Читаем без скачивания Алмаз королевы - Игорь Волгин

— Откуда ему? — сказала Хельга, — Он был под общим наркозом!

— В таком случае, Фриц, срочно установите личность этого человека и разработайте план выводa за его из госпиталя. Может быть, удастся уговорить его родственников или его самого перевестись в другую больницу, а уж по дороге…

— Мы вспорем ему брюшину и вынем камень! — закончил за него догадливый Фриц.

— Функ получит свою долю полностью! — гаркнул босс. — Он ее заработал!

Хельга беспокойно огляделась и даже слегка привстала на стуле.

— Но, вы знаете… — начала она неуверенно. — Еще в тот день, когда меня выпустили из тюрьмы, я пошла в госпиталь и узнала… Одним словом, случилась досадная неприятность…

— В чем дело? — спросили с экрана.

— Он все-таки помер? — нахмурился Фриц.

— Нет, — запинаясь, продолжала женщина. — Как раз даже наоборот… Доктор Функ так мастерски провел операцию, что больной уже на третий день почувствовал улучшение…

— С камнем в желудке? — изумился Фриц.

— В этом нет ничего удивительного. Доктор вложил его в тот отдел кишечника, где он, по идее, дoлжен причинять минимум неудобств. Он может вообще не чувствоваться…

— Не понимаю! — взревел босс. — Его что — уже нет в госпитале?

— Вообще-то больные после операции по удалению аппендицита лежат у нас еще семь-десять дней, но этот, сославшись на неотложные дела, ушел уже на третий день… Я не могла подробно расспрашивать о нем, поскольку это вызвало бы подозрение у полиции. Все, что мне удалось узнать, — это то, что он почувствовал себя лучше и, дождавшись, когда зарубцуется шов, выписался из госпиталя…

— Тем хуже для него, — буркнул Фриц. — Он облегчил нам задачу.

— Боюсь, что, наоборот, усложнил, — возразила Хельга. — Он иностранец. Его доставили в госпиталь с острым приступом, и понадобилась срочная операция. Никто даже не знает толком, кто он такой. Известно, что он русский, ему двадцать семь лет, зовут Алексей Петров. Покидая госпиталь, он говорил, что не может здесь задерживаться, у него неотложные дела в Москве и он должен немедленно уехать…

Лица бандитов обескураженно вытянулись.

— Как же вы додумались подсунуть доктору тaкого больного? — почти простонал Фриц.

— Ни до чего я не додумывалась! Это была обычная плановая операция, в которой выбор пациента не зависит от доктора, тем более от меня…

— Будем его искать, — проскрежетал босс. — Не иголка, найдется! Фриц, направишь людей в госпиталь, пусть откопают все, что возможно, об этом Алексее Петрове. И аккуратнее, чтобы не пронюхали фараоны! Я возьму на себя министерство внешних сношений и отдел виз. Возможно, удастся кое-что узнать о нем там…

— Босс, а если он уже того… Утек в Москву?

— Достанем и в Москве! Наш главный козырь — полное неведение Петрова! Фриц снова обернулся к Хельге:

— Все-таки камешек величиной с кучное яйцо — не такая уж незаметная ноша для желудка…

— Действительно, госпожа Ремберг, как долго Петров сможет носить его в себе, не чувствуя боли?

— Неизвестно, — ответила Хельга. — Человеческий организм — вещь сложная, малопредсказуемая. Тут ничего нельзя утверждать наверняка. Петров может год ходить с камнем в животе, не испытывая от этого неудобств, а может свалиться от рези в желудке уже на второй день…

— И тогда он обратится к врачу, ему сделают рентген и сразу просекут алмаз, — с невеселой усмешкой констатировал Кривой.

— С, поисками Петрова придется поторопиться, — сказал босс. — Как, по-вашему, госпожа Ремберг, хотя бы месяц у нас есть? Я имею в виду — до тех пор, пока у него не прихватит живот?

— Думаю, есть, но гарантировать не могу. Камень способен вызвать болевой приступ в любой момент… К тому же, поймите, доктор Функ никак не мог ожидать, что пациент покинет больницу уже на третий день! Он рассчитывал, что Петров, как и вcякий больной, выпишется через полторы недели, а за это время он или я нашли бы способ известить о местонахождении бриллианта…

— От этих русских никогда не знаешь, чего ожидaть, — проворчал Фриц.

— Обыщем все гостиницы, все отели, —заговорил босс. — Где-нибудь да должeн он «наследить». Чем быстрее мы возьмем след в Германии, тем быстрее найдем его в Москвe. Если, конечно, он уже смылся туда.

—Я думаю, босс, одновременно с поисками в Германии нам надо сразу, не теряя времени, отправить человека в Москву. Знаем мы о Петрове мало, но и этих сведений хватит для того, чтобы пустить на его розыски русских частных детективов.

— Отличная мысль, Фриц! Ты прав, время терять нечего. Где Шредер?

Светловолосый верзила с волевым квадратным лицом, до этой минуты молча сидевший за столом, вздрогнул и выпрямился на стуле.

— Я здесь, босс!

— Ты неплохо знаешь русский язык, при коммунистах учился в Москве. Так что поиски Петрова в России возлагаю на тебя. Используй все средства, вплоть до незаконных. Не стесняйся давать взятки — русские это любят. Ты, Фриц, будешь искать его следы в Германии. Если узнаешь что-нибудь — немедленно сообщишь Шредеру.

— Будет исполнено, босс! — ответил Фриц.

— С Шредером в Москву полетят Штольц, Йост и Гизе. На случай, если потребуется помощь в боевой силе.

— Не волнуйтесь, босс, — оскалился в улыбке светловолосый бандит. Алмаз я из его брюха зубами выгрызу!.. И он захохотал.

Прослушав запись до конца, начальник федеральной уголовной полиции Роммерсдорф некоторое время сидел неподвижно. Потом попросил прокрутить ленту еще раз. Рыжеволосый шотландец Мак-Кэтчон — детектив из Скотланд-Ярда — сидел по другую сторону стола и невозмутимо сосал пенковую трубку. На столе стоял магнитофон. Из динамика доносились то резкий, дребезжащий голос бандитского босса, то хрипловатый баритон Фрица, то торопливый, испуганный говорок Хельги, В заключение все голоса потонули в раскатистом хохоте Шредера.

— Запись, как я уже докладывал, сделана пять часов назад, — сказал Бауэр, — а сам разговор имел место на вилле «Рыцарские дубы» в пригороде Дюссельдорфа.

— Знаю такую, — кивнул начальник. — Это вилла небезызвестного Фрица Тейхмана по кличке Кривой. Но ведь ее, насколько мне известно, практически невозможно прослушать! Там стены из изолирующего материала и отражающие жалюзи на окнах!

— Нам удалось привлечь к сотрудничеству одного из его людей, а именно Вилли Крюгера, — объяснил Бауэр. — Непосредственного участия в налете он не принимал, его содействие преступникам ограничилось только тем, что он подвез Функа до госпиталя. В тюрьме он сделал признание и ответил на все интересующие нас вопросы. Его выпустили за день до Хельги Ремберг. Как видно, Тейхман еще не утратил доверия к Крюгеру, иначе вряд ли тому удалось бы пронести подслушивающее устройство в помещение, где происходил этот разговор. Роммерсдорф задумчиво пожевал губами.

— Да-а… — протянул он. — При обыске мы совсем упустили из виду, что Функ вскрывал пациента…

— Но мы же не Шерлоки холмсы, чтобы сразу обо всем догадываться! — воскликнул старший полицейский инспектор.

Мак-Кэтчон, подтверждая его слова, кивнул.

— Но это же оказалось так просто! — разочарованно продолжал Роммерсдорф. — Алмаза нигде нет, абсолютно нигде, и если он словно сквозь землю провалился, то где же ему быть в таком случае, как не в желудке у больного, которого оперировал Функ… Это элементарно, инспектор!.. Нет, все-таки согласитесь, это просчет!

— Мы были убеждены, что у Функа тайник где-то в госпитале. Что ж, ему удалось провести нас…

— А что это за «босс»? Если судить по записи, то голос явно изменен с помощью механического модулятора.

— Вы правы, сударь. Из всех членов бинды вживую его видел только Тейхман и еще, возможно, Функ. Крюгер утверждает, что босс общается с ними через спутниковую связь, при этом всегда изменяя голос и искажая свое изображение на экране. Очень велика вероятность того, что этим боссом является Джерри Хан, авантюрист с мировым именем, чей бизнес связан с торговлей наркотиками и нелегальной продажей краденых драгоценностей. Интерпол охотится за ним по всему миру, но Хан неуловим. Преступным группировкам, связанным с ним, он отдает приказы, зачастую находясь на другом конце земного шара. Его очень трудно взять с поличным. Трижды он находился под судом, и каждый раз ему удавалось выйти сухим из воды. Госпoдин Мак-Кэтчон абсолютно убежден, что это именно Джерри Хан.

Шотландец вынул трубку изо рта и сказал тайным голосом:

— О да!

— Хорошо. — Мельком взглянув на него, Роммерсдорф снова повернулся к инспектору. — Вернемся, однако, к алмазу. Точнее — к Алексею Петрову, что сейчас, кажется, одно и то же… Действительно ли так скудны сведения о нем, как это утверждает Хельга Ремберг?

— Похоже, да. В настоящее время наши сотрудники заняты его интенсивными розысками в Германии, а также сбором любой информации о нем. Но пока ничего конкретного по сравнению с тем, что уже известно, обнаружить не удалось. Петров был доставлен в госпиталь не на «Скорой помощи», а на частной машине. Что это за машина — еще не установлено. Фамилия его друга, который привез Петрова в госпиталь, также осталась неизвестной. Петров был доставлен в полубессознательном состоянии, с острой болью в правом боку. Ему сразу поставили диагноз: приступ аппендицита. Требовалась срочная операция. Этот друг сообщил только самый минимум сведений о больном: имя, фамилия, возраст — двадцать семь лет, в Германию прибыл из Москвы по коммерческим делам. В послеоперационный период этот друг дважды навещал его, а на третий день они вместе покинули госпиталь. Дежурный врач настоятельно советовал Петрову продолжить курс реабилитации, но тот заявил, что обстоятельства, вынуждают его торопиться в Москву. Вот практически все, что нам известно. У нас нет даже фотографии больного. Нам придется просить персонал госпиталя оказать помощь в составлении фоторобота.