А еще родители… И представить не могла, как отец с матерью отреагировали… Точнее, даже слишком хорошо осознавала, насколько мать разрушена такой новостью, а отец… Точно же всю вину на себя взвалит! Потому что не удержал, не уговорил, позволил пойти в полицию. Он был из тех людей, кто за все себя в ответе считает. И его случившееся тоже раздавит, даже если внешне будет держаться. И на похоронах «ее» закрытого гроба им придется присутствовать, Алина это знала, что ужасало, добавляя чувства вины еще и по отношению к ним.
Но и не наказать тех, кто ее друзей убил, — не могла. Она должна была помочь в расследовании. Единственный свидетель… А стоит хоть где-то информации об этом всплыть — ее точно же попытаются уничтожить. И пугало то, что понятия не имела, насколько глубоко в госструктуре есть сеть у тех, кто учинил этот судный день.
— Я понимаю, — тем не менее, отозвалась она едва слышно.
Говорить было тяжело. А еще как-то противно, что ли, хотя никогда за собой такого не замечала ранее. Тоже последствия произошедшего, психолог ей объяснял это долго и подробно… Хотя Алина то и дело как выпадала из реальности.
К тому же… было страшно. До сих пор. Уже не так остро, как тогда, когда все случилось, но… Она теперь врага в каждом видела. Даже в этом вот агенте службы внутренней безопасности страны, располагающем и открытом с виду мужчине лет тридцати пяти, отвечающем на все ее вопросы, даже те, что сил не имела задать вслух. Охранник? Или исполнитель, который ждет удобного момента?
Как довериться хоть кому-то, когда предали те, на кого они полагались, как на себя?! Но и сама по себе Алина ничего противопоставить убийцам друзей не сможет. Как и разобраться, почему все, вообще, произошло? Добиться суда и приговора.
Приходилось убеждать себя, что должна поверить СБУ. Пока получалось плохо, и Евгений это видел, кажется.
— Алина, не нервничай, — продолжал мужчина ее успокаивать. — Найдем этих гадов, обещаю! Это и наша честь, мы все друг за друга стеной должны стоять! — заявил чуть пафосно, показалось, но сам искренне верил вроде.
Хотя ей ли судить сейчас о характере людей вокруг? Промолчала.
— Мы постоянно будем рядом, — вновь скосил на нее взгляд Евгений, видимо, не очень довольный, что не может внятной реакции добиться от подопечной. — Продуктами, необходимыми вещами обеспечим, будем держать в курсе всей ситуации и новостей. Кто-то из нас постоянно по соседству. Я буду каждый день приезжать, — мужчина с какой-то стати взял и поймал ее ладонь в свою огромную пригоршню…
Алина вся сжалась непроизвольно, закрутилась напряжением внутри, будто пружина, готовая дать отпор, но Евгений только мягко пожал ее пальцы, как поддержку показывая, без чего-то эдакого. И да, хотя сила мужчины чувствовалась моментально, он точно не нес в данный момент угрозы… Наоборот, стало немного теплей словно бы. И это сумело пробиться даже через ее вымораживающее опустошение. Как глоток свежего воздуха. Кожа жадно впитывала тепло…
Повернулась, с благодарностью за эту поддержку, посмотрев на агента. Но… все равно не верила в душе. Без логического обоснования и даже абсурдно, понимала, только не могла расслабиться никак.
— Алина, еще один момент… — как-то странно начал Евгений и отвел почему-то глаза, но вот руку продолжал согревать.
Ее моментально что-то напрягло в этом тоне и мимике, как подкинуло изнутри. Застыла, всматриваясь, пытаясь по движениям, по выражению лица понять, к чему готовиться.
— Не надо тревожиться, все под контролем, — скупо улыбнулся Евгений, заметив эту реакцию.
Улыбка в его глазах отразилась… То ли искренний, то ли опытный чересчур, как понять?
— Дело в том, что мы не хотим лишнее внимание привлекать. В операции, учитывая ситуацию, задействовано минимально возможное количество агентов и сил, чтобы не допустить утечки информации. Мы не знаем, насколько глубоко имеются связи в органах у тех, кто устроил это все, да и с причинами еще разбираемся. Нельзя исключить, что у организаторов связь и у нас в структуре имеется, раз уж и майор ваш в этом участвовал, — Евгений стал задумчивей, как внутрь своих мыслей погрузился, говоря это все, по новой анализировал имеющиеся данные. — Короче, суть в том, что запрос на новую конспирационную квартиру мог привлечь внимание… Ну, или наши аналитики перестраховываются, что с ними тоже бывает, так что…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Надеюсь, вы не у себя дома меня поселить собираетесь? — почему-то напряглась еще больше, и уже никакого тепла не ощущала.
Резко потянула, забрав свою руку.
Не доверяла. Вот вообще, хоть он повода и не давал. И Евгений это понимал, но и не упрекал.
— Нет, Алина, полномочий не имею, а жаль, — расплылся в веселой улыбке агент, и даже подмигнул ей, будто не заметил холодности. — Мы используем ту, что уже у нас в работе сейчас, и наблюдение там имеется, охрана, все, как положено…
— Но, если она в работе, значит, там кто-то есть? — может, она и не долго проработала в полиции, однако же и не дура совсем.
— Есть… Еще один важный свидетель для нас. Мы давно пытались договориться, уж очень ценный… кадр, — ей не понравилось, как это прозвучало, вот совершенно.
И эту мысль Евгений тоже мигом уловил, как считав из ее головы. Все-таки опытный и первоклассный агент.
— Алина, вам не о чем беспокоиться. У нас все под контролем, я еще раз повторю. К тому же вы будете под нашей круглосуточной опекой. Дом большой, комнат достаточно, вы с ним даже пересекаться не будете, если не захотите. Наши агенты по очереди дежурят в соседнем, вы в безопасности. Да и он… Ну, не то чтобы общительный человек. Скорее, нелюдимый. И его тоже предупредили, что придется укрытие разделить. Он не причинит вам вред, — уверенно и спокойно заверил ее Евгений.
А ей что-то только хуже становилось с каждым словом. Тревожнее…
— Кто он? — резко прервав все эти «правильные» слова, в лоб спросила у СБУшника. И глянула прямо, глаза в глаза, почему-то подумав, что у Евгения глаза на Ромкины похожи…
Больно в груди стало снова до рези, но она приказала себе сосредоточиться.
— Очень важный для нас свидетель, — как-то обтекаемо отозвался Евгений.
Глянул ей в глаза, нахмурился, видно, поняв, что ее не устраивает такой ответ. Поджал губы.
— Кто он, Евгений? — не отступала Алина. — Я с ним буду круглосуточно в одном доме, имею право знать, вы так не думаете?
Агент не ответил сразу. Еще несколько мгновений пристально изучал, словно взвешивая что-то внутри себя. Может, «вспомнил» все же, что она полицейская и они заодно, да и структуры родственные, как никак…
— Он наемный убийца, Алина, — шумно и как-то недовольно выдохнув сквозь зубы, процедил Евгений. — Работал на крупнейшие кланы и не только в нашей стране. Мы очень долго находили с ним контакт. Так что… Думаю, вы должны понимать, что это крайне ценный для нас… кадр по всем своим знаниям и связям.
— О…чуметь! — так же сквозь зубы выдавила она. А, казалось еще пять минут назад, что невозможно глубже в шок погрузиться. Сейчас в голове пульсирующая пустота и невозможность быстро сориентироваться. — Вы в своем уме?! — как-то вяло поинтересовалась, даже сил не имея, чтобы им на всю тупость такого решения указать.
Поселить ее вместе с наемным убийцей? Серьезно?!
Хотя… У них же аналитики, стратеги, агенты, все должно быть продумано, разве не об этом им в учебке рассказывали?
— Не волнуйся, он не в курсе, что ты — полицейская. И не узнает, если только сама не скажешь ему, — скупо улыбнулся Евгений.
Ага, будто она камикадзе.
— В остальном его проинформировали и на вид поставили, что конфликтовать — чревато для него самого же. И мы будем рядом, постоянно… Ситуация для всех нас неординарная, Алина, пойми. Тяжело искать предателей среди своих, — вдруг куда искренней скривился агент, растерев лицо, и она впервые за два дня заметила, что и он устал капитально.
Сейчас верилось больше, да. Она степень этой тяжести и горечи сполна хлебнула на том полу, вот уж истина. И да, пока с ней работали врачи, психолог и следователи, Евгений и его команда собирали все улики, изучая место преступления, стараясь максимум по «горячим следам» нарыть… Тоже адская задача, изматывающая, тяжелая, среди такого количества мертвых коллег улики собирать, — могла понять.
