Джек пожал плечами.
— Знаешь, а ведь я всего лишь подумал, что твоя подруга Кэтрин и Ник Стэйн составили бы идеальную пару. Каждый хочет только покоя и избавления от докучливых поклонников. Им следует пожениться, тогда они смогут вести именно ту формальную, безукоризненно идеальную супружескую жизнь, которую нафантазировали. Без сложностей, без чувств, без малейших волнений. Ребята они симпатичные, достаточно зарабатывают, и ни один не может упрекнуть другого в намерении нажиться на его славе или деньгах! Интересно знать, удастся ли им это так же хладнокровно осуществить…
Пока он разглагольствовал, Бренда успешно поборола приступ кашля.
— Больше так не остри, когда я пью, — взмолилась она. — Я чуть не подавилась!
— Прости… ты права. Мысль безумная. Какое нам дело до Кэтрин Сент-Петерс и Ника Стэйна…
— Нет, погоди! — Теперь уже Бренда захотела развить эту тему. — Ты полагаешь, что Стэйн и Кэт подходят друг другу?
— Чисто внешне — наверняка, вдобавок. Кэт не только красива, у нее светлая голова, а это импонирует Нику больше, чем наружность.
— Что такого страшного может произойти, если мы их сведем? — подхватила логическую нить Бренда, и сама тут же ответила на свой вопрос. — Они либо понравятся друг другу, либо не понравятся. Почему бы нам не рискнуть? Первая встреча — еще не женитьба. Ты позвонишь Стэйну, я ненавязчиво подготовлю Кэт. После сегодняшнего разрыва она вполне способна клюнуть на такую безумную идею.
— Гм… — хмыкнул Джек. — Чем больше я об этом думаю, тем больше мне нравится наша затея. Стэйн хоть и безупречно описывает все тонкости любви, но, я уверен, его практический опыт в сфере настоящего чувства весьма ограничен. Как знать, может, Кэт и окажется тем самым вулканом, который растопит этот мужской айсберг…
2
Кэтрин Сент-Петерс бросила испытующий взгляд на свое отражение в зеркале и скорчила себе рожицу. Разве не все равно, как она выглядит? С какой стати она угробила битых сорок минут, чтобы заново вымыть волосы и втиснуться в эту велюровую кишку, называемую платьем?
Ну да ладно, результат стоит усилий! Густая, с рыжеватым отливом грива гладкой шелковой завесой падала на табачного цвета ткань, соблазнительно обтягивающую фигуру. Чуточку теней для век, щедро накрашенные ресницы и рубиново-красная губная помада — вот и весь ее макияж. Кожа, еще сохранившая нежный загар последнего уик-энда, проведенного на море, и необычные каре-зеленые глаза в косметике не нуждались. Кэт была довольна собой, и одно это уже оправдывало потраченное на внешний вид время.
Если она и поддалась на совершенно бредовую идею подруги, то, по крайней мере, хотела сразу четко дать понять, что ей нет нужды бросаться в объятия первого встречного.
Вообще вся эта затея — просто дикость! И как это ее угораздило пойти на поводу у Бренды? Кэт попыталась припомнить вчерашний разговор. Сначала она заявила, что подруга совсем спятила.
— Ты сошла с ума? Я должна выйти замуж за совершенно незнакомого человека только потому, что вы с Джеком решили, будто мы идеально подходим друг другу? Ты уверена, что вчера вечером не выпила лишний стаканчик белого вина?
Бренда, как обычно, осталась невозмутимой и чрезвычайно спокойно и очень по-деловому изложила преимущества подобного партнерства. Если не считать того, что она еще никогда не видела этого Ника Стэйна, он почти стопроцентно соответствовал идеалу из супермаркета. Мужчина, не претендующий ни на время Кэт, ни на ее свободу, ни на ее кошелек.
— Так в чем же загвоздка? — с подозрением осведомилась Кэт. — Он едва ноги волочит или живет с двадцатью девятью персидскими кошками, с которыми не желает расстаться даже в случае женитьбы?
Бренда уклонилась от ответа.
— Посмотри на него сама!
— И не подумаю! Одно дело — пошутить со своей лучшей подругой, и совсем другое — попытаться осуществить эту чушь с чужим человеком.
— Да ты просто струсила! — заявила Бренда и откинулась в кресле с такой торжествующей улыбкой, что Кэтрин не оставалось ничего другого, как решительно запротестовать. — О'кей, тогда будь любезна это доказать и познакомиться с Ником Стэйном, а если он покажется тебе отвратительным, ты в любой момент можешь оплатить свой счет и исчезнуть. Но если ты упустишь шанс хоть разок испытать собственную модель брака, то никогда не узнаешь, работает она или нет.
Проигнорировать это было невозможно. По этой-то причине Кэт и стояла сейчас перед зеркалом, проводя последнюю инвентаризацию собственной внешности. Отказываться слишком поздно. Через тридцать минут Ник Стэйн встречается с ней в «Лютеции». Как класс ресторана, так и тот факт, что он смог зарезервировать в нем столик на вечер, давали Кэт дополнительный материал для размышлений.
Что за намерения стоят за столь эффектным приглашением? Стэйн хочет произвести на нее впечатление? Продемонстрировать свою известность? Если она не сядет наконец в такси, водитель которого нетерпеливо возвещает о своем прибытии, то никогда этого не выяснит.
Кэт схватила плоскую сумочку, набросила плащ и покинула свою сорокаметровую квартиру, в которой жила с тех пор, как вернулась в Нью-Йорк после учебы. Мать Кэт сильно огорчил этот факт, она никак не могла понять, почему дочь наотрез отказывается возвратиться в родительской дом.
Андрэ, неоспоримый властелин столов и стульев «Лютеции», слегка смутился при ее появлении.
— Мисс Кэтрин! Как приятно вас видеть, но… Мистер Маллонер отменил заказ…
Кэт легко помогла ему выйти из затруднительного положения.
— Я договорилась с мистером Стэйном, Андрэ…
Сопровождаемая к столику самим шефом, Кэт неизбежно превращалась в мишень для множества брошенных украдкой взглядов. Ник Стэйн тоже обратил внимание на высокую стройную молодую женщину в строгом закрытом платье цвета ржавчины. Во-первых, копна ее волос, казалось, отражала отблеск каждой отдельной свечи из всех, зажженных в зале, а во-вторых, он редко видел платье, показывающее так мало тела и одновременно действующее столь сексуально. Когда Андрэ решительно повел это приметное создание в его направлении, Ник на какую-то долю секунды лишился дара речи. Так это и есть Кэтрин Сент-Петерс? Немыслимо!
— Спасибо, Андрэ!
Красавица скользнула на свое место, одарив провожатого улыбкой, от которой даже эскимоса бросило бы в жар, и ответила на его собственное довольно нескладное приветствие холодной улыбкой.
— Извините за опоздание, мистер Стэйн. Таксисту пришлось сделать крюк из-за аварии на Пятьдесят девятой улице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
