросила как бы между прочим, но от Тайлера не ускользнуло, что вопрос был задан не из пустого любопытства.
— Разумеется, но есть и другие причины, — уклончиво ответил он.
Она поджала губы, явно недовольная его ответом, и он едва сдержался, чтобы не улыбнуться. Судя по всему, она не знала, что адвокат Лэндона нашел его. Интересно, она собирается поговорить с ним или будет дожидаться своего часа и надеяться, что он уедет, так ничего и не спросив о разделе имущества? Она и замуж-то за Бойда пошла из-за поместья и вот уже три года безраздельно управляет всеми делами на ранчо. Понятно, что компаньон ей совершенно не нужен.
