Год 1891. В "Истории" записано: "Обручев отправился снова для исследований в Олекминско-Витимские страны и произвел исследование древне-палеозойских осадочных пород долины реки Лены между станциями Качугской и Витимской. Превосходный его труд по этому предмету составил целый выпуск II тома "Записок" Восточно-Сибирского отдела".
Год 1892. "Продолжая геологическое исследование Олекминско-Витимской горной страны, Обручев посетил прииски северной и восточной части олекминской золотоносной системы и на всем исследованном им в 1892 году протяжении собрал обширную коллекцию горных пород и наносов и снял много фотографических видов наиболее интересных местностей..."
В конце того же 1892 года Владимир Афанасьевич в новой экспедиции. "Выступив из Кяхты 27 сентября, В. А. Обручев... прибыл в Пекин 16 декабря. Хотя Обручев прошел через Монголию по пути, пройденному уже многими другими путешественниками, но представленный им Обществу "Краткий геологический очерк караванного пути от Кяхты до Калгана" имеет высокий научный интерес, потому что Обручев был первым специалистом-геологом, прошедшим по этому пути в последние полвека".
Год 1893. "Проведя пять недель в Пекине в приготовлениях к дальнейшему путешествию, В. А. Обручев в самых первых числах января оставил гостеприимный кров Российской миссии и вдвоем с казаком-переводчиком поехал в Ланьчжоу. Безостановочно... проехав по местности, исследованной Рихтгофеном, В. А. Обручев свернул на запад и прошел в этом направлении до Нин-Ся на границе Алашаня и оттуда, по левому берегу Желтой реки, проследовал в Ланьчжоу по местности, ранее того не исследованной".
Год 1894. Путешествие продолжается. П. П. Семенов-Тян-Шанский отмечает, что за все время этой экспедиции неутомимый исследователь прошел около пятнадцати тысяч километров, причем более двенадцати тысяч километров исследовано геологически, собрана коллекция горных пород, почв, полезных ископаемых и окаменелостей, состоящая из шести тысяч экспонатов и образцов, определены высоты более шестисот гор и пиков, изучены осадки, ветры на всем протяжении маршрута, проведены метеорологические наблюдения.
Этим годом кончаются записи в трехтомной "Истории", относящиеся к В. А. Обручеву, но далеко не кончаются маршруты его экспедиций.
Из Верхнеудинска (ныне Улан-Удэ) начались маршруты по Забайкалью. Владимир Афанасьевич трижды пересекал Яблоновый хребет и доказал, что хребет Хэнтей в Монголии не является его продолжением, как считалось ранее.
На лодке ученый прошел по Селенге, через все Западное Забайкалье. По пути исследованы месторождения полезных ископаемых: угля, медных и железных руд, строительных материалов. Составлена карта минеральных источников. По Чикою Обручев проходит на лодке до впадения этой реки в Селенгу.
В последующие годы Владимир Афанасьевич - профессор Томского технологического института. Однако новое положение, в котором оказался неутомимый путешественник, не дает ему оснований порвать с дальними и ближними странствиями. Его можно было увидеть в Джунгарии, у Бодайбо, у знаменитых "Столбов" под Красноярском, в Кузнецком Алатау и на Калбинском хребте.
В тридцатых годах нашего столетия, в возрасте семидесяти трех лет, ученый посещает Алтай, о котором у него остались яркие воспоминания по первому походу 1914 года.
Многие находки Владимира Афанасьевича (а он был везуч, как немногие, с ним, пожалуй, мог бы сравниться в этом отношении разве лишь другой известный естествоиспытатель, археолог А. Окладников) положили начало новым представлениям, гипотезам, идеям. Так, осколки костей и зубов какого-то животного, найденные ученым в Гоби, без преувеличения, означали переворот во взглядах на историю крупнейшего азиатского региона. До этой находки господствовала точка зрения, что Гоби - дно высохшего древнего моря. Осколки челюсти третичного носорога - а именно так и следовало определить неожиданную находку Обручева - свидетельствовали в пользу "сухопутности" величайшей из азиатских пустынь.
Владимир Афанасьевич обнаружил в Гоби целую сеть речных долин, по которым некогда несли воды полноводные реки. Прошлое Азии увлекло ученого. Он снова и снова возвращался в течение всей жизни к материалам своих наблюдений, на основе которых им написаны десятки томов, посвященных Азии. Так что вряд ли стоит сомневаться в закономерности, которая привела и героев литературных произведений ученого с мировым именем именно сюда, на край Ойкумены, к восточным и северным ее пределам, а в "Плутонии" даже еще дальше - в удивительный провал в земной коре с последующим еще более удивительным путешествием во внутреннюю сферу нашей планеты.
Золотой землей можно назвать Сибирь и Дальний Восток, потому что именно здесь сосредоточены основные месторождения золота в стране. В. А. Обручев предсказал золотые россыпи на реке Витим и в других районах. Он подходил к этому вопросу с позиций человека, понимавшего историю Земли. Нужно было учесть древние ледники и оледенения, смещавшие наносы, течение рек, которые перемывали золотоносные пески, направление и само местоположение древних долин. Оказалось, что на Урале и в некоторых областях Сибири (так же как, впрочем, и в Средней Азии) реки, за исключением разве лишь крупнейших водных артерий, текли совсем в других долинах и лишь много позднее из-за вертикальных поднятий коры они изменили свое положение.
Затаенная, скрытая до поры от постороннего взгляда энергия поиска вдруг проявляет себя, оборачиваясь порывом мечты или прозрением. Еще в 1889 году двадцатишестилетний горный инженер Владимир Обручев записывает в дневнике: "Стоя на высоком нагорье на краю величественной впадины Байкала, нельзя согласиться с мнением Черского, что эта впадина результат сочетания продолжительного размыва и медленных складкообразовательных движений земной коры. Слишком она глубока, слишком обширна и слишком круты и обрывисты ее склоны. Такая впадина могла быть создана только дезъюнктивными (т. е. разломными.- В.Щ.) движениями земной коры и создана сравнительно недавно, иначе ее крутые склоны были бы уже сглажены размывом, а озеро заполнено его продуктами".
Озарение, неожиданное открытие, противоречащее выводам известнейшего ученого И. Д. Черского! Но потребуется еще тридцать восемь лет неустанных трудов и размышлений, чтобы в 1927 году В. А. Обручев смог составить тектоническую карту всей Сибири, отразив на ней все, о чем мечталось и грезилось, все, что успел он ощутить в то краткое мгновение своей молодости, когда довелось ему охватить взглядом склоны гор, поросшие лиственницей, гладь вод - всю прозрачную перспективу, вдруг взволновавшую его. Потом он не раз будет вспоминать Байкал - и когда придется ему открывать миллионолетние секреты истории Алтая, и когда он будет любоваться застывшим каменным морем Даурии, и когда чистое звучание горных ручьев Саян будет подсказывать ему новые мысли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
