— Это прозвучало скорее как согласие, — возразил он.
Она была в замешательстве.
— Нет.
— Тогда прикажи мне остановиться! — Он наклонился, собираясь снова поцеловать ямочку на ее шее, его горячее дыхание обжигало ее. — Ну, быстрее, а то, если я начну, меня уже не остановишь!
Брианна наслаждалась его голосом, теплом, исходившим от него. Она берегла свои чувства к нему девять долгих лет, и вот теперь они выплеснулись наружу и ошеломили ее.
Когда его губы коснулись ее губ, она ответила искренне и беззаветно. Он целовал ее крепко и страстно, не стесняясь обуревавших его чувств. Но этого ему было мало, и он, обхватив ее лицо ладонями и запрокинув ей голову, буквально впился в ее губы. Он целовал ее так яростно, что она вся дрожала под напором его безудержной страсти. Они стонали от переполнявших их желаний, все больше и больше распаляясь. Он целовал ее снова и снова, не в силах остановиться, как и положено человеку, который вернулся домой после долгой разлуки.
Это напомнило ей, как все непрочно и быстротечно в этом мире. Она всхлипнула и крепко прижалась к нему. Как хорошо! Как на небесах! — подумала она. Вот чего ей недоставало в жизни. Она отдаст ему всю душу… понимая, однако, что вверяет себя человеку, который не сможет полностью оценить, какой подарок уготован ему судьбой, так как слишком ожесточен и озлоблен своим прошлым.
Она почувствовала, что вот-вот расплачется. Ее поцелуи, ее открытость и искренность продиктованы исключительно любовью, а им движет лишь примитивное животное чувство. Ей же еще и достанется Неожиданно она отпрянула от него, прервав поцелуй, обещавший быть страстным и долгим.
— Не надо. — Она с трудом подавила желание уйти, внезапно устыдившись своего безрассудства. Да, девять лет разлуки не погасили пламени их бурной страсти.
Эта мысль заставила ее содрогнуться. Он пристально посмотрел ей в глаза.
— Мы все делали по обоюдному согласию, Брианна! — воскликнул Тайлер.
Нет, у нее нет оснований обвинять его в том, будто он злоупотребил ее доверием. Но она не может позволить себе такое легкомыслие и поставить под удар благополучие сына.
Она глубоко вздохнула и, собрав всю свою волю, твердо проговорила:
— Тайлер, ты абсолютно прав. Мои чувства к тебе не остыли, но я не хочу быть одной из твоих очередных побед.
На этот раз она решительно повернулась и пошла, и он не проронил ни слова.
Она все еще была под впечатлением их неожиданного свидания и, стараясь успокоиться, бесцельно металась по своей спальне. Чувства, которые она подавляла в себе долгие годы, — надежда, тоска, влечение — вырвались на волю.
Она твердила себе, что Тайлер ей совершенно не нужен и что она должна держаться от него подальше. На всякий случай. Все мужчины в ее жизни — от ее отца до Тайлера с Бойдом — так или иначе не оправдали ее ожиданий. Но довольно, с нее хватит! На этот раз она никому не позволит оставить ее на бобах! Тайлер уже один раз разбил ей сердце — и исчез на долгих девять лет.
А тут еще его фантазии по превращению ранчо в развлекательный конно-спортивный центр! Она работала как проклятая, чтобы вытащить поместье из долгов, а он сведет на нет все ее усилия!
Брианна присела на край постели, обхватив голову руками. Что делать? Как спасти ранчо от честолюбивых затей Тайлера?
В течение часа она лихорадочно думала, то бегая по комнате, то садясь на кровать. Да, с тех пор как Тайлер стал совладельцем ранчо, ее безраздельное управление поместьем закончилось!
Единственное приемлемое решение, пришедшее ей в голову, — предложить Тайлеру продать ей свою долю ранчо. Получив наличные, пусть едет на все четыре стороны и создает свой показательный центр где-нибудь еще, а она будет жить спокойно и размеренно, как жила до его возвращения.
«А если он откажется продать свою долю?» — ехидно спросил ее внутренний голос, когда она переодевалась в ночную сорочку. Покачав головой, словно желая избавиться от этой мысли, она решила, что такой поворот дела не имеет права на существование. Он должен продать ей свою долю во что бы то ни стало!
Устало вздохнув, Брианна расстелила постель и юркнула под одеяло.
Ей лучше не оставаться с ним наедине, пока она не сообщит ему о своем решении. Но сначала надо просмотреть бухгалтерские книги, чтобы знать, какими деньгами она располагает.
Это первое, что она должна сделать завтра утром.
Ну и долго она будет избегать его?
Размышляя над этим вопросом, он машинально жевал двойной бутерброд — хлеб, намазанный арахисовой пастой, накрытый хлебом, намазанным джемом, — и запивал это холодным молоком. Таким был его второй завтрак — просто, без затей.
Его совладелица пряталась от него вот уже два дня — с того самого вечера, когда он сообщил ей о своих планах… с того самого вечера, когда они целовались. Ее нежелание встречаться с ним и забавляло, и раздражало его.
Каждое утро она ставила его завтрак в теплую духовку и исчезала в своем кабинете, расположенном в отдаленном уголке дома. Второй завтрак он готовил себе сам. Хотя они встречались за ужином, ему казалось, что для обсуждения его планов это неподходящее время. Он представлял себе важный для него разговор совершенно по-другому, отказавшись от мысли говорить на эту тему при мальчике. Похоже, что и Брианна понимала это и использовала присутствие сына в своих целях.
Тайлер не раз замечал на себе недоверчивый взгляд Даниэля, брошенный украдкой. Если принять во внимание возраст Даниэля, это было просто смешно. За что его мог невзлюбить племянник? Объяснение напрашивалось само собой: Даниэль стремился защитить мать и себя. Но от чего, Тайлер понять не мог. В этом надо разобраться.
Разделавшись с бутербродом и молоком, Тайлер задумался. Интересно, как складывались отношения Даниэля с Бойдом? При всем старании Тайлер так и не смог представить себе Бойда терпеливым и ласковым отцом.
Тайлер вышел во двор и, оглядевшись, увидел Даниэля, игравшего в бейсбол в тени огромного дерева. Мальчик бросал мяч в натянутую сетку и, когда тот отскакивал, пытался поймать его на лету. Получалось это у него не очень ловко.
Тайлер вспомнил, каким он сам был в его возрасте, и, заметив на лице парнишки упрямое выражение, направился прямо к нему. Несомненно, они найдут с Даниэлем общий язык.
Даниэль тоже заметил приближение своего дяди, но, не подав вида» продолжал бросать мяч в сетку. Мяч отскочил и, упав на землю, подкатился к ноге Тайлера.
Тайлер вспомнил, как Бойд когда-то насмехался над его неуклюжими попытками играть в бейсбол, и решил подбодрить Даниэля.
— Знаешь, эта игра и мне не давалась.
— Ну да! Так я вам и поверил! — воскликнул мальчик.
