даже Инквизиция средних веков ничего не знала, хотя вошла в историю своей извращённой фантазией.
Поскольку спорить с волей усопшего всё равно, что плевать против ветра, Эдерия переехала к Алине, так старательно играя роль любящей тётушки при ненаглядной племяннице, что порой и сама в неё верила. В принципе, девчонка оказалась не так и плоха: отлично воспитана, умна, домовита, не транжира и не плакса, в разумных пределах самостоятельна... Будь она менее красива, вполне возможно, графиня искренне бы привязалась к ней, но, увы, длинные золотые кудри ниже талии и большие голубые глаза на нежно-розовом, словно бесценный актианский фарфор, личике могли оставить равнодушным только мёртвого. К счастью для Эдерии, племянница мало интересовалась кавалерами, её, как и родителей, влекла наука. Лет так до пятнадцати графиня смотрела на увлечение девочки сквозь пальцы, но потом поняла, что слишком умную племянницу сбагрить замуж будет весьма проблематично (умные мужчины редкость, а дураки на заучку польстятся только за очень большие деньги, отдавать которые не хотелось). У Алины решительно отобрали учебники и стали усиленно пичкать её любовными романами, слезливыми мелодрамами и прочими романтическими бреднями, порой слащавыми до такой степени, что от них тошнило даже саму Эдерию. Вот тут-то и открылся уникальный талант у девушки: Алине достаточно было внимательно посмотреть на человека, чтобы подробно, во всех деталях, описать его идеальную половину. И не просто описать, а ещё подсказать, где её найти. Такой редкий дар повысил востребованность Алины на рынке невест, но достойного кавалера так и не находилось. Точнее, они были, только не соответствовали требованиям самой графини. Идеальный жених должен жить как можно дальше и не требовать большого приданого. В идеале, вообще не требовать денег за свою красавицу-невесту, но, если не выдать Алинке хотя бы малого пансиона, неизбежны пересуды, а они могут привлечь к Эдерии совсем не нужное внимание.
Графиня ещё раз перечитала анкету. Да, что и говорить, эрдеец идеально подходит. Конечно, у них в результате каких-то там дурацких экспериментов почти полностью пропали эмоции (вспомнила-таки слова любовника!), но это же не страшно, верно? Алинку и саму с детства учили мысли, а паче того чувства, при себе держать, как-никак особа древнего аристократического рода. И вообще, что с них толку, с эмоций этих? В стужу не укроют, в жару не напоят, в голод не накормят, зато если верх над разумом возьмут, всю жизнь искалечить могут. Эдерия вспомнила, как в горячечном пылу юношеских страстей сбежала из родного дома, заслужив проклятие отца и лишившись наследства. Стоит ли говорить, что пылкий любовник, нежно клявшийся в верности до гроба, испарился сразу же, едва узнал о том, что его красавица-невеста осталась без средств к существованию. Что было делать безутешной обманутой девице? Вариантов было немного: побитой собакой приползти обратно в отчий дом, моля о том, чтобы пинком не вышвырнули в грязь на улицу, отправиться в дом терпимости или же наложить на себя руки. Эдерия упрямо выбрала четвёртый вариант: стиснув зубы начала карабкаться вверх, обратно в приличное общество. В ход шло абсолютно всё, от помощи любовников до шантажа, подлога и смертоносной клеветы. Красавица брюнетка была убеждена, что для достижения цели, как в любви и на войне, все средства хороши, а излишне щепетильные и разборчивые остаются на обочине жизни поруганные, растоптанные и всеми презираемые.
Титанические усилия не оказались бесплодными, Эдерия смогла втереться в доверие супруге своего кузена, разжалобив её слезоточивой историей о своей несчастной судьбинушке. Родич не слишком-то обрадовался появлению в своей счастливой семейной жизни прекрасной авантюристки, но спорить с женой не стал, смолчал. Воодушевлённая успехом Эдерия попыталась было занять место законной графини Оледеску, просочившись в кровать в графу, но тот решительно и сурово пресёк попытки родственницы соблазнить его. Ещё и намекнул, паразит такой, что, если с его ненаглядной жёнушкой случится что-то нехорошее, он лично обеспечит Эдерии выход в открытый космос без защиты, благо у него даже свой небольшой прогулочный корабль имеется. Кузина сумела, пусть и не без труда, обернуть всё в шутку, граф милостиво сделал вид, что поверил, и между родственниками воцарилось перемирие, которое со стороны казалось крепкой дружбой, приправленной нежной любовью. Рождению Алины Эдерия внешне радовалась так, словно это была её собственная дочь, но в глубине души посылала смертельные проклятия на голову не только малышки, самим фактом своего появления на свет претендующей на состояние графа Оледеску, но и её родителям, которые явно не собирались ограничиваться одной дочерью. Эдерия в который уже раз решила взять упрямую судьбу в свои руки, тряхнула своими старыми связями и среди них обнаружила одного космического пирата, славящегося особой кровожадностью и беспринципностью. Деньги шакала космоса интересовали мало, он был падок на красоту, терзая которую испытывал невероятное наслаждение. Не дрогнув ни на миг, Эдерия выдала пирату мамашу Алины, обстоятельно описав маршруты передвижения дорогой родственницы, показав кучу её изображений и посулив за исполнение заказа целую дюжину молоденьких прелестниц с собой в главной роли. Увы, все усилия оказались тщетны, кузен развил невероятную активность в поиске обожаемой супруги, в плену та не пробыла и двух дней, а потому тяжких увечий получить не успела. Одно радовало Эдерию, пирата убили в процессе освобождения пленницы, а потому выдать свою заказчицу он не мог. Впрочем граф Оледеску явно не просто так считался одним из лучших учёных, он сложил все факты и выделил 'горячо любимой' кузине небольшой домик на крошечной сельскохозяйственной планетке, разрешив приезжать в гости не чаще, чем раз в год, да и то по предварительному приглашению. Только после смерти кузена Эдерия узнала, что он, паразит такой, ещё и с завещанием помудрил, дабы всё богатство гарантированно досталось ненаглядной доченьке.
Эдерия зло стиснула зубы, фиолетовые глаза сверкнули, словно у вышедшей на охоту кошки, а длинные холёные пальцы стиснулись на чьей-то незримой шее.
- Ничего, родственничек дорогой, я всё равно своего добьюсь. И ты мне помешать уже не сможешь!
Брюнетка отбросила за спину волосы, зло зашипев, когда шелковистая прядь обвилась вокруг крупного кольца с бездонно-синим сапфиром, обрамлённым семью бесценными бриллиантами, лёгкими постукиваниями помассировала виски и опять перечитала анкету. Удовлетворённо ухмыльнулась, нажала на экране галочку, обозначающую, что информация принята к размышлению, отчего виртуальный купидончик восторженно перекувырнулся и победоносно помахал крошечным кривым луком, а затем открыла новую анкету.
- Мда, владеть словом сей кавалер явно не умеет, - Эдерия пренебрежительно наморщила нос, - это же надо
