class="p1">– Ты опять? – разозлилась Оля.
– А что такого?..
Катя говорила что-то еще, Оля отвечала, но Женя уже не слушал. После слов о ночлеге снова вспыхнула приключенческая жилка. Он глазел по сторонам и прикидывал, где они могут переждать ночь. Вокзал подходил, но что-то подсказывало, что на ночь его закрывают. Еще подъезд неплохой вариант. Или, он припомнил, беседка во дворе.
До ушей долетало обрывками: «Дорого… Хотя бы спросить… Продадим что-нибудь… Дура…» А Женек уже планировал: «Наденем теплые кофты из сумки. Двое спят, один в дозоре. И так по очереди каждый по три часа». Только задумался, а не лучше ли вообще отправиться в деревню на своих двоих, с рюкзаком за спиной и ночевкой в шалаше, как понял, что уже полминуты пялится на какого-то мужичка на лавке у станции. Но самое главное – мужик тоже с интересом смотрел на него.
Женька хотел отвести взгляд, но отчего-то не стал. Мужчина был лыс и слегка не брит, добродушно улыбался и кого-то напоминал. Кого-то знакомого, но, по ощущениям, нереального, словно выдуманного. А затем Женя узнал в его белой и удивительно чистой футболке форму «Реала» и, кажется, даже раскрыл рот от изумления. Потому что, во-первых, это его любимый футбольный клуб, а во-вторых, он внезапно, в один миг, понял, кто же этот незнакомец – ни много ни мало сам Зидан. Тот же твердый, но беззлобный взгляд, та же задорная улыбка и широкий подбородок. Разве что морщин больше.
Мужик поманил его пальцем.
И Женек неуверенно, но недолго думая, подошел. Зидан коротко кивнул ему и спросил – без какого-либо акцента:
– Слышал, автобуса вам не хватило?
Женя вцепился в лямки рюкзака и кивнул тоже. Зидан почесал щетину:
– А куда хотели попасть?
– В смысле – доехать? – уточнил мальчуган едва ли не шепотом.
– Ну да. Куда собрались?
– В деревню, – осторожно выдал Женька и слабо пожал плечами.
– А название есть у деревни? – терпеливо поинтересовался загадочный мужичок.
Женя колебался, наученный родителями, школой и дворовыми байками, что стоит остерегаться незнакомцев. Но улыбка незнакомца… Она не старалась казаться искренней, она была искренностью, а взгляд не тревожил ничуть, участливый и прямой. Мужчина сидел расслабленно, открыто. И единственное, что хотелось, – это сесть рядом и рассказать, пожаловаться на обрушившуюся неприятность. И попросить помощи, потому что своим спокойствием он будто говорил: «Ничего страшного не случилось, выход есть всегда».
Доверившись наконец и оттого ободрившись, Женек весело ответил:
– Нюргещи. Знаете?
– Слышать приходилось. И в Сундыре я бывал, это там рядом, – Зидан закивал, казалось, одними глазами. – Прямых автобусов, значит, нет?
– Нет, говорят.
– Ну, так слушай. В пять часов десять минут из Канаша выезжает автобус в Ельчики. Это как раз по пути в твою деревню. Ну, не совсем. Проедет мимо поворота на деревню, а там уж рядом.
Женька обрадовался, заулыбался. Хотел позвать сестер.
– Да погоди ты, – посмеиваясь, остановил его мужик. – Автобус-то сюда не заезжает, но по трассе, бывает, подбирает. На остановках. Так что надо вам из поселка-то выйти, пройти чуть по трассе к остановке. А там уж ловить. Только как следует.
Женек чуть растерялся. Надо было все это уложить в голове. Эх, где сестры застряли!
– Запомнил? – Зидан посмотрел на него чуть пристальнее. И глубже, что ли.
Только теперь малец заметил, что с его глазами происходит что-то странное. У мужчины не было зрачков. Вместо них золотилось и алело по солнцу в каждом глазу. Словно оно отражалось, но не снаружи, а изнутри. А вокруг, в радужке, подрагивающими язычками пылали лучи – и цвет их переходил из одного в другой. Песочный в янтарный, бронзовый в кофейный, бурый в огненный. И еще изумрудный и лазурный переливались у самой границы.
Таинственные очи сомкнулись. Моргнул и Женя. А когда картинка вернулась, Зидан смотрел уже в сторону.
– Ну, давай, беги. Не теряй время, – напутствовал он и встал. – И играй до свистка.
Женек было раскрыл рот, но услышал:
– Женя! Куда пошел?! Иди сюда!
Обернулся. Звала Оля. Катька стояла рядом надутая.
– Спасибо вам, – сказал он все же.
Но уже пустой скамейке.
– Оля! Оля! – поспешил он к сестре. – Там дядя один поделился, что в сторону деревни будет автобус.
Оля перебивать не стала. Он продолжил:
– Сказал, в пять-десять выезжает из Канаша, но сюда не сворачивает. Едет… кажется, в Ельчики, в общем, мимо поворота к деревне. Сказал, можно сесть на остановке вдоль трассы.
Вопрос от сестры еще не прозвучал, а Женька уже ответил:
– Сказал, надо выйти из Комсомольска к трассе, и там недалеко будет эта остановка.
– А номер какой? У автобуса… Не каждый же будем тормозить.
А вот на это ответа не было. Забыл уточнить, как-то не подумал. Он наудачу повернулся к скамейке. Та оказалась занята пожилой парой.
– Он не сказал, а я это… как-то не… – Оля не дослушала и быстрым шагом направилась в здание станции.
Исчезла в нем всего на минуту. Вышла, буквально выскочила, взволнованная.
– Двести сорок пять! Действительно, есть автобус. Эта дура, видите ли, забыла! – она подцепила сумку. – Только надо быстро. Он выезжает через пять минут. Так что шустро.
И зашагала, чуть кренясь на бок. Тут к ней подбежала Катька:
– Дай мне одну, – скромно, но решительно попросила. И взялась за ручку сумки. Оля отпустила ее, оставив себе вторую.
Подхватив ношу вдвоем, они засеменили по обочине. Женек дернул за лямки, тряхнул рюкзаком. Мол, и я не просто так, не налегке. И пристроился сзади.
– Двести сорок пятый в Ельчики не проезжал? – скрипучим от сухости голосом спросила Оля. И снова глубоко задышала.
Рядом покоилась сумка, и сидела на корточках Катька, опустив на нее уставшие руки. Женя тоже скинул рюкзак на землю. Футболка на спине промокла насквозь. Он отлепил ее от кожи и потряхивал.
Худая, низенькая женщина с огромным, большее ее, рюкзаком чуть пожала плечами:
– Вроде не было. Я другой жду, – зачем-то добавила еще.
– Нет-нет, не проезжал пока. Который пятичасовой, – отозвалась женщина, стоявшая тут же: моложе, наряднее и в солнечных очках. Она с милой улыбкой смотрела на взмокшую и растрепанную троицу.
Они успели.
Топча придорожную пыль. Прячась от палящего солнца в тени редких деревьев. Отдохнув лишь раз. Молча и не отвлекаясь, преодолели километр до трассы и еще сто метров до остановки. А может, больше. Или меньше с той же вероятностью. Оценка расстояния на глаз Женьку была мучительно не подвластна. Точно дальше, чем сходить в магазин № 26 в родном городе, дальше даже, чем на рынок – через овраг и
