он хранил хорошее удилище, запасные лески и крючки, а также имелся запас заранее накопанных червей для ловли голавля, который в большом количестве водился в этой речке. Двадцать минут времени, и им были пойманы пять-шесть хороших голавликов среднего размера, которых вполне хватало бы ему, отцу и псу Борису на завтрак. Вернувшись в избу, он быстро разогревал большую сковороду, чтобы себе и Борису поджарить завтрак из свежепойманной рыбы с домашней сметаной. Отец последнее время не спешил так рано, как сын, подниматься на ноги. К тому же Василий любил по утрам самому себе приготовить завтрак из свежепойманной сыном рыбы.
В прошлую ночь Васька плохо спал из-за своего вчерашнего детского пьянства, ему все время снились какие-то страшные бомбардировки и артналеты, он все время куда-то убежать от падающих с неба бомб, во дворе дома искал от них укрытия. Когда же рано утром он продрал глаза, то сразу же обнаружил, что отца на его полатях уже не было. Тогда внутри Васьки прозвучала первая душевная струна, обычно отец никогда не уходил из дома, не переговорив с ним. Теперь же получалось, что отец, видимо, настолько рассердился на сына из-за вчерашнего пьянства, что покинул дом, его даже не разбудив. Васька сразу же чувствовал себя виновным за все то, что вчера натворил, ему было стыдно за свое безобразное поведение. Васька медленно сполз со своей лежанки, подошел к окну, но и во дворе он своего отца не увидел. Там в совершенном одиночестве бесцельно слонялся по двору пес Борис, по его поведению было понятно, что пса до сих пор никто не покормил.
Отсутствие отца сильно обеспокоило Василия, но в их совместной жизни всякое случалось. Случайно не встретились утром, тогда обязательно увидятся вечером за ужином! Три дня назад отец почему-то собрал всю их домашнюю скотину, отвел ее на колхозную ферму и сдал под расписку. На молчаливый взгляд сына Василий Васильевич тогда ответил:
– Васька, в понедельник тебя заберут в армию, два года в этой деревушке мне нечего будет делать! Вот я и решил, пока ты два года будешь служить в армии, я в городе Гродно поживу, буду ждать твоего возвращения, снова в железнодорожных мастерских поработаю!
Так Васька впервые узнал о том, что его отец в недалеком прошлом был горожанином и рабочим! Обо всех этих житейских вещах Васька размышлял, опрокидывая на себя ведро колодезной холодной воды. Когда первый озноб от холодной воды прошел, голова парня прояснилась, она как бы по-новому заработала. На поверхность памяти начали всплывать вчерашние воспоминания, Василий вспомнил о том, что он договорился сегодня встретиться с лейтенантом Михаилом Юрьевым. Полгода назад этот москвич, двадцатилетний лейтенант артиллерист, приехал на западную границу для продолжения службы командиром артиллерийской батареи 76 мм пушек. Причем батарея москвича входила в состав укрепрайона, располагавшегося всего в пяти километрах от деревушки Васильево!
С Васькой лейтенант Михаил Юрьев познакомился на одной из деревенских танцулек в Васильках, но вместо танцев с девушками их обоих почему-то более интересовала тема артиллерии. Как бы ненароком оба парня заговорили о том, по каким это геометрическим формулам стреляют все пушки. Несмотря на то, что Васька учился в неполной средней сельской школе, где геометрию проходили, но только начальную, он вполне уверенно разбирался в геометрических формулах и теоремах, о которых упоминал Михаил. Уже на первой встрече ребята понравились друг другу, несколько раз они встречались и после этих танцулек, каждый раз ведя нескончаемые разговоры о русской артиллерии. В последнюю встречу, Михаил и пригласил Василия посетить его батарею, где обещал деревенского парня познакомить с настоящими пушками, стоявшими на вооружении его батареи.
Найдя кусок хлеба, который уже начал черстветь, а также небольшой ломоть домашнего сыра, Васька прямо с крыльца и то, и другое швырнул в сторону Борьки. Тот рванул к своему завтраку, но верхним нюхом, быстро разобравшись в том, что же именно ему подсунули вместо свежей рыбы, пес едва было, не взвыл жалобный голосом. Оторвав лохматую морду от краюхи черствого хлеба, Борька только увидел, как спина его самого лучшего друга Васьки исчезает за калиткой ворот. Пес понял, что в этом мире нет справедливости, что любая честная собака вынуждена страдать своим животом из-за недостойного поведения своих хозяев. Всего полчаса назад, отец Васьки, точно также, ни слова не говоря дворовому псу, покинул этот двор. Правда, у его сына Васьки в душе все еще сохранялась некая доля собаколюбия, перед своим уходом он все-таки покормил своего пса нищенским завтраком.
Васька бодро шагал по дороге, которая прямо из Васильков уходила на Запад. Только сейчас парень обратил внимание на том, что в той стороне все это время что-то погромыхивало, но дорога оставалась пустынной. Даже в самые обычные рабочие дни на этой дороге было трудно встретить колхозную полуторку, да и вообще какой-либо гужевой транспорт! Сегодня Васька на свои ноги почему-то натянул сапоги, хотя через пару километров он сильно пожалел об этом. Дорога была не особо широкой, только в отдельных ее местах могли бы разъехаться две полуторки. Сама же дорога юрко вилась, поднимаясь на возвышенностях и опускаясь, в низины густого ельничка. К этому времени дорога хорошо проросла травой, по которой и босыми ногами было бы хорошо шагать!
Васька уже прошел половину пути до расположения Мишкиной батареи, когда ему вдруг показалось, что впереди на дороге кто-то появился! Причем, этим кто-то был не местным человеком, от чужака исходил какой-то тяжелый не знакомый этим местам, солдатский запах. Этот запах стлался по дороге, повторяя ее каждый изгиб или поворот, достигая ноздрей Васьки.
К слову сказать, этот человек не заметил, не учуял появления Васьки на дороге, хотя на протяжении довольно-таки долгого времени вел за ней наблюдение. Тогда Васька тоже остановился, на несколько шагов углубился в ельничек, чтобы откуда спокойно наблюдать за всем тем, что же происходило на этой дороге. Парень ничего не боялся, да и что его могло испугать на этой местности, где он родился, вырос. Здесь он знал каждый кустик, каждую тропку в лесу! Знал даже, где располагается медвежья берлога, или логово волчьего семейства.
Василий, определив по запаху возможное местонахождение незнакомца, не знал, что же ему дальше делать с этим самым незнакомцем! При этом, сколько бы он не всматривался вдаль, не вслушивался в едва слышное задувание ветерка, парень так ничего не узнал о том, где же точно этот незнакомец находится, почему он здесь вдруг появился на дороге? С той стороны послышался металлический клекот, который Ваське
