ней уже весьма профессионально, на зависть всякой кошке.
Передо мной осталось последнее препятствие, преодоление которого потребует всех сил — чугунная крышка канализационного люка! Серьёзно, она весила, наверное, больше, чем я сам сейчас вешу! И как сквозь неё пробиться?! Заполз на скобы, благо верхняя была под самым люком, упёрся рукой — тот едва-едва шелохнулся. Прекрасно! Обвил хвостом скобу, уже двумя руками стал поднимать — появился тоненький, крошечный просвет, но не более того. С полчаса отдыхал, прислушиваясь к звукам снаружи. Странные были звуки… Потом снова закрепился хвостом за скобу, упёрся в неё же руками — и спиной всё же приподнял люк и чуть-чуть сдвинул в сторону, зацепив его краешком за верх колодца. Ура! Я уже почти на свободе!
По глазам резанул яркий, ослепительный свет, я ойкнул и чуть не свалился на землю. Ну вашу ж мать, я совсем этого не учёл. Мои глаза после пяти дней в темноте сейчас любую искру как прожектор ощутят. Пришлось ещё с час сидеть и привыкать, пока глаза привыкнут. Потом, ещё дальше отодвинув люк спиной, я прошмыгнул в открывшуюся щель и оказался на городской улице.
Нет, не на улице — в переулке между кирпичными пятиэтажками. Это был самый обычный двор, который практически ничем не отличался от таковых дворов на Земле. Трансформаторная будка, контейнеры для мусора на отгороженном забором участке, парочка небольших магазинчиков с надписями «Продукты» и «У Пахомыча». Изредка из подъездов пятиэтажек выходили люди, хмурились, некоторые пикали брелками сигнализации и уезжали на машинах (неизвестного вида, но это явно машины), большая же часть уходила пешком. Было прохладно, ранняя весна или поздняя осень. Скорее, весна — у кустов возле домов слишком зелёные листья, чтоб это была осень.
Но больше всего меня потрясли люди! Да что там, значительная их часть людьми вовсе не была! У кого-то были бараньи рога, у других заячьи уши на немного сплюснутой и вытянутой голове, а в самую большую во дворе машину сел натуральный бык — здоровый, больше двух метров ростом, со здоровенной челюстью и нагнутыми вперёд рогами на голове. Да у него даже обувь в виде копыт сделана!
Я перебежал под балконами на другую сторону, где была улица, а не двор — там потоком ехали машины и шли прохожие. Всё так и есть! Примерно две трети людей были мутантами! Кролики, овцы, быки, вон даже олень какой-то прошмыгнул на пешеходном переходе, чуть не устроив аварию.
Что интересно, хищников почти не было. Я наблюдал меньше получаса за улицей, но за это время увидел только какую-то жирную тётку лет пятидесяти с лисьими ушами и хитрой мордой да молодого парня с чертами собаки или волка. Змеюк вроде меня я вообще не наблюдал.
-Эй! Ты что тут делаешь? Да ещё и голышом! — я так увлёкся наблюдениями, что не заметил, как сзади подъехала полицейская машина, и один из полицейских подошел ко мне.
Обернувшись, я увидел перед собой свинью в форме. Серьёзно, это был какой-то свиночеловек с солидным пузом, на которое еле-еле была натянута форма. Даже форменная куртка, казалось, готова была лопнуть на этом живом памятнике салу.
Так, надо делать хвост отсюда! Развернувшись, я помчался к канализационному колодцу, который сейчас казался мне родным и безопасным. Посижу на трубе, отогреюсь, крысу сожру — и жизнь заиграет новыми красками! Главное, подальше от этого свинопотама!
-Ух ты! — выкрикнул свин и побежал за мной, громко ухая и топоча по земле.
Быстрее, быстрее, быстрее! Я изо всех сил работал мышцами хвоста, заодно помогая им руками. И я уже почти опередил свина, почти проскочил в чёрный зёв, как вдруг какая-то сила схватила меня за хвост и дёрнула назад, прямо в руку полицейского.
-Ну-ну, не стоит убегать. Ты же замёрзнешь на улице в таком виде! — добродушно прокряхтел он, прижимая моё тельце к своему животу. — Пошли в машину, там печка работает.
Он и правда отнёс меня к машине, открыл заднюю дверцу и закинул меня внутрь, в отгороженное, на манер американцев, заднее сидение. Сам, сел обратно за руль.
-Это что такое? — ко мне развернулся лицом напарник свина, тощий козёл, судя по коротким острым рогам, с модными очёчками с тонкой оправой на носу.
-Да серпента мелкая. Наркоманка, наверное — голой бегала под балконами, а от меня в канализацию пыталась убежать.
-Эй, ты нас понимаешь? Говорить можешь? — свин тоже развернулся в мою сторону, с удивительным изяществом скрутившись при его-то пузе.
-Понимаю. — я не видел смысла отпираться.
-Ого! Даже говорит нормально! Может, выветривается доза? — восхитился козёл.
-Может. Тебя как зовут-то?
-Я… я не помню… — хрен знает, какие тут имена, так что я решил косить под больного на голову. Полз-полз, упал, очнулся — а я ничего не помню!
-Мда. Ладно, в участке разберёмся. — пузан завёл двигатель.
В участке обо мне даже позаботились. Принесли какую-то одежду для таких, как я — серпент. Что-то похожее на носок с прорезью для рук и головы, только вязаное, грязно-коричневого цвета. Ну я и натянул это на себя. Сразу стало гораздо теплее! Налили мне стакан горячего чая с сахаром, притаранили откуда-то тройку пирожков домашнего вида. Даже с мясом! Блин, а тут можно жить!
Но потом пришел дежурный или как там его, который стал расспрашивать меня и заполнять какие-то бланки. А что я могу сказать? Ничего не знаю, кто я, где я, почему я — не знаю. Моя твоя не панимать! Я сам даже больше узнал — оказывается, что я какая-то серпента подвида мечеспин — моя чешуя была чёрной, с серым ромбовидным узором посередине. Но от шеи и до того места, где у человека зад, у меня ан спине почти белый рисунок, напоминающий меч, только без гарды. Вот и мечеспин.
Но самое главное открытие было в том, что я оказался женщиной! Ну, девочкой. Неважно! Девочкой! Почему?! За что?! Боже, за что же ты так со мной?! Мне нравилось носить яйца, а не нестись ими!
Глава 3
-Доброе утро, дети! — прозвучал приторно-сладкий голос у меня над головой.
-Доброе утро, Лидия Николаевна! — раздался в ответ стройный ответ семи глоток.
-Сегодня я начну наши занятия с того, что представлю вам новую девочку, которая вольётся в нашу дружную семью! Это — Светочка Найдёнова! Дети, что надо сказать?
-Доброе утро, Света! — раздался гораздо менее стройный хор, да ещё
