Тогда-то он и поцеловал ее. И понял, что влюбился.
Через две недели после первого поцелуя она отдалась ему. Он предложил ей выйти за него замуж, и она с радостью согласилась. Они подолгу говорили, как будут жить на ранчо, сколько у них будет детей. Мир казался им прекрасным, лето — вечным, идиллия — бесконечной. И тут вмешался Бойд. И Брианна вышла замуж за брата, польстившись на его богатство.
Да, она действительно очень деловая женщина.
Покрутив головой, чтобы отделаться от навязчивых воспоминаний, он осторожно кашлянул. Брианна вздрогнула от неожиданности и повернулась к нему.
— Тайлер, — воскликнула она, — а я и не слышала, как ты вошел!
Он не стал говорить, что стоит тут уже минут пять, вспоминая, какими они были девять лет назад.
— Что это будет? — спросил он, пытаясь завязать беседу.
Она взяла ткань с колен, внимательно осмотрела шов, который только что прострочила, приколола кусочек ткани булавкой и только после этого подняла голову и посмотрела на него.
— Платье.
К его удивлению, она покраснела. И снова склонилась над работой.
— Так ты устроил свою кобылку?
— Да. — Он вошел в комнату. — Мне кажется, что Юстиция освоится в табуне здешних лошадей.
Брианна настороженно посмотрела на него.
— Что-то ты такой притихший? Настороженное выражение на ее лице его несколько позабавило, и он усмехнулся:
— Неужели я похож на злодея из плохого фильма о Диком Западе?
Поднявшись, она прошла через всю комнату, чтобы надеть недошитое платье на стоявший в углу манекен.
— Сегодня утром ты вел себя именно так.
— Согласен, я погорячился и наговорил лишнего. Но если ты ждешь от меня извинений, их у меня нет.
— Разумеется, нет. — Она искоса посмотрела на него. — Ты всегда считал, что все перед тобой виноваты!
Он должен понять, что ей будет нелегко признать его своим компаньоном.
— Послушай, Брианна, в наших отношениях есть определенные сложности, но я не для того вернулся, чтобы воевать с тобой. Я только хочу, чтобы со мной поступили по справедливости, и, как мне кажется, здесь мы пришли к обоюдному согласию.
— Ясное дело, — сказала она довольно резким тоном.
Он вздохнул и начал ерошить свои волосы.
— Я долго размышлял и пришел к выводу, что у нас нет другого выхода, как помириться и поладить. Так будет лучше для всех нас.
Она возилась с воротником и рукавами нового платья.
— Хорошо, — буркнула она.
— Ну так что, по рукам? — сказал он, протягивая ей ладонь.
Брианна пожала ему руку и в то же время незаметно перекрестила за спиной пальцы другой руки.
— По рукам, — нехотя сказала она. Нет, она не в состоянии отдать все, чего она добилась такой ценой, этому человеку!
— Вот видишь, это совсем нетрудно, — сказал он, улыбаясь.
— Ничуть, — ответила она с натянутой улыбкой.
— Вот и хорошо. — Он сел на стул у окна, сначала взяв с него подушку с узором из персиков и ярко-зеленых листьев. — Раз мы пришли к согласию, я хочу поговорить с тобой о моей половине ранчо.
Брианна вся внутренне подобралась. Ей не хотелось говорить об этом, пока она не решила, что делать с Тайлером и ранчо. Она заранее раздражалась, представив, как он будет вмешиваться в то дело, которое она, ценой невероятных усилий, спасла от гибели, имея всего двести долларов, которые выручила за свою разбитую «тойоту». Оставшись одна с ребенком на руках после смерти Бойда, она была в отчаянии. В это ранчо она вложила всю свою душу! Кроме него, у нее больше ничего не было. Ранчо было единственной ценностью, которую она оставит Даниэлю.
— Что? — словно очнувшись от своих мыслей, сказала она, подкалывая булавками подол платья. — Ты хочешь разделить ранчо прямо посередине? Себе взять восточную часть, а мне отдать западную?
— Ну, это было бы идеальным решением вопроса, — согласился он, держа в руках яркую подушку и теребя край ее оборки. — Но это недостижимо. Я хочу участвовать во всем, что происходит на ранчо, просмотреть все бухгалтерские отчеты.
Бомба наконец взорвалась! Рука, потянувшаяся за булавкой, дрогнула, коробочка с булавками опрокинулась, и все булавки разлетелись по полу. Брианна, проклиная себя за оплошность, лихорадочно подбирала в уме вескую причину, чтобы отвадить Тайлера от любимого ранчо.
— Ты… не сможешь! — выпалила она и вся сжалась от отчаяния.
Он удивленно поднял брови.
— Почему? Ты хочешь что-то скрыть от меня?
— Нет, что ты! — воскликнула она, покраснев. Она подбирала булавки с пола, морщась, когда они впивались ей в пальцы. Боже мой!
Надо что-то делать!
Она встретилась с ним взглядом, стараясь понять по выражению его глаз, что он задумал.
— Я только что отдала их бухгалтеру, чтобы он подготовил отчет за три месяца. Я должна иметь точное представление о финансовом состоянии ранчо, раз тебя это так интересует.
— Пусть это и станет началом нашего совместного ведения дел, — предложил Тайлер.
Она выпрямилась, пытаясь изобразить на дрожащих губах некое подобие улыбки.
— Хорошо. Бухгалтерские книги мне вернут примерно через неделю, — сказала она. Выиграть время — вот ее главная задача сейчас.
Он кивнул.
— Этот отчет поможет мне войти в курс дела.
— Вот видишь, как все хорошо получилось. Пойду соберу на стол, — ухватилась она за спасительную мысль.
— А я пойду приму душ.
Через пять минут они снова встретились — на кухне. Тайлер достал из холодильника чай и, налив себе стакан, сел за стол, пока Брианна ставила противень с бисквитами в духовку, чтобы слегка их подогреть. Взяв глиняный горшок с тушеной морковью и картошкой и тушеное мясо, она стала раскладывать их на тарелки, стараясь не думать о бухгалтерских книгах, которые обещала показать Тайлеру.
Тут вошел на кухню Даниэль, бросил быстрый взгляд на Тайлера и сел напротив него. Через несколько минут все наконец принялись за ужин.
— Даниэль, я видел, как ты скакал на своем Файэро, — сказал Тайлер, добавляя себе тушеной картошки. — Ловко ты с ним управляешься!
Положив кусочек моркови в рот, Даниэль взглянул на Тайлера своими ясными голубыми глазами.
— Ну и что?
Какой ершистый, подумал Тайлер, поливая соусом мясо и картошку.
— А вот что. Я подумал, может, тебе будет интересно научиться объезжать молодых лошадей?
— А тебе не кажется, что Даниэль еще слишком мал для этого? — спросила Брианна, не скрывая своего недовольства.
— Нет. — Тайлер посмотрел на нее и не мог понять, что ее так испугало. — Как только я научился сидеть в седле, Лэндон сразу же стал меня обучать этому ремеслу.
Даниэль взглянул на мать, потом на Тайлера.
— У меня нет на это времени.
