на новом месте или возвратиться на родину к соплеменникам. «Новым местом» могли быть земли в лесостепи, по Днепру или плодородные и возделанные земли по Дунаю рядом с Византией, а могли быть и угодья внутри самой империи, половина которой оказалась заселенной славянами. В процессе организации похода или переезда дружины разных племен вступали между собой в союзы. Все это сильно влияло на смешение разных племен, на сглаживание диалектных различий и подготавливало создание единой восточнославянской народности с общим, единым языком, где следами былых диалектов останется обилие синонимов, которыми так богат русский язык: «пути-дороги», «печаль-кручинушка», «друзья-товарищи», «кони» и «лошади», «собаки» и «псы», «копья» и «рогатины» и т. п.
В это время (в конце V–VI в.) обозначился и единый центр восточного славянства, ставший естественной столицей сложившегося в IX в. государства, — Киев. Киев находится на месте слияния многих рек днепровского бассейна, протекающих по землям ряда севернославянских племен: Днепр, Березина, Сож, Припять с ее полноводным бассейном, Десна с Сеймом, Тетерев. На этих реках жили те славянские племена, которые в V–VI вв. двигались на Дунай и Балканы: дреговичи (на Балканах зафиксированы «драговиты»), кривичи (на Балканах — «смоляне»; Смоленск был племенным центром кривичей), древляне, северяне (за Дунаем — «северяне»), поляне, русь (у переправы через Дунай, где известен сгусток славянских археологических находок, возник город Русе).
Предание о князе Кие, основателе города Киева, можно по ряду признаков датировать концом V — началом VI в. Летописи сообщают, что Кий, князь земли полян, после создания города, собрав значительное войско, отправился походом на тюрко-болгар и дошел до Дуная. Кий побывал в Царьграде (Константинополе, современном Стамбуле) и «принял честь велику от цесаря». Последовательность событий в разных летописях неясна, но поход на Дунай и посещение императора должны предшествовать двум другим событиям — постройке городка Киевца в низовьях Дуная (примерно там, где четыре века спустя Святослав княжил в Переяславце) и возвращению Кия в свой Киев на Днепре. В этих преданиях (известно два варианта) Кий выглядит как руководитель движения славянских дружин против кочевников и строитель крепости на Дунае, что могло быть сделано по просьбе императора (?).
Предание о Кие по-новому рисует нам процесс продвижения славян на Балканы. Это не только стихийное перемещение разрозненных дружин, но и организованные походы, возглавленные властелином только что возникшего исторического центра — Киева. Вокруг Полянского Киева и реки Роси (где обитало племя русь-рось) складывается уже в VI в. могучий союз славянских племен, охвативший и левобережную лесостепь до земли северян включительно. Летописец обозначил этот союз словами: «Поляне, яже ныне зовомая Русь».
Культура этой первоначальной Русской земли (охватившей тогда только наиболее передовую часть славянских племен) довольно хорошо известна по археологическим данным: оружие дружинников, трофейные византийские серебряные сосуды, серебряные с позолотой украшения жен дружинников.
Как мы видим, древние славяне еще до создания прочной государственности трижды в своей многовековой истории прикасались к очагам мировой культуры: первый раз в скифское время, когда «окном в Европу» была Ольвия близ устья Днепра, через которую славянский хлеб шел в Грецию, а к славянам ввозились знаменитая греческая керамика, вино и оливковое масло. Воздействие античной культуры было незначительно. Большее значение имело влияние скифов, имевших широкие связи со странами Ближнего Востока. Второй раз славянство того же самого лесостепного земледельческого региона соприкоснулось с мировой культурой в «трояновы века», когда его контрагентами были купцы из римских городов. На этот раз воздействие не ограничилось одним импортом предметов роскоши, так как были заимствованы у римлян ремесленные навыки (в том числе гончарный круг), а римская монета положила начало денежному обращению в самом славянском обществе лесостепного региона, у «смысленных полян». Вероятно, к этому времени восходят и первые навыки славянского мореходства («скифские» походы по Черному морю).
Славяне не были изолированы в своем культурном развитии: на западе они соприкасались с кельтскими и германскими племенами, на северо-западе — с балтийскими, а на обширном северо-восточном пространстве наблюдается длительный симбиоз с финскими и отчасти угорскими племенами. Каждое общение с соседями вносило те или иные черты в культуру соприкасающихся народов и приводило к их взаимовлиянию.
В третий раз соприкосновение с мировой культурой произошло в VI в., когда «по мнозех же временех сели суть словене по Дунаеви где ныне есть Угорска земля и Болгарска», т. е. тогда, когда славяне смогли вступить в длительный бой с Византийской империей, раскинувшейся от Северной Италии до Месопотамии, и выиграть эту многолетнюю битву. Само собой разумеется, что ни славяне, вселившиеся в византийские возделанные земли, ни славяне, оставшиеся на своих исконных местах (или вернувшиеся домой из походов), не могли воспринять всей глубины греческой культуры рубежа античности и средневековья. Но полностью пренебрегать новой ситуацией нельзя: славяне увидели, ощутили новый для них мир несравненно более высокой культуры. Южные славяне, естественно, могли воспринять ее быстрее и полноценнее, но и восточные славяне получили наглядное представление о ней. Князь Кий во время своего визита к императору, имя которого осталось неведомо летописцу (Анастасию? Юстину? Юстиниану?), вероятно, внимательно осматривал греческий флот и пристани, улицы, мастерские, снаряжение войска, знакомился с дворцовым этикетом. В какой-то мере такое поверхностное знакомство все же воздействовало на умы славянских путешественников, хотя и не давало непосредственных результатов, кроме приобретения тех или иных греческих изделий.
* * *
К началу IX в. из отдельных славянских племенных союзов, возглавлявшихся «светлыми князьями» («князьями князей»), создается огромный суперсоюз, государство Русь, или, как его справедливо называют ученые, Киевская Русь. Основой этого государства были лесостепные земли Полян, Руси и Северян; возможно, что до середины X в. в этот союз входили и Уличи, отошедшие позднее к морю и к Дунаю. Примерно к началу IX в. относится перечень тех славянских племенных союзов, которые вошли в состав государства Русь: Поляне — Русь, Северяне, Древляне, Дреговичи (может быть Волыняне?) и Полочане. Южная граница Руси протянулась от Киева (или от Волыни) до района Воронежа на Дону. Образование огромного суперсоюза создавало сложную иерархическую систему соподчинения славянской знати: во главе отдельных небольших племен (их было у восточных славян примерно 150–200) стояли князья, властвовавшие над родовладыками. Князья племен подчинялись «князю князей» — «светлому князю» целого союза мелких безымянных племен. Союзы племен известны нам по именам: Поляне, Кривичи, Радимичи и т. п. Над князьями союзов племен стоял киевский князь, которого восточные авторы IX в. называли «каганом», т. е. императором. Система вассалитета рождалась из недр первобытного племенного строя и превращалась в феодальную иерархию без посредства бенефициальных пожалований сверху; она росла снизу из родоплеменных глубин на всем пространстве расселения славянства. К середине X в. власть Киева распространилась почти на
