Но съездить отдохнуть Кристен могла только одним способом – попросить денег у отца Нико. Дома она снова перечитала статью о помолвке Серджио.
«Ожидается, что пара отпразднует помолвку на пышном приеме сегодня вечером в отеле «Рояль» в Бэйсуотер, год назад приобретенном «Кастельяно труп».
Вот бы ей удалось поговорить с Серджио до приема. Сердце Кристен екнуло, когда она представила, как рассказывает ему о сыне. Она заглянула в гостиную, ожидая увидеть, что Нико смотрит телевизор, но он стоял с фотографией Кэтлин в руках, а во взгляде у него была такая тоска, что у Кристен на глаза навернулись слезы.
– Пойдем ужинать, – мягко сказала она.
– Мне не хочется.
Кристен с беспокойством подумала, что если аппетит сына в ближайшее время не наладится, то придется снова вести его к доктору. Она выдавила улыбку:
– Попробуй хоть немного поесть, и тогда я расскажу тебе что-нибудь интересное.
– Что интересное?
Глаза Нико загорелись, и он прибежал на кухню.
– Ну, я подумываю, не отправиться ли нам на лето к морю. Как ты на это смотришь?
Ответом была широкая улыбка сына. Кристен поймала себя на том, что уже несколько недель не видела эту лучезарную улыбку. Она может сделать Нико снова счастливым. И если для этого надо попросить денег у его отца-миллиардера, она так и поступит.
– Я понятия не имею, почему газета опубликовала статью о нашей помолвке, честно. – Фелисити Денхолм простодушно улыбнулась Серджио. – Да, я сказала журналисту, что ты в Лондоне по делам, возможно, упомянула о том, что планируется прием, и все! – Она села на край стола Серджио. Ее юбка задралась, обнажив бедра. – Не понимаю, откуда только взялась вся эта история с нашей женитьбой. Сам знаешь, папарацци сделают из мухи слона.
– Тут и мухи-то никакой не было, – хмуро буркнул Серджио. Он ненавидел, когда пресса раздувала вокруг него шумиху.
Фелисити тряхнула идеально завитыми блестящими кудрями каштановых волос.
– Ну, мы ведь вращаемся в одних кругах тут в Лондоне, попадали вдвоем в объектив фотокамер, помнишь, когда случайно встретились в театре? Вполне понятно, что пресса решила, что между нами что-то есть.
Она наклонилась ближе к Серджио, и ее юбка скользнула выше, еще больше обнажив бедра.
– Жаль разочаровать их, не правда ли? – промурлыкала она.
Серджио задумчиво прищурил глаза. Дочка Денхолма была лакомым кусочком, и он не прочь был бы затащить ее в постель, но у него твердое правило: не мешать бизнес и удовольствия, а сделка с недвижимостью, в которой он пытался убедить Эрла, для него представляла куда больше важности, чем мимолетная интрижка с хоть и миловидной, но крайне эгоцентричной Фелисити.
Он нисколько не сомневался, что ее появление почти на всех приемах, которые он посещал в течение последних нескольких недель, не было простым совпадением. Порой ему казалось, что она действует по наставлению отца. Эрл был вынужден продать часть своей недвижимости, чтобы оплачивать расходы на свое непомерно дорогое родовое поместье. Возможно, Чарльз Денхолм надеялся вернуть себе часть активов, сочетав браком свою дочь и сицилийца, который покушался на его трон.
Серджио был не в состоянии доказать, кто распространил в прессе слухи об их помолвке, и это его раздражало. Последней каплей стал телефонный разговор с отцом, который спросил, почему он узнал такую важную новость из газет.
– Это просто газетная утка, – сказал он Тито. – Если я когда-нибудь решу жениться, ты узнаешь об этом первым. Но не думаю, что это когда-то случится.
Отец сразу разразился длинной тирадой о том, что Серджио пора оставить свою беспечную жизнь и остепениться, взять в жены какую-нибудь милую итальянку и обзавестись потомством, чтобы продолжить род Кастельяно.
– Для продолжения рода у тебя уже имеется внучка. – Серджио напомнил отцу о том, что у Сальвадора есть дочка Роза.
– Да, но она не сможет одна взять на себя управление компанией, – ответил Тито. – Сальвадор вдовец, и вряд ли у него еще будут дети, так что все надежды только на тебя.
Серджио уже в который раз почувствовал, что разочаровывает отца. Но он не станет связывать себя узами брака, лишь бы угодить ему. Смысла в этом никакого не было. Они оба знали, кто у отца любимчик. Да и жениться у Серджио не было никакого желания.
Все, что ему было нужно от женщины, – лишь физическое удовлетворение. Но почему же последнее время ему стало так тревожно? У него было все, что ни пожелай, но в глубине души он жаждал чего-то другого.
– Я потребовал от газет написать опровержение, – сказал он Фелисити. – Сожалею, если эта статья причинит тебе беспокойство. Как ты знаешь, сегодня я даю прием в честь завершения сделки с твоим отцом. Приглашена пресса, и я намерен в отношении нас все прояснить.
Фелисити откинула голову и хищно улыбнулась.
– Или отымей меня прямо на своем столе, – дерзко отозвалась она. – И тогда, кто знает, может, ты передумаешь.
Возможно, Серджио был несколько старомоден, но он предпочел спастись бегством.
– Интересное предложение, но вынужден отказаться, – бросил он ей, взглянул на часы и выпроводил покрасневшую от возмущения Фелисити из офиса: – Извини, мне надо работать.
Отель «Рояль» выглядел внутри ослепительно пышно, и было совершенно очевидно, почему ему присвоено пять звезд. Обставляя интерьер, «Кастельяно труп» не скупилась на расходы. Клиентура была ему под стать, и когда Кристен шла по выложенному мраморному коридору, то отчетливо понимала, что ее по деловому черная юбка и белая блузка выглядят совсем не от-кутюр.
Решив поговорить с Серджио, она наняла для Нико няню и отправилась на метро до Бэйсуотер. Кристен думала, что на стойке регистрации спросят о причине ее визита, но все были слишком заняты и не обратили на нее никакого внимания. Конечно, Серджио мог просто не захотеть принять ее, так что лучше устроить ему сюрприз. В статье говорилось, что он остановился в пентхаусе. Лифт уносил Кристен вверх, а сердце бешено стучало в груди.
Где-то внутри тихий голос говорил ей, что прийти сюда было чистым безумием. Даже если ей удастся отыскать Серджио, ее пугала сама мысль рассказать ему о сыне. От волнения ее начало мутить, и когда двери лифта открылись, она уже была готова нажать на кнопку первого этажа. Ее остановило только воспоминание о том, с каким воодушевлением воспринял Нико мысль об отпуске.
Кристен прошла по длинным коридорам. Она понятия не имела, какая дверь вела в номер Серджио, и ее охватило отчаяние. Завернув за очередной угол, она увидела двустворчатую дверь, надпись на которой гласила: «Конференц-зал «Принцесса Элизабет».
