class="p1">– Ты о чем? – не поняла я.
– Это Хейли Масгроув? Что тут делает Хейли Масгроув?
А. Ясно. Я возвела глаза к потолку.
– Полагаю, то же самое, что и все те, кто сюда приезжает. – Я загрузила файлы в «облако».
– С ума сойти.
– И я о том же. – Я бы с удовольствием осталась и посмотрела, как наш зануда-менеджер и дальше выпадает в осадок, но нельзя было терять ни минуты. – Так ты отвлечешь их? – спросила я, направившись к двери.
– Элиза Масгроув тоже приехала, – или проигнорировал меня, или не услышал Уильям. Голос у него был какой-то страдальческий. – Невероятно. И Леонардо Вейл? Да это же «Вакханалия»!
Эм. Что?
Я подошла к окну и взглянула на улицу сквозь жалюзи. У входа в гостиницу работали вхолостую два черных внедорожника. Три носильщика вытаскивали из багажника и сгружали на асфальт дизайнерские чемоданы. Я сразу узнала Хейли по ее возвышающейся над остальными высокой и грациозной фигуре. На ней были рваные джинсы и футболка с выцветшим до неузнаваемости логотипом. Она перебросила назад свои иссиня-черные волосы до плеч и взяла под руку кого-то, не видимого мне.
Не. Может. Быть.
Дрожащими пальцами я раздвинула планки жалюзи шире. Уильям прав. Это действительно Леонардо Вейл. Солист «Вакханалии» стоял возле моей гостиницы, улыбаясь Хейли Масгроув. И они были не одни.
Я также заметила Малька. Малёк – понятное дело, псевдоним. Даже самые преданные фанаты теряются в догадках, почему он назвался подобным именем. Он расслабленно сидел у самого входа в гостиницу на одном из самых больших чемоданов. На глаза ему падала серебристо-голубая челка. Малёк сонно не замечал протянутой над ним руки, пока Элиза Масгроув не ткнула ему пальцем в лоб. Он тут же встрепенулся.
В отличие от остальных Элиза выглядела так, будто сошла прямо со страниц журнала, а не провела множество часов в пути. Она из тех немногих девушек, кто может позволить себе ромпер[2]. Ее длинные волосы были стянуты в безупречный хвост, которому позавидовала бы сама Ариана Гранде[3].
А потом я увидела Его. Третьего и последнего члена группы «Вакханалия».
Он был в синих зауженных джинсах и белой футболке – обманчиво простой наряд, стоивший, наверное, больше, чем все его вместе взятые вещи, которые он носил раньше. Я узнала его мгновенно, несмотря на весь лоск.
Эйден.
Я давно не видела его вживую.
Даже с такого расстояния заметно, как сильно он изменился. Узкие плечи стали широкими, жилистые руки – мускулистыми. Волосы, которые он раньше коротко подстригал, отросли и завивались тугими черными кольцами. Я всегда говорила, что ему пойдут длинные волосы, и была права. Видно, кто-то был гораздо убедительнее меня.
– Ладно! – слегка визгливо воскликнул Уильям. – Я это… пойду встречу их? Ты идешь?
У меня вырвался лающий смех. Короткий и хриплый. Я напугала им нас обоих. Уильям напрочь забыл о моем плане проверить виллу, и если честно, мне теперь было совершенно не до нее.
– Нет. Иди один, – махнула я рукой в сторону окна. – Уверена, ты справишься. В конце концов, это твоя работа.
– Это моя… Что, черт возьми, происходит?
– А разве нет?
– Да, но ты так никогда не считала, – оторопело уставился на меня Уильям. – Тебе плохо? Ты пугаешь меня.
Я снова посмотрела в окно.
– Не тяни время.
– Ничего я не тяну. Я волнуюсь за тебя.
Эйден снаружи замешкался у машины. Он, прищурившись, поднял взгляд на название гостиницы, красиво выведенное на входной арке. Зачем он здесь? После нашего последнего разговора я почти примирилась с тем, что больше никогда его не увижу. И думала, он тоже с этим примирился.
Словно услышав мои мысли, Эйден переместил взгляд на окно кабинета. Я отпрыгнула назад, и отпущенные мною планки жалюзи со щелчком встали на место.
– Ты ведь понимаешь, что я шутил? – спросил Уильям. – Ты выглядишь не настолько ужасно. Если ты из-за этого не хочешь…
– Не в этом дело, – оборвала я его, но машинально потянулась к хвосту из растрепанных кудряшек.
Теперь, после упоминания о моем внешнем виде, сообразила: Эйден ни за что не должен увидеть меня такой. Только не после двух лет разлуки. И не тогда, когда он сам выглядит как знаменитость, которой, собственно, и является.
Мне стало душно и тесно в кабинете. Стены словно давили на меня.
Нужно поскорее убраться отсюда.
– Иди. – Надеюсь, голос не выдал моего напряжения. – Или… не справишься без меня?
– Конечно, справлюсь. – Уильям гордо расправил плечи. – Я – профессионал. – Он хмуро зашагал к двери. – И не нуждаюсь в том, чтобы мою работу за меня выполняла семнадцатилетка.
– Да-да, повторяй себе это.
Я не удивилась, что он хлопнул дверью.
Наконец-то ушел.
Собираясь с мыслями, отправила сообщение Оливии:
«Все еще хочешь увидеть мое личико?»
«Всегда хочу», – ответила она.
Глава 3
Сначала я внимательно следила за возрастающей популярностью «Вакханалии».
Успех группы начался с простой загрузки песен на Саундклауд[4] Эйденом и Мальком – двумя неизвестными подростками с незаурядным талантом и безудержными мечтами. Когда я узнала, что их песня Hyperbolic выстрелила, парни уже подписали контракт со студией звукозаписи.
Спустя всего несколько недель они выпустили песню, сняли на нее клип и приняли в свои ряды нового члена: Леонардо Вейла. Hyperbolic возглавила хит-парады Биллборд по всему миру, включая США, и не сдавала позиции шесть недель. «Вакханалия» стала самой горячей новинкой года и получила премию «Грэмми».
Успех был мгновенным и бешеным. Эйден – мальчик с соседней улицы, который плакал над фильмом «Любовь и баскетбол» и который однажды купил мне как-то целую тонну красного манго (я тогда заболела, а он знал, как я люблю этот фрукт), – получил «Грэмми».
Полгода я не пропускала ни одного интервью с ними, ни одной статьи про них. Слушала их песни, разбирала тексты, радовалась за каждую награду. Меня переполнял мощнейший микс из гордости и боли, пока я не осознала, что испытываемые мною сладко-горькие чувства на самом деле токсичны. К чему мне знать, что Эйден носит? Где тусуется? С кем встречается?
Он живет себе спокойненько дальше, и мне тоже давно уже пора двигаться вперед.
Поэтому я попыталась вырезать его и «Вакханалию» из своей жизни. Что непросто сделать, когда по радио каждые десять минут включают песни этой группы. И все же я пыталась избегать любого упоминания об Эйдене и его группе, отгородясь от любых новостей про знаменитостей.
Естественно, я пропустила информацию и про последние связанные с группой события. Часть из которых стали ужасающе актуальны.
