Дело в том, что материализм в тупике. Он не содержит никаких ценных гипотез, относящихся к человеческому разуму или духовному опыту, и даже не близок к разработке подобных гипотез. Непосредственно рядом с нами существует целая огромная область, даже проникновение в которую, а тем более ее исследование посредством материализма, невозможно. Но есть и хорошие новости: имеются обнадеживающие признаки того, что в суть духовности можно проникнуть и исследовать ее с помощью современной нейробиологии – при условии исключения воздействия материализма.
Нематериалистской нейробиологии незачем отметать, отрицать, оправдывать, рассматривать как проблемы все свидетельства, опровергающие материализм. Это выглядит многообещающе, поскольку современные исследования превращаются в постоянно пополняющееся собрание таких свидетельств. Три примера, приведенных в данной книге – это пси-эффект, околосмертный опыт и эффект плацебо.
Пси-эффект, рассматриваемый на примере таких явлений, как экстрасенсорное восприятие и психокинез, – конечно, эффект низкого уровня, но попытки опровергнуть его потерпели фиаско. Кроме того, околосмертный опыт стал более частым предметом исследований в последние годы, вероятно, потому, что распространение более совершенных методов реанимации значительно увеличило количество выживших, способных рассказать о своем околосмертном опыте. Благодаря работе таких исследователей, как Пим ван Ломмель, Сэм Парниа, Питер Фенвик и Брюс Грейсон, в настоящее время мы располагаем разрастающейся информационной базой. Эти результаты отнюдь не подкрепляют материалистские представления о разуме и сознании, которые пропагандирует Пинкер, пишущий в Time: «Насколько можно судить, когда физиологическая деятельность мозга прекращается, перестает существовать и сознание человека».
Большинство людей не сталкивались с такими необычными эффектами, как пси-эффект или околосмертный опыт, но все мы, вероятно, испытывали на себе действие эффекта плацебо: вам случалось когда-нибудь прийти к своему врачу за справкой, дающей освобождение от работы по причине сильной простуды, и вдруг почувствовать себя лучше в ожидании, сидя в приемной и листая журналы? Ситуация щекотливая, но легко объяснимая: ваш разум подает сигналы приступить к процессу обезболивания или исцеления, стоит вам признать, что вы, в сущности, уже движетесь по пути к выздоровлению. Материалистская нейробиология с давних пор рассматривала эффект плацебо как проблему, тем не менее это один из наилучшим образом подтвержденных феноменов в медицине. А для нематериалистской нейробиологии это нормальный эффект, способный при правильном использовании иметь огромную терапевтическую ценность.
По-видимому, материализм не способен ответить на ключевые вопросы о человеческой природе и имеет мало шансов когда-либо дать на них вразумительный ответ. Кроме того, он убедил миллионы людей, что им не следует пытаться развивать духовную сторону своей натуры, поскольку таковой не существует.
Кое-кто считает верным решением поддерживать материализм и впредь еще активнее, чем прежде. В настоящее время видные апологеты материализма предприняли широко пропагандируемый и несколько озадачивающий «крестовый поход против Бога». Публикации таких антитеистических трудов, как «Развеянные чары: религия как природный феномен» Дэниела Деннета (Daniel Dennet, Breaking the Spell: Religion as a Natural Phenomenon), «Бог как иллюзия» Ричарда Докинза (Richard Dawkins, The God Delusion), «Бог: неудачная гипотеза. Как наука доказывает, что Бога не существует» Виктора Стенджера (Victor J.Stenger, God: The Failed Hypothesis – How Science Shows that God Does Not Exist), «Бог не любовь» Кристофера Хитченса (Christopher Hitchens, God Is Not Great) и «Письмо к христианской нации» Сэма Харриса (Sam Harris, Letters to a Christian Nations) сопровождаются такими передачами, как «За пределами веры» канала Science Network, и кампаниями вроде «Вызов кощунства» на YouTube.
Примечательно следующее: во всем, что хотят сказать эти люди, нет ни единой новой идеи. Мыслители XVIII века высказали их давным-давно, преследуя те или иные цели. Да, современные работы сдобрены сомнительными домыслами из области эволюционной психологии – попытками вывести религию и духовность из практической деятельности, способной помочь некоторым нашим предкам эпохи плейстоцена передать свои гены. Однако предки эпохи плейстоцена давно исчезли с лица земли, а из дисциплины, которой недостает объекта, мало что можно узнать. Доводы изобилуют также уверениями в иллюзорной природе разума, сознания и свободы воли, в том, что духовность бесполезна и опасна.
Ряд экспертов в различных областях в середине XX века предсказывал, что духовность будет медленно, но верно исчезать. Обеспеченные материальными благами люди просто перестанут думать о Боге. Но эксперты ошиблись. В настоящее время духовность более разнообразна, однако она растет и развивается повсюду в мире. Ее поразительная живучесть порождает догадки, опасения и совершенно невероятные домыслы, но самое главное – непреодолимое любопытство, стремление исследовать ее.
Но как же можно осуществить научные исследования духовности? Для начала можно заново открыть для себя наше нематериалистское наследие. Оно всегда было в нашем распоряжении, но им преимущественно пренебрегали. Знаменитые нейробиологи – такие, как Чарльз Шеррингтон, Уайлдер Пенфилд и Джон Экклс, – не были, в сущности, приверженцами редукционизма, и у них имелись веские основания для такой позиции. В настоящее время нематериалистская нейробиология процветает, несмотря на ограничения, накладываемые широко распространенными превратными представлениями, а в некоторых случаях и враждебностью. Читателям предлагается непредвзято отнестись ко всем вопросам и свидетельствам, представленным в этой работе. Наступило время исследований, а не догматов.
В этой книге мы постараемся обосновать три ключевые идеи. Нематериалистский подход к человеческому разуму – богатая и жизнеспособная традиция, объясняющая свидетельства гораздо успешнее, чем зашедшая в настоящее время в тупик материалистская. Во-вторых, нематериалистское отношение к разуму дает практическую пользу и трактовку, а также перспективный подход к явлениям, к которым невозможно даже подступиться с материалистской точки зрения. И наконец, – и, возможно, эта идея окажется самой важной для многих читателей, – наша книга показывает: когда духовный опыт преображает жизнь, наиболее разумным объяснением, относящимся ко всем свидетельствам, является то, что люди, обладающие таким опытом, действительно вступали в контакт с реальностью за пределами их самих, – с реальностью, которая подвела их ближе к истинной сущности вселенной.
Марио БорегарМонреаль, Канада. 4 марта 2007 года1. О духовной нейробиологии
В июне 2005 года исторический Всемирный саммит по эволюции был проведен на отдаленном острове Сан-Кристобаль архипелага Галапагосские острова у побережья Эквадора. Непритязательный Фригитберд-Хилл выбрали потому, что именно на этом месте в 1835 году впервые высадился Чарльз Дарвин, чтобы исследовать «тайну тайн» – происхождение и природу видов, в том числе (возможно, в первую очередь) человеческого.
Позднее эти уединенные тихоокеанские острова на экваторе стали перевалочным пунктом для пиратских, а также китобойных и зверобойных судов, экипажи которых довели уникальные формы жизни, изученные Дарвином, до грани истребления. А еще позднее, под защитой правительства в XX веке, эти острова превратились в нечто вроде святыни материализма – веры в то, что любая жизнь, в том числе и человеческая, всего лишь продукт действия слепых сил природы[1]. С материалистской точки зрения наш «разум» – душа, дух, свободная воля – просто иллюзия, созданная электрическими зарядами нейронов нашего мозга. Природа, по известному выражению оксфордского зоолога Ричарда Докинза, – «слепой часовщик»[2].
Встреча на Галапагосах была сразу же провозглашена «Вудстоком эволюции». Присутствующие ученые, «кто есть кто в теории эволюции»[3], прекрасно понимали свою значимость и важность этой работы. «Мы буквально потрясены возможностью находиться здесь, – писал один журналист, специализирующийся на естественных науках, и вспоминал, что избранная аудитория слушала знакомое повествование об эволюции «увлеченно, как дети слушают пересказ любимой сказки»[4].
Согласно этой излюбленной сказке, человеческие существа – не более чем «причудливая маленькая клада», по словам одного присутствующего[5]. И задача очередного саммита – поведать об этом всему миру[6]. Однако мир уже достаточно услышал о спорах вокруг эволюционного учения, чтобы судить о нем.
