Изольда Павловна объявление делать будет! — встретив такого гражданина на улице, вряд ли кто решит, что он физрук — высокий и сутулый, с очень длинными, худыми конечностями и нездоровым цветом лица молодой человек, больше смахивал, на какого-нибудь изможденного офисного работника.
Когда, наконец, последние воспитанники, под неодобрительное шипение физрука, встали в строй, на площадке появилась замдиректора Любашкова.
— Спасибо Анатолий Иванович, — поджав губы, кивнула она ему. — Мы собрали вас, чтобы сообщить о предстоящей поездке. Все воспитанники, на некоторое время, выезжают на оздоровительную базу Механического завода на Талом озере. С собой берете средства личной гигиены, спортивную одежду и обувь. Посадка в автобусы, в десять часов, у главных ворот. А теперь — собирайтесь, — отчеканила она и дети с радостными криками бросились в корпус.
Сообщая такие приятные для всех новости, Изольда Павловна не позволила себе даже намека на улыбку. Возможно даже, что никто из воспитанников и работников этого заведения, никогда не видели её улыбающейся. Это была очень красивая, с тонкими, правильными чертами лица и точеной фигурой женщина, слегка за сорок. Её роскошные платиновые волосы, всегда с идеальной укладкой, сияли на солнце. Эффектный образ дополнял безупречно подобранный, стильный гардероб.
— Вторыгин, Крайнов, Першенев! — услышали ребята за спинами командирский голос Изольды Павловны и замерли у самой двери, — Поможете Анатолию Ивановичу погрузить инвентарь в машину. Крайнова — свободна! — Даша тут же проворно юркнула в дверь. — Потом сходи́те в пищеблок, и отдайте эти бумаги, — поравнявшись с ребятами, она небрежно сунула Антону пухлую папку и скрылась в вестибюле.
— А «пожалуйста» говорить не учили? — возмущенно, но вполголоса пробурчал Антон.
— Такие, — Вася сложил губы бантиком и закатил глаза, передразнивая Любашкову, — «пожалуйста» не просят, такие — приказывают.
— Вот зараза… — Саша от души пнул небольшой камешек, и все трое поплелись к физруку.
Вообще ребята старались как можно реже попадаться Изольде Павловне на глаза, поскольку, почти каждый раз, эти встречи заканчивались для них плачевно. Создавалось впечатление, что у замдиректора на них какая-то неведомая науке аллергия, причем на всех четверых. Во всяком случае, Изольда Павловна никогда не упускала возможность загрузить ребят работой или сделать им какую-то пакость.
Было только девять утра, а солнце уже раскалило заасфальтированный двор как газ сковородку. Перетаскав бесчисленные сетки с мячами, сумки с ракетками, скакалками и прочими атрибутами активного отдыха в микроавтобус, ребята мечтали только об одном — разбежаться и со всего маху сигануть в освежающую озёрную прохладу.
Они шли мимо основного корпуса, в пищеблок, болтая о предстоящей поездке, наперебой представляя друг другу, как будут проводить время на озере. Саша переживал, что они до отъезда уже не успеют купить маску для ныряния, а Белов из шестнадцатой вряд ли поделится своей…
Поравнявшись с открытым окном, ребята машинально туда заглянули. Глаза их увеличились вдвое, когда они осознали увиденное — крупный толстый дядька обнимал Изольду Павловну, а та, повиснув у него на шее, что-то страстно шептала на ухо.
Увидев ребят, парочка резко отстранилась друг от друга.
— Вы говорите, Изольда Павловна, и проводку здесь менять надо,… — громко проговорил мужчина.
— Да-да, и проводку и пожарную сигнализацию, Артур Самуилович, — отозвалась она, злобно сверкнув на ребят глазами.
Все трое, не сговариваясь, кинулись наутек. Молнией донеслись до пищеблока, отдали бумаги и прибежали в свою комнату. Даша уже ждала их сидя на подоконнике, где стоял внушительного размера пакет с её вещами.
— Дашка! — с порога выдохнул запыхавшийся Саша, — Мы сейчас видели, как Изольда обнималась с Зельцем! — и в ответ на непонимающий взгляд сестры добавил, — Ну тот, толстый дядька из администрации, который мне грамоту на кроссе вручал. Помнишь? — каким-то непостижимым для себя образом, в прошлом году, Саша умудрился пробежать майскую эстафету и выиграть не только в своем возрасте, но и среди большинства старшеклассников.
— А она вас видела? — встревожилась Даша.
— Да, з-з-зыркнула так — ужас, — выдавил Антон, наливая в стакан воды, — он всегда начинал заикаться, когда сильно волновался.
— Да ну её, эту Изольду. Скоро автобусы придут, — глянув на часы, Вася стал перекидывать из шкафа на кровать свою одежду. — Собирайте барахлишко, озеро ждет!
Через несколько минут, когда кое-как скомканные вещи ребят втиснулись в пакеты, в дверь постучали. На пороге стоял медработник, и вид у неё был совсем не веселый.
— Ребятушки, простите, но вы никуда не едете. У вас медотвод, у всех четверых, — она опустила глаза в пол.
— Светлана Дмитриевна, как? Почему? — затараторила Даша. — Мы же все лето в городе на такой жаре…
— Дашенька, я ничего не могу поделать. Это не мое решение. Простите, я не могу по-другому,… — Светлана Дмитриевна с мрачным видом вышла из комнаты.
— И Татьяна Николаевна в командировке еще, что делать-то? — растеряно посмотрел на друзей Вася.
В начале одиннадцатого, когда все уже расселись в автобусах, из вестибюля вышла Любашкова. Пройдя полпути до ворот, она развернулась на каблуках и картинно помахала рукой несчастной четверке, наблюдавшей за всем из окна своей душной комнаты глазами полными слез от обиды и несправедливости.
— Это все Изольда, это она медичку заставила, — Саша сжал кулаки до белых костяшек. — Чтоб тебя,… — он с силой треснул по подоконнику. В эту секунду высоченный лакированный каблук Изольды Павловны подломился, и она, потеряв равновесие, грохнулась на асфальт.
— Так тебе! Валяйся! — закричали ребята и повалились с хохоту…
Всех, кто не поехал на озеро — а это, кроме четверых именинников, два первоклашки без прививок, и очень бледная восьмиклассница с аллергией на все на свете, закрепили за одним сменным воспитателем. Днем работница пищеблока вместо привычного обеда выдала ребятам сухой паек. Потом появились угрюмые люди в грязных спецовках, и началось… Перспектива провести две недели, в постоянном шуме от начавшегося ремонта, дыша краской и битумом, окончательно испортила день рождения.
Вечером, когда невыносимый зной, наконец, сменился прохладным ветерком, ребята тайком выбрались на плоскую крышу основного корпуса. Небо постепенно темнело, и лишь узкая полоска зари напоминала о существовании раскаленного солнца.
Они лежали на брезенте, брошенном ремонтной бригадой, и смотрели в бездонное небо, покрытое миллиардами мерцающих звёзд. Ребята рассуждали, о том, как оказались в детском доме, мечтали о своих неизвестных родителях, желая их найти, говорили о будущем, строили планы, завидовали уехавшим на озеро…
— Ладно, мои мужички, главное, что я у вас есть! — засмеялась Даша, понимаясь на ноги. — Пошли по комнатам, отбой скоро.
— Эт да! — улыбаясь, вздохнули ребята.
Вдруг у ворот остановилось такси, и из него появилась маленькая женская фигура.
— Она приехала! Я же говорила! — Даша кинулись к лестнице, ребята поспешили за ней…
