себе. Материала, который будет безвозвратно потерян по истечению срока службы экзоскелета.
Павел молча воспроизвел в голове картинку поля, заваленного сотнями мертвых тел. Того материала хватило бы на целый легион экзоскелетов.
— Да, второй довод скорее всего малозначим, — согласился Сим. — Тем не менее, я по-прежнему сомневаюсь в способности урезанных узкоспециализированных модулей справиться с задачей…
— Вот черт! — выдохнул Павел, прерывая симбионта. — Какого хрена, Сим? Ты же говорил, что разобрался с этим гребаным радаром?!
Возмущаться было с чего — впереди, метрах в двадцати прямо перед ними, из кустов торчал чей-то хвост. Судя по его размерам, встреча с хозяином хвоста входила в число тех, которых Павел отчаянно хотел бы избежать.
Медленно и аккуратно, стараясь максимально точно попадать по своим следам, Павел принялся пятиться назад. Пока что ему удавалось остаться незамеченным, и хорошо бы, если бы это продолжалось и дальше.
— Радар не фиксирует живых объектов… — растерянно проговорил Сим.
— В ближнем радиусе? — язвительно переспросил Павел, балансируя на одной ноге и аккуратно перенося другую через высокий куст.
— В ближнем радиусе, — обреченно согласился симбионт.
— Выкинуть этот хлам к чертям собачьим, — зло буркнул Павел. — И в будущем полагаться только на проверенные вещи… Фух, вроде пронесло. Не заметил. Так, обойдем-ка для верности подальше. На сегодня мы исчерпали весь свой заряд удачи.
***
Павел в последний раз внимательно оглядел окрестности и спрыгнул вниз. Экзоскелет едва слышно хрустнул, перераспределяя нагрузку и оберегая своего носителя от повреждений. Сам он при этом понес определенный урон, но Павел решил этим пренебречь. Оболочке и так осталось существовать от силы пару часов, а ползти по шершавому стволу вниз, собирая лицом брызги едкого сока, совершенно не хотелось.
— Итак, мы добрались. Удивительно, но это заняло не так много времени, как я боялся. Как думаешь, Сим, меня будут встречать как героя?
Павел немного нервничал, самую малость, и старался избавиться от этого чувства любыми способами. Почему-то он боялся того, что найдет на месте города груду развалин, и встречать его — хоть как героя, хоть как злодея, будет некому. Хотя, казалось бы, основная угроза успешно устранена, и все должно пойти на лад, но нехорошее предчувствие все сосало откуда-то изнутри.
Возможно, из черного кокона в груди, где дрых мерзкий манипулятор-недопророк.
Подходя к устью прохода, Павел внимательно вслушивался и всматривался, пытаясь найти затаившихся патрульных. Кажется, в прошлый раз его остановили где-то здесь… Или вон там?
Но ни здесь, ни там его так никто и не окликнул.
Конечно, их в теории мог напрячь его модерновый костюм, но… В конце-то концов, каких только уродов нет в этом сдвинутом городе! Чешуйчатые, колючие, со щупальцами, рогами, ушами, хвостами. Каждый извращается, как может. Пора бы привыкнуть ко всякой экзотике. Но на всякий случай Павел периодически останавливался и махал рукой, обозначая себя как существо разумное и склонное к общению. Увы, его порыв никто не поддержал. Пост был покинут. Плохой знак. Насколько он помнил, на момент их выхода дальний патруль хотели оставить. Что-то случилось, или просто перерешали?
Состояние недавнего поля боя ясности не внесло. От многочисленных туш мало что осталось. Кто-то основательно потрудился над ними, оставив лишь груды костей — самых крупных, тех, которые не удалось разгрызть или хотя бы проглотить целиком. Павел усмехнулся, представив Алхимика, с наслаждением обсасывающего чьи-то ребрышки. Ну да, и правда, кто еще мог так качественно все подмести?
На противоположном конце прогалины, на самой опушке, Павел наткнулся на своеобразный памятник. Узкая расщелина, видимо, послужившая импровизированным склепом, была с большим запасом завалена камнями. Поверх взгромоздили здоровенную плиту с криво вырезанной надписью: "Герои Второй битвы при Проходе. ХЗ год. Спокойной ночи."
Павел подивился на даты, погадал, что имелось в виду — не то "13" в своеобразной римско-арабской записи, не то "хрен знает" в чисто русской. В любом случае, автор записи был человеком весьма оригинальным. А впрочем, откуда бы тут взяться нормальному.
***
"Внутренний" лес, на первый взгляд, ничем не отличался от себя же двухнедельной давности. Стада хищных мутантов не торопились бросаться из-под каждого куста. Тихо, спокойно. Даже слишком.
За время перехода к окрестностям города Павлу не встретилось ни одного стоящего зверя — только какая-то мелочевка шустрила по кустам. Оно и к лучшему — от непрекращающихся схваток последних дней он устал до смерти. Из порубленных им за это время мутантов можно было, пожалуй, сложить копию пирамиды Хеопса в полный рост.
Павел никак не мог решить, ломиться ли ему в город прямо так, как есть, или заранее избавиться от своего допинг-костюма. Вроде бы ничего секретного в этом нет, но лишний козырь в рукаве никогда не помешает?
Вопрос благополучно разрешился сам собой — одно из внешний ядер досрочно отдало концы по неизвестным причинам, обрушив весь баланс и парализовав экзоскелет к чертовой бабушке.
Предусмотренные конструкцией замки для аварийного сброса забарахлившей амуниции само собой не сработали. Выбираться пришлось, как обычно, с помощью смекалки, грубой силы и крепкого словца. По результатам операции Павел еще раз сказал себе "спасибо" за открытый шлем и отмахнулся от уверений Сима о том, что у него-де все было под контролем.
Без костюма скорость передвижения замедлилась раза в два. Уставшие ноги никак не хотели шагать, а привыкший к наличию защитной скорлупы мозг параноил и видел угрозу под каждым кустом. Благо, идти оставалось недалеко, и в скором времени Павел смог насладиться зрелищем высоченных городских стен. Совершенно целых, а вовсе даже и не разнесенных по камешку.
Выглядел город как-то совершенно мирно, с учетом недавнего массового побоища. Все так же ползали по полям сборщики кактусов, все так же прохлаждались в тенечке патрульные-охранники. Ворота, само собой, тоже никто закрывать не торопился.
Как-то эта идиллия не слишком сочеталась с паническими воплями Полковника, с которыми он носился после смерти стража прохода. То ли этот толстяк разводил суету на ровном месте, и на самом деле не все так страшно; то ли он тру-фаталист и решил на все забить и положиться на авось.
Спасителя человечества Павла встретили без особой помпы. Все, чего он удостоился, после всех своих мучений, это "привет" сквозь зубы от смутно знакомого охранника на воротах. Ну, все как обычно, уже оказанная услуга цены не имеет. Вдобавок, у Павла даже завалящей жучиной головы с собой не было, в виде зримого доказательства совершенного подвига, так сказать.
— Пашка! Живой! — оглушенный звонким криком, он едва успел обернуться и подхватить бросившуюся ему на шею тонкую фигурку. О чем тут же пожалел —
