— До чего же она хороша! Такая нежная, милая, — не унималась Брианна, все еще находясь под впечатлением от безукоризненной красоты Юстиции.
— Не думай, что она тихая и кроткая, — сказал, улыбаясь, Тайлер. — Она быстрая и сильная, как метеор. Она выиграла кучу денег на скачках.
— Так вот чем ты занимался все это время! — воскликнула она. — Участвовал в скачках!
— Вот уже три года, как я занимаюсь этим, — подтвердил Тайлер. — Билл, человек, у которого я работал, уговорил меня поучаствовать в скачках на его лошадях. Поучаствовав один раз в местном родео, я незаметно для себя увлекся.
Взяв горсть овса, Брианна протянула ее Юстиции.
— И где же ты нашел это чудо? — спросила она.
— Я приглядел ее, когда она была еще жеребенком, и уговорил Билла продать ее мне, — сказал он, глядя на Брианну, и вдруг в этом маленьком пространстве, пропитанном запахом лошадей и сена, почувствовал, что его безумно влечет к ней.
Брианна тихо засмеялась, когда Юсси уткнулась ей в ладонь, требуя еще овса.
— Смотрите какая жадная, — проговорила она и, погладив звездочку на лбу Юсси, снова запустила руку в ведро с овсом. — Чем ты теперь займешься?
Он окинул ее взглядом в душном ночном сумраке. Она спросила как бы невзначай, но он понимал, что это все показное.
— Я хочу заниматься выездкой.
— А!
Опершись плечом о стену денника, Тайлер разоткровенничался:
— Я хочу приобрести племенного жеребца с хорошей родословной, чтобы спарить его с Юсси.
Брианна с опаской посмотрела на Тайлера.
— Ты можешь спарить Юсси с одним из моих породистых жеребцов, — нерешительно предложила она, словно сомневаясь, надо ли спаривать своих жеребцов с его Юсси. — Фантом и Тенек — великолепные, крепкие жеребцы с прекрасной родословной.
— Это было бы превосходно, если бы я решил заняться разведением и продажей, но я хочу заняться выездкой молодых лошадей. Есть один жеребец — чемпион по выездке, — и я хотел бы его приобрести.
— Вот оно что! — едва слышно прошептала она.
Тайлер кивнул.
— Это Римский Воин. У него прекрасная родословная.
Брианна погладила шелковую теплую Юсси.
— Хорошая родословная стоит недешево, Тайлер.
— Разумеется, но это быстро окупится, — возразил он. — Я хочу завести породистых жеребцов-трехлеток, чтобы было кого выезжать и показывать, одним словом, сделать из этого интересное развлечение для всех желающих.
У Брианны перехватило дыхание.
— У нас в поместье показательные выездки не устраивают! — сказала она жестким, непримиримым тоном.
Тайлер удивленно поднял брови.
— Ты забыла, что в былые времена именно это здесь и устраивалось!
Его слова прозвучали как вызов, и она забеспокоилась.
— И ты сам убедился, насколько убыточным было это занятие, — сказала она, направляясь к выходу.
Тайлер пошел за ней, заперев денник Юсси на задвижку.
— Смешно думать, что выездка лошадей, которой я занимался, не окупала себя! Если кто и приносил убытки, так это Бойд!
Его слова так ошеломили ее, что она встала как вкопанная.
— Откуда ты знаешь? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.
— Мне сказал Джаспер, — наконец проговорил он.
— Мне бы надо самой догадаться, — раздраженно сказала Брианна. Откинув со лба волосы, она повернулась и быстро пошла к выходу. — Мало ли что Джаспер наговорит, — бросила она на ходу.
— Ты проделала огромную работу, чтобы спасти ранчо от разорения. Джаспер говорил о тебе с большим уважением. Представляю, чего это тебе стоило. — Он дотронулся до нее ладонью, успокаивая.
Тепло его руки напомнило ей о том, о чем она не хотела вспоминать. Как он обнимал ее, целовал, ласкал…
— Не будь рядом Джаспера, я не смогла бы поправить дела на ранчо, — сказала она.
Он погладил ей руку у запястья, и сердце Брианны бешено забилось.
— Я ведь понимаю, что тебе пришлось проделать эту титаническую работу фактически одной, — тихо проговорил Тайлер.
Она меньше всего нуждалась в его жалости.
— Твоя совесть совершенно чиста, Тайлер, — сказала она, вырывая свою руку. — Мне это пошло только на пользу.
— Я с тобой совершенно согласен, — сказал он низким, хрипловатым голосом. — Так у тебя действительно никого нет? — спросил он, наклонив голову набок.
Она хмуро посмотрела на него, стараясь не замечать тоскливое, щемящее беспокойство, вызванное давними воспоминаниями.
— Почему тебя это интересует?
Он подошел к ней почти вплотную и, обхватив ее голову руками, сказал с потрясающей улыбкой:
— Потому что я никогда не сближаюсь с женщиной, у которой уже кто-то есть.
Глава 5
Ошеломленная бесцеремонным заявлением Тайлера, Брианна беспомощно хватала ртом воздух и не могла вымолвить ни слова. Воспользовавшись ее замешательством, Тайлер изловчился, и Брианна оказалась зажатой между ним и стеной. Сопротивляясь, она уперлась руками в его широкую грудь, но он даже не шелохнулся. Запустив пальцы в ее пышные белокурые волосы, он приподнял ее лицо, жадно впившись голодным взглядом в ее губы.
Ее бросило в жар, и временами казалось, что между ними проскакивают искры, — так были оба напряжены.
— Тайлер, что ты делаешь? — прошептала она и не узнала своего голоса.
— Брианна, я не могу без тебя! — проговорил он горячим шепотом, в его глазах мерцало что-то хищное и диковатое.
Она нервно сглотнула, спрашивая себя: не слишком ли опасно заигрывать с ним? Она, чувствовала, что не сможет устоять перед магией его обаяния, предвидя, как будут развиваться события: она отдаст ему все — и сердце, и душу, — а он наградит ее унизительным презрением сразу же, как наваждение рассеется.
— Не я тебе нужна, — сказала она сдавленным голосом. — Просто ты истосковался по женщине.
— Не говори так. — Наклонив голову, он скользил губами по ее подбородку, по щеке, подбираясь к уху. — Мое чувство к тебе так сильно, что я не в силах справиться с ним, — прошептал он.
Он стал целовать ее в нежную, чувствительную ямку на шее, и Брианна глухо застонала, вцепившись ему в плечи. Ее раздирали противоречивые чувства: благоразумие подсказывало ей, что надо вырваться из его объятий и уйти, а сердце желало остаться с ним.
— Тайлер, не надо, — сказала она, хотя ее руки обвились вокруг его шеи, а губы тянулись к нему, призывая его поддаться искушению. — Мы только разбередим старые раны, — тихо проговорила она.
— Пожалуй, ты права, — согласился он, целуя ее в уголок губ. — Но какое это имеет значение? Мы же оба страстно желаем друг друга!
— Тайлер, пожалуйста… — взмолилась она.
— Это прозвучало скорее как согласие, — возразил он.
