Конечно, создавая книгу, было невозможно удержаться от искушения, чтобы не предоставить многие страницы стихотворениям Владимира Семеновича. Ведь его стихи — всегда исповедь. А цель нашей книга — раскрыть, в первую очередь, внутренний мир этого непревзойденного человека.
За прешедшее время стало известно немало нового о жизненных перипетиях Высоцкого: о его первой жене и его сыновьях — Аркадии и Никите, которые за эти годы стали взрослыми, о пристрастии к наркотикам, о его неизвестных любовных связях… Но я решил ничего не дополнять. Эта книга содержит в себе дух того времени и, главное, почитание нашего великого поэта, искреннюю любовь к нему, восхищение им всех создателей и участников. Я добавил сюда только два новых эпизода, которые родились позже в моих авторских телевизионных программах цикла «Парижские тайны Эльдара Рязанова». Одна из них была посвящена Марине Влади, другая — Михаилу Шемякину. И фрагменты из них, касающиеся воспоминаний о Высоцком, я тоже включил в эту книгу, дав их в конце как своеобразный post scriptum. И естественно, я не могу не поблагодарить тех, чьи памятные и добрые рассказы составили содержание, суть этой книги.
Итак, о Высоцком рассказывают: мать Нина Максимовна, отец Семен Владимирович, жена отца Евгения Степановна, вдова поэта актриса Марина Влади, актеры Всеволод Абдулов, Валерий Золотухин, Алла Демидова, Вениамин Смехов, Зинаида Славина, Леонид Филатов, драматург Эдуард Володарский, геолог и предприниматель Вадим Туманов, поэты Белла Ахмадулина, Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко, Булат Окуджава, художник Михаил Шемякин, кинорежиссеры Станислав Говорухин, Геннадий Полока, Михаил Швейцер, Александр Митта, Эльдар Рязанов. И, главное, сам ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ.
Вечер первый. Страницы биографии
Напротив ворот Ваганьковского кладбища, если перейти через трамвайные пути, группировались кучки людей, каждая человек эдак по восемьдесят — сто.
В центре каждой такой группы стоял человек с кассетным магнитофоном, откуда несся хриплый, надрывный голос:
…Но мне хочется верить, что это не так,Что сжигать корабли скоро выйдет из моды.Я, конечно, вернусь — весь-В друзьях и в делах, —Я, конечно, спою,Я, конечно, спою — не пройдет и полгода…
Лица у слушающих серьезные, глаза грустные. Вот подошли новые люди и тоже застыли, слушая. А рядом другая группа таких же печальных, сосредоточенных мужчин и женщин внимала другой песне, которую кричал тот же хриплый, надрывный голос:
Я весь в свету, доступен всем глазам,Я приступил к привычной процедуре —Я к микрофону встал, как к образам…Нет-нет! Сегодня точно — к амбразуре.И микрофону я не по нутру—Да, голос мой любому опостылет!Уверен, если где-то я совру —Он ложь мою безжалостно усилит.Бьют лучи от рампы мне под ребра,Светят фонари в лицо недобро,И слепят с боков прожектора,И — жара!.. Жара… Жара!..
Зима. Январь. Стоял лютый холод. Пар вырывался из молчаливых ртов. Люди слушали жадно, скорбно, истово. Казалось, никто не чувствовал мороза.
И здесь тот же голос остервенело рвался из магнитофонов на волю:
Свежий ветер избранных пьянил,С ног сбивал, из мертвых воскрешал.Потому что если не любил —Значит, и не жил, и не дышал!Но многих, захлебнувшихся любовью,Не докричишься, сколько ни зови.Им счет ведут молва и пустословье,Но этот счет замешан на крови.А мы поставим свечи в изголовьеПогибших от невиданной любви…Я поля влюбленным постелю —Пусть поют во сне и наяву!Я дышу — и, значит, я люблю!Я люблю — и, значит, я живу!
Огромная, многотысячная очередь растянулась вдоль забора Ваганьковского кладбища. Тут и там мелькали темные милицейские полушубки. Милиции скопилось немало. В этот день — 25 января 1987 года — Высоцкому исполнилось бы сорок девять лет. Для нашей группы это был последний съемочный день; все интервью, фотографии, памятные места, встречи, беседы, воспоминания уже отсняты и хранятся на больших рулонах видеоленты в ожидании монтажа. Эта съемка, с которой начнется наша передача, — последняя.
Вот к могиле поэта пришли с цветами родные:
Нина Максимовна — мать, Семен Владимирович — отец, со своей женой Евгенией Степановной, сыновья — Аркадий и Никита. Сняли шапки, склонивши головы, партнеры Высоцкого по театру, известные всей стране артисты.
С тех пор как он умер, каждый день на его могиле невероятное количество цветов, небывалое, неисчислимое…
Я примерно знал, что скажут, если у них взять интервью, люди, стоящие в длиннющей очереди с цветами в руках. Среди них было немало тех, кто приехал, прилетел в Москву из самых разных мест специально для того, чтобы поклониться любимому поэту. И поэтому я протянул микрофон одному из милиционеров. Интересно, а что думают о происходящем те, кого послали сюда наблюдать за порядком? Ведь они тоже люди и имеют собственное мнение.
Рязанов. А вам здесь раньше приходилось дежурить, на Ваганьковском кладбище? И всегда так много народу?
1-й милиционер. Это бывает с того времени, как он умер, постоянно, каждый год.
Рязанов. Скажите, а вам какие песни Высоцкого нравятся больше?
1- й милиционер. Военная тематика. Проходите, товарищи, проходите!
Я обратился к другому постовому, помоложе.
Рязанов. Вы сами-то Высоцкого как поэта знаете?
2- й милиционер. Знаю.
Рязанов. Нравится он вам?
2-й милиционер. Нравится. Проходите, товарищи.
Рязанов. А за что?
2-й МИЛИЦИОНЕР. Песни хорошие.
Рязанов. А чем хорошие?
2-й милиционер. Жизненные такие песни. Я подошел с микрофоном еще к одному блюстителю порядка, усатому, богатырского сложения парню.
Рязанов. Нравятся песни Высоцкого?
3- й милиционер. Да, нравятся… Проходите, товарищи! Очень нравятся песни.
Рязанов. А чем они вам нравятся?
3-й МИЛИЦИОНЕР. Ну, всем, что о жизни он писал, и очень хорошо… Но мне нравится одно то, что он всю правду высказывал. Вот все как в жизни идет, и все он это в песнях именно высказывал, вот.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
