ударом снес охотнику голову. Торговец не успел испугаться, как вервольф, коснувшись дороги, сделал новый прыжок и, оставив следы, взмыл в воздух. Короткий рык, кульбит — и лавина ярости обрушилась на одну из лошадей, переламывая её позвоночник пополам.
— А-а-а-а-а! — закричал щуплый торговец, упав с телеги. Забрызганный кровью, он старался ползти по земле, но Сио снова прыгнул, приземлившись прямо перед ним. Даже поглощенный страхом, человек заметил неестественную силу лап этого зверя, который своими движениями раскалывал землю — что уж говорить о людских и лошадиных костях.
Под ржание и панику второй кобылицы, что под тяжестью мертвого сородича не могла нормально пошевелиться, Сио схватил торговца за воротник.
— Лекарства! Живо! — клацая зубами, передал он мысль. Несмотря на то что оборотень был одного роста с человеком, силы, чтобы поднять второго над землей, ему хватило.
— Ч-чего?! Я… — задыхаясь от паники, не понимал человек.
— Хочешь жить?! — Сейчас и без того грубый голос волка звучал особенно потусторонне.
— Д-да!
— Мне нужны лекарства, которыми вы, люди, лечите друг друга! Ты — бродяга на дорогах, и я не поверю, что у тебя нет запаса! — Сио специально открыл пасть, готовясь откусить кусок человечины. Скорее всего, он так бы и сделал.
— Есть! Все есть! Прошу, не надо! — Как только напуганный человек произнес это, его пятая точка почувствовала холодную землю. Оборотень отпустил. Без лишних слов и указаний торговец, спотыкаясь, добежал до телеги и, скинув прикрывающий товары тент, нашел небольшой ящик, на который заблаговременно налепил новый знак апотекариев: шприц, перекрещенный с пробиркой. — Вот! Тут все что есть!
— Ра-а-а! — зарычал вервольф, отгоняя человека назад, и тот, снова споткнувшись, отполз в сторону, а в нос волку ударил запах отхожего места.
Снеся крышку когтями и заглянув внутрь, Сио убедился, что торговец не соврал, только вот…
«Дерьмо, я ни черта не понимаю! Слишком много всего».
На самом дне в абсолютном хаосе валялись разнообразные коробки, свертки и даже хорошо скрепленные ампулы.
— Что из этого против лихорадки?! И как придать человеку сил?! — снова схватив мужичка, зверь буквально ткнул его лицом в ящик.
Торговец, пошарив там, протянул в дрожащих руках две пачки какого-то лекарства.
— О-одно нужно заварить и дать в-в-выпить, второе таблеткой, з-з-запить…
— Живи… — фыркнул вервольф. И, забрав искомое, одним прыжком скрылся между деревьев, снова продемонстрировав огромную силу ног.
Сио не впервой было грабить людские повозки, даже наоборот: он занимался этим почти всю свою сознательную жизнь. К тому же его бог обожал кровопролитие и бессмысленную жестокость. Тяжело жить волку под дланью одного из Темных…
Пробежавшись вокруг местного леса и оставив где только можно следы, Сио, срезав через поле, вернулся в свой лагерь. Первым делом он сразу сел около ведьмочки.
Хотя его не было несколько часов, она все так же продолжала учащенно дышать. Её губы пересохли, а голос уже хрипел.
«Держись, ведьма».
Глава 2 Здравствуйте, привет
Сио устало выдохнул и, плюхнувшись на землю, скомкал пустые упаковки от лекарств. Все необходимое было «влито» в бессознательную ведьму, а юноша думал про себя: «Убивать все-таки легче».
Откинув мусор в сторону и отодвинув грязную мокрую ступку, оборотень снова зачесал волосы назад, сконцентрировав все внимание на Аннет. Она перестала учащенно дышать, а благодаря воде, смешанной с лекарствами, хрипота также ушла. Вервольф даже не поленился умыть Аннет от запекшейся крови, сходив до ближайшей реки и набрав еще воды. Затем Сио пододвинулся ближе, чтобы еще раз проверить свою «пациентку».
— Ну… Вроде дышит, — расслабленно выдохнул он.
Когда волк окончательно убедился, что ведьмочка спокойно спит, не испытывая прежней боли, его беспокойство сменилось… интересом. Нагнувшись еще ближе к её лицу, Сио выглядел как дикарь, впервые увидевший цивилизованного человека. Конечно, это было не так, но то, что Аннет была необычайно красива, заметил и он. Даже круги от бессонницы под глазами юной ведьмы не портили общей картины.
— Она… как кукла… — Сио нехотя сам признал, что даже на фоне остальных ведьм, которых он встречал, беловолосая Аннет сильно выделялась. Было в ней что-то притягательное и отталкивающе одновременно. Такая хрупкая и таинственная.
Случайно пальцы вервольфа, на которых постоянно были наращены заостренные ногти, прикоснулись к девичьим волосам, что уходили под одежду. Сио все еще не знал их настоящей длины, но гладкость и шелковистость и без того поражали. В голову пришла глупая и очень странная мысль…
— Нет, ну что за черт?! — резко встав в полный рост, выдохнул волк. Но желание узнать разгоралось сильнее, и, нервно постукивая голой пяткой по земле, юноша огляделся по сторонам, словно кто-то в этой глуши мог его увидеть. Еще немного сомнений — и он снова сел рядом.
Ладонь аккуратно захватила прядь белых волос, и нерешительно Сио поднес их к носу, делая полный вдох.
— Пахнет… зимним лесом. — И это была правда, от магических волос Аннет буквально веяло прохладой, и вечная свежесть белого края запечатлелась в них, все еще неся эссенцию тех мест.
Волк снова отстранился, поняв, что слишком долго нюхает чужие волосы. Несмотря на свою дикость, зверь успел пожить среди кланов и понимал нормы приличия. Хотя и предательски всплывали наставления отца: «Понравилась девка — заваливай её на лежак и…»
Сио фыркнул, отгоняя мысли о проклятом родителе и его глупых советах.
— Ладно, надо найти еды. — Вервольф еще раз пшикнул вонючей жидкостью и, поправив шкуру на ведьме, отправился искать себе пропитания.
Ища «чужие» угодья, Сио обдумывал следующий шаг по осуществлению приказа своего бога. Определенно, ведьма пахнет тем запахом, что постоянно терзает его. Желание найти неизвестного по имени Клиф не покидает ни на секунду, а скрипучий шепот даже сейчас напоминает: «Найди, обучи, Клиф».
Столько лет тишины, и вот бог Яростной Охоты снова заговорил с теми немногими, кто остался с его кровью. Сио не злился, нет. Наоборот, благодаря запалу юности он был готов выполнить приказ. Но чем ближе волк подбирался к оборотню по имени Клиф, тем больше странной эссенции начинало витать вокруг. Взрывы, выстрелы… Своя жизнь оказалась дороже, и юный берсеркер
