23.03.2001 [1]
Осьмикрылой стрекóзе хромой,Отраженной в себе же самой,Никогда ей уже не вернуться домой,В пустоту от себя уносимой, —
А всегда ей лететь, прижимаясь к Земле,И всегда ей идти на последнем крыле,И всегда ей скользить, исчезая во мглеНад Цусимой.
Два шестистишия
…вдруг проснется веранда – от стекол,заскрипевших в полдневном свету,и взлетит паучок, что отштопалполовину окна на лету,и, смахнувши проржавленный стопор,стукнет створка в околицу ту,
где уже засыпают июлюавгустóвского пороху в жбани литую шиповника пулюобливают по всем желобам,и к шипящему в облаке ульюподогнали шмеля шарабан.
Снег, одиннадцатистишие
Сын обделенной чужбины,Муж иноземный, куда?В бездне лазурной пучиныТеплится искра-звезда…
В. К. Кюхельбекер. «Оссиан» (1835)
Житель подоблачных кочек,нéжитель вздыбленных сот —снег, распылившийся летчик,кинувший свой самолет,
чтó на златом карабинеты зависаешь в ночи? —дали криле голубине,так улетай и почийгде-нибудь там, на чужбине,в чьей-то зеленой печи.
Всё; исчезает; молчи.
Стихи с Юга
(III – Смерть Вергилия; запоздавшие новости)
1
От Италии холернойдо Далмации-чумыслышен мерный шлеп галерный —– Это мы или не мы?
2
Всё алмазней, всё лазурней,всё тесней к себе самойпод небесною глазуньей,подпузыренною тьмой,с вёсел звездами стекая,уносящая с уманочь деньская, персть морская —Адриатика сама.
3
По искрóй прошитой слизираспускается мазут —из заморского Бриндизивздох Вергилия везут —– Это мы на веслах плачем,вести ветхие везем,и в мехах облысых прячемчернозем и глинозем.
4
От Апульи суховейнойк Адрианову столбупрорезает плеск хорейныйАдриатику-скобу —Бог не охнет, гром не грохнет,не просыпется Гомер,пусть луна на веслах сохнети меняется размер.
5
– Мы гекзаметру враги ли?– Это мы, а не они!– Умер, кажется, Вергилий?– Умер, Бог оборони!
Облака
Ослепительным воздухом дут,ослепленной водою спринцован,облаков стеклянеет редут,поджидая, когда подойдутте – под знаменем сизо-пунцовыми с шар-бабой каленой луны.
Ночью будут руины смутныв чистом поле под бабой каленой,и лыжнею – кривой и зеленой —мимо них побегут бегуны.
Дерево. Ночь
какой-то шурх и трескв колодках стволовыхкак если бы в них жилкоротковолновик
как если бы эфирпод купой завывално только чмок и фыркприемник издавал
какой-то жалкий блескв коробках столбовыхисчезновенье жилтемнеющее в них
как если бы фонарьнад купой воспарили фосфорную пыльв тумане растворил
как если бы сбежалпо лесенке стальнойкакой-то белый жаркороткою волной
Поезд / поезд
…А над глиняным Дунаемпо заболоченному мосту,черной пеной поддуваем,поезд скатывается в пустоту.
И, разбужен полым звуком,ты вдруг очнешься в купейном углу:виадук за виадукомназад шагают, в злаченую мглу.
Сквозь сквозные их опорыбез сожаления оглянисьна разрезанные горыс жилистым дымом, сходящим вниз.
На подкóпченные шпалыи столбцы непонятных вех,на подточенные скалыс перистым паром, всходящим вверх,
где над выгнутым Дунаемпо заоблачному хребту,снежной пылью подымаем,воздух втягивается в темноту.
Игорю Булатовскому песнь благодарственная на присылку изображения Кузнечика, оказавшегося Саранчой
– Саранча, саранча,где твоя епанча?– У сада Пал Палычаупала с плеча.
Я летала к Пал Палычув том году на Крит.Стол у Пал Палычав том саду накрыт.
– А что подают у Пал Палыча,алычу?Может, и я туда полечупо лучу?Может, чего получу?
– У Пал Палыча в том садустол накрыт.Подают у Пал Палычав меду акрид.
Коль не хочешь, саранча,потерять епанчу,не летай к Пал Палычупо лучу!
Три семистишия
В горы́ тучнеющее телонаискосок – к зерну зерно —двуклонной россыпью влетелодвууглых ласточек звено,и – молниею пронзено —(как бы в бутылке, зеленó)мгновенно – облако – сотлело.
Прощай, гора. С двуклонных крыш —с твоих чешуйчатых террасок —во мрак ступают через крыждымы в краснеющих кирасах(за дымом – дым, за рыжим – рыж,и нити на хвостах саврасыхгорят, как и сама горишь).
Гора, прощай. По одномуогни сухие, пепелимы,со склона скатятся в потьму,как пух сожженный тополиный(у павшей ласточки в домусомкнутся крыльев половины,и сны – приснятся – никому).
Марш «Прощание деревьев»
Все багряные ладониВетер клену пережалИ к осиновой колонне,Уходящей в полупоклоне,В полунаклоне перебежалИ маленький закат дымился на погонеу дуба – Как погашенный пожар
Последние полки́ в заречье уходили —За грабом липа и за вязом бук —И под занавес огневой угодили:Хлюп над рекой, плюх, бах, бух!Полетел с папахи пух,Дым сверкающий набух…– Проводили!
Пробор / пруд
– Видишь? – разобранный надвоегребнем светящимся пруд…– Вижу. Как будто со дна твоесердце достали и трут.
– Слышишь? – плесканье надводноебедных кругов золотых…– Слышу. Как будто на дно твоесердце сронили – бултых —
Простые стихи об Одессе
глинистые голуби одесскиеголовы их голые и детскиедушная волна из-под крыланад горелым морем заболоченнымза холерным парком заколоченнымкукуруза дымная цвела
слава богу с этим все поконченожелтизна чулочная истонченадо запаутиненной дырыкувырнулись голуби расстрелянныеи собаки прыгнули растерянныев море со ступенчатой горы
палевое море взбаламученноесгреб с причала в небо замазученноедед в тельняшке перержавым Ψи давно закрылись все столовыеи давно расплылись все полóвыена ступенях дрыхнувшие псы.
Пробор / река
Что ж с того, что луна возвращается,вещи неба в чехлах находя,и волна, уплотняясь, вращается,на зубцы фонарей находя, —
все под мост уходящие полосыкосо-накосо не исчесать:нам – вдыхать эти гладкие волосы,кораблям в эту мглу исчезать.
Хор на дым
строфа (в саду)
сладкой слизью пахнет дымкладкой глиняной захоложенныйне в упад и невподымсада клиньями загороженныйа липы дрожат как осиныим накосо сдуты мехацвéта измерзшейся глиныи изотлевшего мха
антистрофа (в лесу)
горькой гнилью пахнет дыммежду голых стволов перевернутыйв неупад и в неподымдоннерветтером передернутыйа сосны ложатся как елиужé засыпáть им порана гладкой холодной постелииз старого серебра
эпод (в небе)
пресной пылью кружит дымдрожащий над сизою чащейкислой прелью виснет дымпросыпанный в воздух бренчащийльдом золотым-голубымнад лесом и садом летящий
Раздел второй
Стихи и другие стихотворения
(2007–2010)
Первые стихи года
Отдаляясь, меркнет снег —подожди, пока не смерки не сделался дождем– Хорошо. Подождем —
Отделяясь, меркнет снег —подожги, чтобы не смерки не сделался дождем– Хорошо. Подожжем —
На набережной
…а едва из башенки мы сошлив те накатанные из мягкого дымного льданебеса, что так сизо-розовы и покаты,как всё и опять мы увидели, но не так, как с земли:
Цыгане, поклевывающие с моста.
Цыганки, поплевывающие на карты.
Утки, поплавывающие в пенной пыли.
Собачки, курчавые, как борозда.
Младенцы, щекотаны и щекаты.
(И низкие покоробленные корабли.)
(И черные опаздывающие поезда.)
(И белые ослепительные закаты.)
Февраль на холме
Ольге Мартыновой
Три шестистишия со словом «вода»
