Существует две причины, по которым миссионерская деятельность в Финляндии приняла в XII в. более организованные формы. Во-первых, к этому моменту медленно, но верно укрепилась королевская власть в Швеции, что способствовало возрастанию ее влияния на развитие Финляндии и других частей Балтийского региона. Во-вторых, соперничество между папской властью и Германской империей привело к основанию папой новых архиепископств в Лунде (1104) и Упсале (1164) с целью устранения архиепископа Бременского, отличавшегося чрезмерной верностью германскому императору. Решение папы распространить систематическую миссионерскую деятельность на Финляндию явилось звеном в этой борьбе за власть, поскольку крестоносцы германского императора в то же время укрепляли свои позиции в Прибалтике. Дополнительным стимулом для деятельности миссионеров в Финляндии были опасения возможной активности со стороны Новгорода и православной церкви. /8/
В средневековых источниках упоминаются три Крестовых похода в Финляндию. Позднее историки относили их приблизительно к 1155, 1239 и 1293 гг. Хотя христианизация Финляндии проходила в основном мирным путем, церковь нуждалась в легендах об активной борьбе между добром и злом, якобы сопровождавшей обращение язычников. Первый из Крестовых походов, известный современным исследователям (1155), возглавил в соответствии с церковной традицией британский монах Хенрик. Под защитой короля свеев Эрика он предпринял миссионерскую экспедицию в Юго-Западную Финляндию. Причиной того, что именно этот поход стал известен потомкам, стала последующая канонизация Хенрика и объявление его покровителем епархии города Або (Турку), так как, по преданиям, этот монах при жизни творил добро и чудеса. Согласно легенде, Хенрик крестил финнов после того, как они были разбиты войском короля Эрика, и остался в Финляндии в качестве епископа новой миссионерской епархии, но через год был убит финским крестьянином Лалли, который, разумеется, понес за это Господню кару.
Возникновение шведского государства
Тринадцатый век характеризовался нарастанием борьбы за политическое и экономическое господство над побережьем Финского залива. В Северной Прибалтике пытались утвердиться датчане. В 1219 г. они основали портовый город Ревель, ныне официально называемый Таллинном. По-эстонски Taani linn дословно означает «город датчан». Однако населяли город преимущественно немцы. Уже в 80-х годах XIII в. он получил статус ганзейского города. На востоке осуществлялась экспансия со стороны Новгорода под предводительством князя Александра, в 1240 г. победившего шведское войско у берегов Невы и потому получившего почетное прозвание «Невский». Два года спустя он разгромил рыцарей Тевтонского ордена в битве на льду озера Пейпус (Чудского озера).
Укреплялась власть шведской короны и католической церкви над местными князьями в Средней Швеции и к северу от Финского залива. Хотя централизация власти была длительным процессом, продолжавшимся в течение всего Средневековья, можно говорить о существовании уже в начале XIV в. шведского государства, одним из важнейших регионов которого была Юго-Западная /9/ Финляндия, В результате стабилизации политической обстановки крестьяне из перенаселенных областей Швеции стали перебираться через Финский залив и селиться в относительно пустынных береговых районах Эстерботнии.
Очевидно, что колонизация не контролировалась верховной властью. Однако чем дальше на восток продвигались колонизаторы, тем чаще возделыванием новых земель руководили князья или богатые крестьяне, причем они старались завладеть львиной долей пахотной земли. Переселенцы представляли собой немногочисленную группу населения. Благодаря бракам и языковому взаимодействию финно- и шведскоязычное население еще до ослабления иммиграции в середине XIV в. начало смешиваться. Несмотря на свою незначительность, миграции из Швеции положили начало заселению побережья Финляндии шведскоязычными жителями – процесс, непрерывно продолжавшийся вплоть до наших дней.
Утверждение шведского языка в Финляндии было связано также с тем, что он все в большей степени становился языком власти. В конце 30-х годов XIII в. шведский ярл[3] Биргер предпринял карательную экспедицию в западную часть внутренней Финляндии – Тавастланд, – жители которой вступили в союз с Новгородом. В дальнейшем эта экспедиция (1239) стала известна как Второй крестовый поход в Финляндию. Она была санкционирована папой, так как тавастландцы сожгли католический храм. Однако важнейшей целью этого похода было упрочение шведского королевского владычества в Финляндии. По приказу ярла Биргера в Тавастланде была построена крепость Тавастхус (Хямеенлинна). Со временем крепость стала важным административным центром шведской короны.
Римско-католическая церковь играла ведущую роль в консолидации светской власти повсеместно в Европе. Тот факт, что шведская корона могла защитить служителей церкви и ее собственность от местных князей и владык, был выгоден церкви. Такие же отношения между светской и королевской властью существовали в Швеции. В XIII в., после различных междоусобиц, Швеция и Финляндия образовали единое государство под властью монарха. Церковь последовательно поддерживала интересы короны. В конце XIII в., когда королевское военное присутствие все более распространялось на восток, в направлении Карелии, вслед за вой- /10/ сками шли католические прелаты. Летом 1293 г. шведский военный предводитель Тюргиль Кнутссон предпринял успешный поход на Карельский перешеек. Местное православное население было обращено в католическую веру. Была возведена Выборгская крепость, которая вплоть до XVIII в. оставалась важнейшим приграничным оплотом королевства на востоке.
В результате этой военной операции, вошедшей в историю под названием Третьего крестового похода в Финляндию, постепенно обозначилась более четкая граница между сферами интересов шведской короны и Новгорода. С подписанием Нотебургского (Ореховецкого) мира[4] между обоими государствами возникла политическая граница, которая одновременно стала демаркационной линией, разделившей западные и восточные церковные общины. Таким образом, большая часть нынешней Финляндии подпала под шведское и римско-католическое владычество. Это обстоятельство сыграло решающую роль в дальнейшей судьбе страны. Присоединение Финляндии к западной церкви повлекло за собой не только унификацию форм управления страной и ее духовной культуры в соответствии с характерными особенностями других регионов Европы, подчинявшихся папе Римскому. Тем самым финская культура медленно, но верно подвергалась ассимиляции со стороны общеевропейской католической культуры. Новые способы управления и церковное искусство отражали целый ряд духовных ценностей, которые в последующие века стали формировать у финского народа мироощущение и взгляды на жизнь – прежде всего, в форме позднейшего лютеранства.
Однако утверждение западной церкви в Финляндии не обусловило немедленный отказ от языческих традиций и представлений. Страна являла собой крайне малонаселенный и обширный регион. Как и в других частях Европы, здешнему крестьянству удалось сохранить многие древние обычаи, переосмысливая их как христианские. Наиболее известна трансформация языческих обрядов плодородия в празднование христианской Троицы. Оба праздника приходились на конец весны или на самое начало лета. Оба были посвящены возрождению. Во время языческого праздника люди приносили символические жертвы в честь пробуждения природы, земледелия и жизни. Христианский праздник восславлял Вознесение Христа. Все это облегчало объединение двух тради- /11/ ций в одну. Так произошло, например, в тавастландской деревне Ритвала, отличавшейся плодородной землей. Древний языческий культ плодородия приобрел здесь католический облик в начале XIV в., однако, вплоть до XVIII в. этот обычай сочетался с прежними оргиастическими празднествами.
К началу XIV в. шведская королевская власть начала возводить в Финляндии три укрепления: Абоский замок, Выборгский замок и уже упоминавшуюся крепость Тавастхус. В конце XV в. была также построена крепость Олофсборг (Олавинлинна) в приграничной зоне на юго-востоке области Саволакс (Саво). Одновременно заложили несколько малых укреплений (в частности, Расеборг и Кастельхольм), которые также способствовали упрочению королевской власти в различных регионах. Как и в целом в Европе, эти крепости являлись военными сооружениями и центрами сбора налогов. Центральная власть, однако, все еще была слаба, и поэтому значительную долю управленческих функций на местах брала на себя церковь. Последнее особенно заметно в Финляндии, где епископство в Або задавало тон процессу административной интеграции. Основой церковного управления являлись местные приходы, которые были образованы в каждой волости. Волости, в свою очередь, представляли собой наименьшие административные единицы светской власти.
