Читаем без скачивания Космос становится больше. Хаббл. Расширение Вселенной - Eduardo Lopez

Внук боготворил деда, а тот рассказывал ему разные семейные истории. Его собственный дед, то есть прапрадед Эдвина, был работорговцем. Кроме того, фамилию Джеймс носил и легендарный бандит, Джесси Джеймс, скрывавшийся от правосудия Миссури. Может быть, ученого Хаббла и известного бандита связывали родственные узы, ведь они не только имели одну фамилию, но и жили в одной местности?

Джесси Вудсон Джеймс (Клей, Миссури, 1847 — Сент-Джозеф, Миссури, 1882) — знаменитый преступник, вор и убийца, о «подвигах» которого на Среднем Западе снято множество фильмов. Его отец, как и дед Хаббла, отправился в Калифорнию на поиски золота и умер там, когда Джесси было всего три года. Во время Гражданской войны штат Миссури, где жила семья, пострадал особенно сильно. Джесси участвовал в боевых действиях на стороне южан, что, по всей видимости, и привело его в преступный мир после окончания войны. Вместе со своим братом Фрэнком он организовал банду, грабившую банки и поезда. После налета в Нортфилде банда была уничтожена, но братья Джеймсы скрылись и собрали новую банду, которая стала настоящим кошмаром для властей.

За Джесси, живого или мертвого, была назначена награда в 10 тысяч долларов. Желая получить эти деньги, один из членов банды убил его выстрелом в спину. Судя по датам жизни, родство Джесси Джеймса с Эдвином Хабблом должно быть очень близким.

Джесси Джеймс (слева) и его брат Фрэнк в 1872 году.

Вероятно, так и есть. Однажды этот бандит, державший в страхе всю округу, явился собственной персоной к родственнику Уильяма, Джону Баду Джеймсу. Он пришел со своим братом Фрэнком, оба были до зубов вооружены, однако визит оказался дружественным. Братья только хотели выяснить, не в родстве ли они с этими Джеймсами? Гости попросили поесть и собрались остаться переночевать, а когда окаменевшая от ужаса жена Бада так и не смогла приготовить им ужин, Фрэнк приготовил еду на всех. Беседуя, Джесси и Джон Бад решили, что приходятся друг другу кузенами. После разговоров братья-бандиты уснули на полу, а на рассвете уехали. Так что в биографии Хаббла имеется и такой интересный факт, редко упоминаемый исследователями: он находился в близком родстве со знаменитым бандитом Джесси Джеймсом.

Благотворное влияние на внука оказывал и дед по отцовской линии. Мартин Джонс Хаббл также был потомком работорговцев. Его звали капитаном Хабблом, хотя он практически не участвовал в военных действиях. Хаббл гордился чистотой своего рода: все его предки происходили из Англии, Ирландии и Уэльса и не имели примесей других рас. Военные привычки и некоторый расизм сильно повлияли на маленького Эдвина. Дед руководил страховой компанией в Спрингфилде (население которого составляло тогда 8000 жителей). Его жена, Мэри Джейн, была президентом компании, сын Джоэль — вице-президентом, а Джон, отец Эдвина, — секретарем. Все они вместе с самим Мартином составляли правление компании. Мартин быстро превратился в уважаемого горожанина, стал членом масонской ложи и обеспеченным человеком.

Через несколько лет страховая компания Хабблов расширила охват территории и начала работать в Маршфилде. Примерно в двух километрах от городка семья построила ранчо, на довольно обширных землях которого расположилась Земельная и фруктовая компания Хабблов, занимавшаяся в основном продажей яблок.

Отец героя нашей книги, Джон, был воспитан в духе самого сурового американского пуританства. Он поступил в Школу права при Университете Вашингтона в Сент-Луисе (Миссури), однако, по всей видимости, учебу не закончил и, следовательно, так и не смог стать адвокатом. Джон пошел по стопам отца и занялся страховым делом, сначала в качестве служащего в «Олд Амэрикен Иншуранс Кампэни» в Чикаго, а потом и в других компаниях. Эта работа была связана с частыми командировками и переездами, так что его семья тоже жила то в Спрингфилде, то в Маршфилде и даже — недолго — в Канзас-Сити и Сент-Луисе.

Джон воспитывал детей в соответствии с собственными пуританскими взглядами. Они проводили время за чтением Библии и могли приглашать в гости только тех друзей, кто принимал их семейные традиции. По всей видимости, несмотря на авторитарность, отец был ласков с детьми (хотя впоследствии Эдвин скажет, что тот разрушил ему жизнь). Отношения Джона с его супругой Дженни были непростыми. Ее все обожали, а сама она воспринимала деспотизм мужа с разумным чувством юмора.

В семье Хабблов любили музыку. Люси хорошо играла на фортепиано, отец — на скрипке, Билл — на мандолине. Похоже, только у Эдвина не было особых склонностей к музыке, но он все равно присутствовал на семейных концертах и приглашал на них друзей.

Бабушка со стороны отца, Мэри-Джейн, была маленькой и очень подвижной. Всего она дала жизнь девяти детям. Отец Эдвина, Джон Пауэлл, был вторым из них. Второе имя Пауэлл, которое получил и внук Эдвин, было девичьей фамилией Мэри-Джейн, дочери генерала Джорджа Джозефа Пауэлла. В те времена это было традицией, позволявшей не потерять девичью фамилию жены, так что второе имя Эдвина Хаббла было фамилией его прадеда. А его старшего брата звали Генри Джеймс Хаббл, по фамилии его деда Джеймса.

В возрасте 21 года молодой Эдвин получил престижную стипендию Родса, позволявшую три года изучать юриспруденцию в Оксфорде. Даже уехав за границу, Эдвин поддерживал тесные отношения со своей семьей. Он писал письма по отдельности отцу, матери и каждому из братьев. Однажды мать предложила ему приехать домой на каникулы: она узнала, что дни ее мужа сочтены, но не объяснила сыну причину, поэтому Эдвин не вернулся домой и не присутствовал на похоронах отца.

В каком-то смысле эта смерть стала для него освобождением: строгий отец взял с Эдвина обещание, что тот не будет изучать астрономию и не возьмет в рот ни капли спиртного. Эдвин не сдержал слово, хотя в целом его поведение вполне соответствовало существовавшим традициям. После смерти отца он просто стал чаще ходить на праздники, и частично это было связано с желанием Эдвина насладиться напоследок любимой Англией.

Родс (1853-1902) — британский мультимиллионер, который умер, не оставив наследников. Его состояние было направлено на предоставление стипендий особо отличившимся студентам: на каждый штат приходилось по одной стипендии по 1500 долларов ежегодно на три года. Претенденты должны были быть не просто книжными червями, а блистать во всех областях. Они должны были быть искренними, смелыми, ответственными, полными внутреннего благородства и к тому же иметь спортивные достижения. По словам самого Родса, кандидаты отбирались так строго, будто они претендовали не на стипендию, а как минимум на пост президента США. Для получения стипендии Эдвин добился того, что его выбрали вице-президентом класса, а также собрал положительные отзывы преподавателей. Большое значение имел умеренно хвалебный отзыв его преподавателя по лабораторным занятиям, будущего нобелевского лауреата Милликена. Хаббл получил стипендию Родса от штата Иллинойс. В 1910 году он отправился в Оксфорд, где мог выбрать специальность для изучения и колледж. Он выбрал Королевский колледж. Могли юноша воспользоваться стипендией, чтобы изучать астрономию? Увы, нет: по настоянию отца он был вынужден снова взяться за право.

Его родителей очень тревожило, что в письмах сын не упоминает о церкви. Может быть, он отошел от религии отцов? Эдвин успокаивал родителей, но в то же время скрывал свой интерес к католицизму, хотя это было скорее культурное любопытство. Правда же заключалась в том, что он утратил часть внушенной с детства набожности, а с другой стороны, ему нравилось осматривать старинные монастыри и слушать рассказы об их истории.

По возвращении из Оксфорда Эдвин в свои 24 года стал настоящим героем для семьи. Его сестры, особенно 14-летняя Хелен и восьмилетняя Бетси, восхищались внешностью брата, его новым британским акцентом. Несмотря на то что он не был старшим, Эдвин занял место во главе стола, ранее принадлежавшее отцу. Вся семья гордилась им и ждала его помощи.

В те годы семья сильно обеднела. Хотя Джон, как и его отец, дедушка Мартин, был материально обеспечен, ситуация изменилась. Мартин, в тот момент уже передвигавшийся на инвалидном кресле, разделил ранчо между многочисленными детьми, и Джону досталось не так уж много. Наличие множества долгов, возникших частично из-за болезни Джона, поставило семью в затруднительное положение. Старший сын Генри получил низкооплачиваемую работу. Люси давала уроки игры на фортепиано, но зарабатывала тоже немного. Билл изучал сельское хозяйство, и именно ему позже выпала доля стать опорой семьи, но в 1913 году он был еще только студентом. Трое младших братьев были совсем маленькими. В тот момент все надежды возлагались на Эдвина — молодого человека с недавно приобретенными изысканными манерами и блестящим адвокатским будущим. Но Эдвин не оправдывал этих надежд, что стало еще одним ударом для его матери Дженни. Он никогда не работал адвокатом и не занимался ничем, что было бы связано с полученным в Англии образованием.