и яйцо покатились.
Долго ли, коротко ли, начало смеркаться. К тому времени все уже подустали. Вот, впереди показались черепа на частоколе вокруг дома. Путники в потемках мимо бы прошли, если б не этот мрачный свет потусторонних сил.
Подойдя к ограде частокола, колобок струхнул. На частоколе трех голов не хватало.
— Кот, иди ты первым, ты столько сказок про нее знаешь! Ты все ее слабости ведаешь!
— Я?! Так она меня ненавидит!!! Большинство из моих сочинений про эту женщину — наглая ложь! И потом, я раньше у нее служил. Она меня не кормила, вот я и в писатели подался.
Яйцо выдвинулось вперед:
— Я пойду!!!
— Вот, молодец, мальчик!!!
— И чего бояться какую-то кикимору? — Яйцо отважно зашагало вперед. Ворота перед ним распахнулись, протяжно заскрипев. — За мноой!!!
— Ишь, раскомандовался! — проворчал колобок.
— Так это же хорошо. Великий человек растет!
Яйцо тем временем прошло во двор. Навстречу ему выскочила собака дружелюбного вида. И не сказать, что злой старухи.
— Избушка-избушка, встань лесом задом, к нам передом!!!
Избушка нехотя поднялась на свои куриные лапы, стряхнула снег, и повернулась к странникам передом. В самом доме что-то пронзительно зазвинело. Послышалась ругань.
— Кто там пожаловал? — послышался недовольный, хриплый голос.
— Ты сначала накорми добрых молодцов, напои, а потом и спрашивай!!!
— Это кто такой смелый? Айй… черт, понаразбрасывают же!!! — послышался грохот.
В проеме двери показалась рыжеволосая девушка.
Все потеряли челюсти с сугробах снега. Первым очухался кот:
— Ты кто?!
— А тебе все да раскажи, увалень хвостатый!!! — Девушка тряхнула тяжелой, рыжей косой, и, поведя бедром, в приглашающем жесте.
На пороге дома все с особым тщанием вытерли кто лапы, кто бока, кто скорлупу.
— Вот это да… — вырвалось у кота. — Да никак ты, бабка, яблок молодильных натрескалась? Как тут все уютно стало!!! — И правда, ни в одном углу ни одной пылинки-былинки, на лавках свежевыстеранные рушники, на стенах висят картины, из печки доносятся сладкие, сливочные ароматы. Кот аж присел на задние лапы. — Ты че, бабка, влюбилась что-ли?
— Я вообще-то бабкина внучка. Ядушкой меня звать. Приехала вот, навестить. Ну, выпроходите, садитесь за стол, перекусите, чем есть в печи.
Рассказали наперебой путники свою истории. Девушка только головой качала, да подробности выпытывала. Дослушав до конца, хлопнула в ладоши. В воздухе появился сундук, да на стол взгромоздился. Ядушка прошептала заклинание над замком, провела пальцем сверху вниз. Послышался щелчок. Откинув крышку, принялась копаться, ищя что-то.
— А ну брысь! — прикрикнула на любопытного кота, щелкнув его по носу.
Достав круглую, плоскую вещь, завернутую в расписной платок, развернула, являя удивленным взорам волшебное блюдечко.
— Где-то яблочко должно быть. Где этот огрызок?… — бормоча про себя, наполовину засунулась в бездонный сундук. — Нашла!!! — Захопнула крышку и хлопнула в ладоши. Сундук испарился.
Поставила блюдце на стол, облокотив на кувшин с молоком. Яблочный огрызок был нисколько не похож на наливное яблочко.
Девушка направилась к полкам на стене. Перебираемые многочисленные скляночки так и зазвенели. Найдя нужную, откупорила крышку и капнула. Огрызок превратился в сухую ветку.
— Блиин…
— Я здесь! — круглое плоское существо выглянуло из-за печки. — Еще раз меня позовешь, бабке пожалуюсь! Добро переводишь! Зелья неправильные используешь!
— А ну сдристни! Ябедник! — Ядушка замахнулась сухой палкой на забияку. Блин мигом шмыгнул за печь и затаился.
Наконец, найдя нужное зелье, превратила палку в наливное яблочко.
— А это кто был? — шопотом поинтересовался Колобок.
— Ааа, этот-то, да так, живет как нахлебник, — специально повысила голос, — бабка приставила его за мной следить, чтобы ничего с непривычки не начудила, да по хозяйству бед не натворила. Ябедник одним словом. И мешается только.
Из-за печи послышалось недвумысленное кашлянье.
— И с домовым подружился. Вместе меня бесят, — в изнеможении девушка плюхнулась на стул, кладя яблочко на блюдечко.
— Катись катись наливное яблочко по серебрянному блюдечку, покажи нам пропажу бедовую, пропажу бедовую, да кащея крамольного. Чтобы правду нам показало, да по следам правдивым направило…
Перед глазами молодцев замелькали голода, села, реки, озера.
Вдруг, пейзаж быстро изменился. Перед глазами встал темный замок. Хорошо укрепленный, стеною высокою обнесенный. Миг — картинка изменилась. Внутренние комнаты. Колобок, увидя внучку, поддался вперед, внимательно изучая, ниличие повреждений. Убедившись, что в норме, переключил внимание на окружающее пространство. Вокруг, как после битвы, валялись подушки. Большинство из которых были распороты. Девушка держалась двумя руками, занесенными над головой, за тяжелый, увесистый канделябр и грозно вещала.
— Не подходи ко мне, чудище!!! Убью!
— Василисушка, успокойся. — голос Кащея был подозрительно добр, — Успокойся, положи игрушку на место, попробуй восстановить душевное споко…
— Ах ты ж чудище заморское, басурман!!! Щас я тебе твое спокойстствие на место вправлю!!! — Девушка направилась к Кощею с самыми благим намерением.
— Девица, да выслушай ты ме…
Увесистый прдмет интерьера пролетел над всей комнатой, попутно снеся голову костяному чудищу, унеся ее в другой конец комнаты, тяжело приземлившись.
— Ах ты ж, стерва!!!
— Изверг! Развалина старая!!! — девушка, пользуясь моментом, вышмыгнула в открытую дверь. Послышался щелчок в дверной скважине.
— Свалилась же на мою голову!!! — пробурчала голова кощея. — Что ты, бревно, бестолковое, спотыкаешься?! — прикрикивал на свое, пытающееся добраться до него сквозь бардак и разруху, тело.
Из окна свесились головы Горыныча.
— Ну че, не получилось? — посочувствовала первая.
— Да она вообще ненормальная!
— Все они, бабы такие. — Со знанием дела вставила третья.
— Теперь пол дня за ней бегай. Она, представляешь, шапку сперла, невидимку!!! Совсем чокнутая!
— Ничего, тебе надо — побегаешь. Тем более, не тебе с ней потом мучаться всю жизнь. Ну, мы полетели. Нам еще быков на пир тащить. А! И про елку забыл! Какой Новый год без елки? Ты Ягу попроси! Травки там какие-нибудь, чтоб силу шапки ослабить…
— Ну, летите, летите… — Пробурчал кащей, надевая голову на плечи. — Где же моя корона-то? Ишь, сказала, что две короны для одного многовато. Зазвездился!!! Это ж надо такое выдумать!!! — рассуждал Кащей, потирая шишку на лбу. Вот теперь и красуйся на свадебном пиру…
Блюдечко подернулось рябью и изображение изчезло.
Колобка в какой-то момент взяла гордость за внучку. Это ж надо так!!! Хрясь — и нет башки!!!
— Моя школа! — с гордостью в голосе, колобок принялся за еду, пока остальные пытались осмыслить увиденное.
Наутро, тепло простившись с Ядушкой, путники отправились дальше. Девушка указала дорогу. Хотела сама проводить, но вдруг вспомнив о делах, убежала в избу.
Яйцо, уже наученное колобком, старался на красоту неземную Ядушку сильно не зырить. Колобок одобрительно тайком кивал. Кот же вовсю кокетничал девушкой. Флиртовал, строил глазки, да мурлыкал. Но то было до ужина. Когда еда разогрелась и на стол разложилась, из Кота подлизуна
