— Всего какие-то пять минут, мисс Сент-Петерс, не стоит о них и говорить, — пробормотал Ник, зачарованный хрипловатым оттенком ее низкого голоса.
— Обычно я стараюсь быть пунктуальной, мистер Стэйн. Нет ничего утомительнее, чем ждать собеседника.
Ник прищурился. Замечания молодой женщины были сухи, как бумажные обрезки, выползающие из автомата по уничтожению документов, и это составляло резкий контраст с ее несомненно волнующими голосом и внешностью.
— Что заказать вам в качестве аперитива? — Ник цеплялся за банальную учтивость, ожидая, когда к нему вернется самообладание. Она заказала сухой «шерри», и это пробудило его неистощимый юмор и помогло снова овладеть ситуацией. — За ваше здоровье, Кэтрин. — Он улыбнулся, когда принесли заказанный напиток.
— Спасибо, мистер Стэйн! — Кэт пригубила «шерри», в свою очередь пытаясь скрыть удивление.
Бренда ни словом не упомянула тот факт, что на широких плечах Ник Стэйн носит потрясающую голову! Поскольку сама она пролистывала бульварные журналы в лучшем случае в парикмахерской, да и то очень бегло, то пришла на это свидание, не имея ни малейшего представления о его внешности.
Из-под полуопущенных ресниц Кэт попробовала провести своего рода ревизию. Даже сидя нельзя было не заметить, что Ник чуть ли не на голову выше нее. При ее собственных ста семидесяти пяти сантиметрах роста такое встречалось нечасто. Тонкий, с легкой горбинкой, орлиный нос, доминируя над остальными чертами лица, делал его похожим на воинственного индейского вождя. Это сходство дополняли густые темные волосы и глаза чернее ночи.
Характерная нижняя часть лица, подбородок с глубокой ямкой, хорошо очерченный чувственный рот, в уголках которого угадывалась слегка ироничная усмешка. Ник не был красавцем, но производил впечатление такой мужественности и силы, что все мелкие погрешности не имели никакого значения.
Чтобы преодолеть внезапную растерянность, Кэт торопливо выпила «шерри» и углубилась в меню, которое Стэйн предупредительно протянул ей. Наконец ей удалось настолько прийти в себя, что она смогла снисходительно ответить на его выжидательную насмешливую улыбку. Кэт откинулась назад и сложила кончики пальцев треугольником.
— Что будет на первое, мистер Стэйн, еда или дело?
Он пожал плечами.
— Когда Джек Ривэйн предложил мне встретиться с вами, я посчитал это за удачную шутку, — произнес он наконец, — за какой-то новый, необычный способ со мной познакомиться. Мне стало любопытно взглянуть на девушку, которая сумела своей возмутительной задумкой запудрить мозги даже моему адвокату. Но сейчас…
— Но сейчас вы, может быть, разрешите мне для начала уточнить несколько принципиальных моментов, — ледяным тоном прервала его Кэт. — Задумка принадлежит не мне, а Джеку Ривэйну и его подруге Бренде, которая случайно является и моей подругой. Она уговорила меня прийти сюда сегодня вечером. Я не отношусь к числу ваших фанаток, мистер Стэйн, и, конечно, никогда не стремилась любой ценой с вами познакомиться. Если вы рассматриваете ситуацию исключительно с юмористической точки зрения, я предлагаю закончить нашу встречу. Я не хочу впустую тратить ни ваше, ни свое время.
Кэт уже горько сожалела о том, что согласилась на это дурацкое свидание. Ник Стэйн внимательно смотрел на нее, и она казалась самой себе глупой школьницей.
— Не так бурно, Кэтрин, — возразил он, успокаивающе положив правую руку на ее нервные пальцы, теребящие салфетку. — Не знаю ничего более приятного, на что я мог бы потратить свое время, чем поужинать здесь с вами. Я только не был готов к тому, что вы подойдете к нашему возможному соглашению столь… ну, скажем, строго официально. Все-таки речь идет о возможном супружестве!
Кэт в замешательстве нахмурилась и поспешно отдернула руку. Ошибалась ли она или в этом так серьезно прозвучавшем ответе таился смешок? По какой-то загадочной причине ее умение разбираться в людях в случае с Ником Стэйном потерпело фиаско. Странно, обычно это случалось с ней, когда что-то затрагивало ее сердце, но сейчас все было не так!
— Ерунда! — вскипела она. — Мы должны забыть эту нелепую историю.
— Нет, как раз наоборот! — В его черных глазах вспыхнул огонек авантюризма. — Шутка все больше превращается в высшей степени соблазнительное предложение. Скажите мне, чего вы ждете от кольца на своей руке, Кэтрин?
— В первую очередь — покоя от охотников за приданым и плейбоев. Во-вторых, оно послужит стоп-сигналом для всех брачных планов, которые постоянно строит моя мать. А в-третьих, я хочу честного партнерства, не обремененного ни ревностью, ни ненужным любовным сюсюканьем. Разум и силы нужны мне для работы, я ненавижу сложности личной жизни, которые меня отвлекают.
У Ника запершило в горле от ее ответа, выданного с неприступной холодностью, но крайне обольстительным голосом. Похоже было на то, что Кэтрин Сент-Петерс по-настоящему верила в каждое произнесенное ею слово, хотя слова эти казались странными. Неужели она действительно такая ледышка или же разыгрывает перед ним фантастический спектакль? — Вы, вероятно, получили ответы на наши вопросы, мистер Стэйн? А почему, разрешите спросить, вы решили послушаться Джека Ривэйна и встретиться со мной? Только чтобы познакомиться с очередной поклонницей?
В голове Ника заметались мысли. Он судорожно подыскивал подходящий ответ. Не может же он ей сказать, что правда куда проще. На самом деле, он счел идею Джека до такой степени идиотской, что захотел познакомиться с претенденткой из чисто профессионального интереса. Какая женщина могла быть такой сумасшедшей или такой отчаявшейся?
Кэтрин Сент-Петерс не выглядела ни сумасбродной, ни павшей духом. Как раз наоборот, она оказалась чрезвычайно привлекательной женщиной, чья соблазнительная фигура будила в нем чувственные картины. Ник не помнил, когда в последний раз так страстно желал женщину. И как интересно было бы проверить, таится ли пламя под этой холеной безупречной кожей. Кэт ждала его ответа. Спокойно, невозмутимо, владея собой до кончиков покрытых рубиново-красным лаком ногтей.
— Возможно, я надеялся познакомиться наконец с женщиной, достаточно взрослой и интеллигентной, чтобы отказаться от всего этого вздора о большой любви и пошлых предубеждений! Не с самкой, а с партнером! — Он закинул наживку, которую она немедленно и охотно проглотила.
— Мне двадцать шесть, и я уже вышла из фазы романтической безвкусицы, — гордо заявила Кэт.
— Чудесно, тогда вы определенно не мечтаете пройтись к церкви вся в белом, с рыдающими матерями и растроганными отцами, окруженная многочисленными родственниками? — осведомился Ник с непроницаемым лицом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
