Читаем без скачивания Игры олигархов - Райдо Витич

- Хорошо, едем.

Дверцы машин синхронно схлопали и авто вырулили со стоянки.

В отдельном кабинете любимого ресторана Лешего, было как всегда приятно. Он развалился в кресле, пока сервировали стол, и поглядывал на Игоря, не мешая ему принять праздничную дозу марафета.

Разговорчивей будет.

Сам Алекс не любил порошок, считал его синтетикой опасной для здоровья, а вот травку уважал, но курил, когда душа просила. Сейчас она другое желала - понять, узнать. Если только Игорь прав, если только правда, что ж, Лешинский готов к значительным тратам.

- Рассказывай.

Расмус глянул на него и засмеялся, покачав пальцем:

- А тебя завело! Понимаю, понимаю, - развалился в кресле, шмыгая носом. Зажмурился, отдаваясь приятной истоме и, блаженно заулыбался. - Не веришь. Тоже понимаю. Знаешь, кто меня с Хелен свел? Хочешь, скажу? Только т-сс! Зибученко.

" А потом он точно так же под кайфом скажет кому-нибудь, что привел в тот притон меня", - подумал мужчина.

- Поздравляю. Но на меня не произвело впечатления.

- Неправда.

- Не хочешь, не верь. Тумана много и сомнений. Мутно слишком, можно серьезно испортить репутацию.

- Ай, - отмахнулся мужчина. - Не смеши. Легальное заведение, все схвачено, прихвачено, вход только для своих.

- Слабый аргумент.

- А что для тебя сильный?

Алекс подумал и широко улыбнулся:

- Принеси мне запись с пятничного спектакля.

- О-оо! - погрозил ему пальцем Игорь, не переставая улыбаться.

Подумал и кивнул. - Уговорил. Но чур, смотрим вместе и запись я тебе не оставлю.

- Идет.

- Всегда ты во всем сомневаешься.

- Осторожничаю. И хорошо бы понять, какой тебе навар с моей записи в клуб.

- Услуга, - развел руками.

- То есть?

- С одного жирного лосося - услуга, с двух - скидка плюс услуга.

Скидка - плевать, - кинул в рот виноградину и мечтательно уставился в окно. - Услуга - другое. Есть заказы группы "А", их только очень узкому кругу оказывают. Я хочу, вот уже полгода хочу.

- Заплати.

- Нет, - покачал пальцем. - В том и дело - не берет, зараза.

Закрытый круг, закрытые для других услуги.

- Например.

- Только слушок шепотком в ухо. Все, - развел руками. - Понимаешь? Все-еео! Вот чего хочешь ты?

"Так я тебе и сказал".

- Пока не знаю.

- Не знаешь или мандражируешь, сомневаешься?

- Есть доля естественного опасения. Но в остальном, действительно не знаю. Мне многое неизвестно и непонятно, а пока дело обстоит так, я не знаю, что можно, чего нельзя. А раз нельзя чего-то, то к чему мне Хелен, если что мне нужно и захочется, я получу без посредника?

- Резонно. Но! Риск. С Хелен его нет. Она берет всю ответственность на себя. Плюс - хлопоты. Терпеть не могу хлопоты, лишние заботы. Да и к чему? Есть средства, есть желания, есть люди способные сложить все это и принести тебе на блюдечке.

- Допустим. Но если я захочу очень запретного? На меньшее-то смысла нет нацеливаться.

- Вот! - опять выставил в его сторону палец Расмусов. - О том и речь. Знаешь, почему Зибученко меня туда привел? Мы у него пировали, случай. Спьяну сортир пошел искать и потерялся. Зашел черт знает, куда и наткнулся на очень пикантную картинку - молодая девчонка сидела в подвале на цепи. Краем ее заметил - охранник выскочил. Имел он ее, понял? Один выскочил, двое продолжили. А следом Зибученко выскочил. Поговорили по душам, выяснили, кому что надо и я стал членом клуба. Никаких проблем.

- Контракт тоже через это прошел? - усмехнулся Лешинский, прекрасно сообразив, что к чему. Игорь засмеялся:

- Естественно. Он помог мне, я ему.

- А мне с чего?

- Ну, с тобой дело вести, таким образом, глупо, ты у нас не этот старый поц, ты у нас просто аллигатор какой-то. С тобой лучше дружить, - протянул.

- И дружишь.

- Дружу.

"А Хелен один из крючков, что усиливают "дружбу" и держат аллигатора на коротком поводке. Мечтай".

- Ясно. Ну, что? Перекусим?

- Давай!

Так прошел вечер - томно и "ниочемно".

Ночью, вернувшись домой, Леший позвал к себе Боксера - начальника своей охраны Виталия Андреева, бывшего боксера и полковника запаса.

- Знаешь, где я был сегодня? - спросил, покачиваясь в кресле.

- Да.

- Мне нужны данные по этому заведению и его хозяйке. И еще, в пятницу у нее и Расмусова встреча. Она кое-что обещала ему. Ты должен проследить, как выполняется обещание.

- Нужно что-то конкретное или общий фон?

- Система.

- Ясно.

- Не вспугни.

- Постараюсь.

Глава 2

Неделя прошла как всегда - скучно до зевоты, рутинно и размеренно.

Утром в пятницу, вместе с завтраком Лешинскому подали папочку с собранными документами. Он бегло просмотрел бумаги и уставился на

Боксера:

- Интересно. Проследи.

Мужчина согласно кивнул.

Ярослава Суздалева мучила голову зубрежкой, но извилины плавились на первых абзацах - было до странности жарко. В итоге она так ничего и не выучила. Потащилась в институт в надежде, что никто ее сегодня не спросит.

Жару она переносила очень плохо: давление падало, голова раскалывалась, мозг не соображал, тупея от всего разом. Лицо бледнело, потом краснело, перед глазами плыли мушки, нарушалась координация движений. Одолевала тошнота, лень и депрессия. В общем,

Ярослава становилась похожа на вареную косиножку у которой восемь лап запинались друг о друга. Поэтому одна мысль о выходе на улицу, в царство раскаленного бетона, превращала ее в ярую домоседку. В тот момент, когда ее подруги мечтали о Кипре, Мальдивах и Канарах, она грезила Ирландией, Исландией, и прозаической Чукоткой. В то время когда эти же подружки жарили свои мощи под солнцем, превращаясь в шоколадных очаровашек, Ярослава, спасаясь от солнца, мокла в ванне и сидела в любимой за один факт присутствия кондиционера, квартире.

Осенью подруги все как одна предстали пред очи институтского сообщества в возмутительно привлекательном загорелом виде, а

Ярослава в столь же возмутительном, молочно-белом состоянии.

Лариса Лысова, длинноногая, загорелая блондинка и чудный человечек, обняла ее за плечи, потащила к аудитории.

- Ну, чего ты вареная такая, Славка? Выучила хоть?

- Не-ет. Жара, не могу. Осень, а толку ноль. Хоть бы быстрее холод.

- Бр-р! Терпеть не могу холода, зиму, толстые сбруи, что приходиться на себя напяливать. Ты, наверное, потомок северных племен.

- Она самая, - согласилась. - Уеду после окончания института куда-нибудь в Якутск, иначе точно рехнусь.

- Держись. Еще четыре года таким темпом и ты получишь диплом специалиста.

- Счастье!

- Кстати, о тебе Рома спрашивал.

- Логутов? - вспыхнули надеждой глаза девушки.

- Жди! Ну, ты махнула, красивая! Логутова Жанка пасет, так что ручки, глазки и мечты - прочь. Я тебе о друге своего Димы говорю.

- А-а, - разочарованно протянула Ярослава. Помнила она того

Романа - субтильный, весь какой-то белесый от ершика волос на голове до ресничек. И молчун. Пялился на нее весь вечер и молчал.

Напоследок поп-корном усыпал. Сходили в кино, ага. Если еще один раут намечается, то она лучше дома посидит.

- Извини, Лара, мне он никак, - призналась честно.

Девушки юркнули в аудиторию, порадовавшись опозданию преподавателя, расположились на своих местах, поприветствовав сверстников и друзей - подруг.

- Совсем значит, не понравился? - поинтересовалась Лариса.

- Совсем.

Люба Тимофеева влетела в аудиторию и, не увидев препода, ринулась к подругам:

- Спасайте! Девчонки, конспекты!

- Сейчас-то смысл?

В помещение вошел Воронков и хлопнул дверью:

- Всем здравствуйте!

- Все, - осела Люба. - Мне конец.

- Авось, - прошептала Ярослава и сложила "фигушку", спрятав руки под стол.

- Чур, не меня, чур, не меня, - пролепетала Лара, напряженно следя за Воронковым.

- Гипноз, да? - с уважением покосившись на нее, спросила девушка.

- Ага.

Леший покачиваясь на диванчике под тентом, читал Ремарка. Жара, аномальная для осени, не располагала к суете мыслей, но и к классику не приобщала. Алекс откинул книгу прямо в клумбу роз и сжал переносицу пальцами: черт те что. Почему ему в голову настойчиво лезет Расмус с мадам Перцовой оной же - Хелен?

Зацепило?

Прав, Расмус, прав - зацепило. Еще как. Но он свяжется с

Перцовой, если только та сыграет по-честному, предоставив клиенту не актрису.

Не верил он… и верил. Судя по связям мадам, характеру, типу личности и пятнах на биографии что евро дензнаки почти добела вытравили, она способна на что угодно. И сам факт, того, что женщина может ради денег доставить ничего не ведающую, никому не знакомую девочку на утеху садистам - говорило о многом. Сам этот факт уже был интересен, рождал любопытство и ощущение предвкушения перемен, новизны. Игра на грани фола, игра за которой он мог проследить, которую сам мог устроить и поучаствовать при желании - это уже встряска, это уже что-то.