В этой политике, при господстве троцкистов во власти, под надуманными лживыми предлогами уничтожались и те, кто некогда рассматривал ошибки троцкистов в качестве их искренних идеологических заблуждений и прямо говорил о них в обществе, пытаясь троцкистов вразумить: это ярко выразилось в судьбе многих жертв НКВД-ОГПУ с 1918 по 1930 г., когда эти органы безраздельно контролировались троцкистами и были заполнены их ставленниками.
То есть троцкизму в его искреннем личном проявлении благонамеренности свойственен конфликт между индивидуальным сознанием и бессознательным как индивидуальным, так и коллективным, порождаемым всеми троцкистами в их совокупности. И в этом конфликте злобно торжествует коллективное бессознательное троцкистов, подавляя личную благонамеренность каждого из них совокупностью дел их всех.
Это — особенность психики тех, кого угораздило стать троцкистом, а не особенность той или иной конкретной идеологии. Психическому типу троцкиста могут сопутствовать самые различные идеологии. Так, например, митрополит Иоанн, при рассмотрении его публицистической деятельности, может быть причислен к психическим троцкистам [14], вне зависимости от его искренней приверженности к православию. Другой пример — «архитектор перестройки», в прошлом член Политбюро А.Н.Яковлев, будучи психическим троцкистом, успел выразиться во множестве вероучений: от ортодоксального марксизма-ленинизма (когда был блудомыслителем в агитпропе ЦК КПСС перед “ссылкой” послом в Канаду); через идеологию «общечеловеческих ценностей» и социализма с «человеческим лицом» (в период перестройки); до попытки выразиться через буддизм, одновременно заявляя при этом, что он «православный христианин» — в книге “Постижение” (Москва, “Захаров”, “Вагриус”, 1998 г., с. 140).
Именно по этой причине — чисто психического характера — равноправные отношения с троцкизмом и троцкистами персонально на уровне интеллектуальной дискуссии, аргументов и контраргументов — бесплодны и опасны [15] для тех, кто рассматривает троцкизм в качестве одной из идеологий [16] и не видит его реальной ПОДидеологической подоплеки, не зависящей от облекающей её идеологии.
Интеллект, к которому обращаются в дискуссии в стремлении вразумить собеседника, или выявить совместно с ним истину, на основе которой можно было бы преодолеть прежние проблемы во взаимоотношениях с ним, — только одна из компонент психики в целом. Но психика в целом (в случае её троцкистского типа) не допускает интеллектуальной обработки индивидом информации, которая способна изменить ту доктрину, которую в данный момент отрабатывает та из многих идеологически оформленных ветвей троцкизма, к которой психологически принадлежит индивид.
Эта психическая особенность [17], свойственная многим индивидам, — исторически более древнее явление, чем исторически реальный троцкизм в коммунистическом движении ХХ века. Для этого свойства психики индивидов не нашлось в прошлом иного слова, кроме одержимость. А в эпоху господства материалистического мировоззрения для этого явления вообще не стало в языке слов, отвечающих существу этого типа психической ущербности, которое сызнова было названо, но не по его существу, а по псевдониму одного из его наиболее ярких представителей троцкизма в коммунистическом движении ХХ века.
Ныне же, когда материализм в своем развитии породил кибернетику, информатику, вычислительные машины и информационные технологии, троцкист в терминах этих наук — автономный или дистанционно управляемый робот с ограниченной программой идентификации обстановки и реагирования на её изменения, физиологически во многом идентичный нормальному человеку.
Но такого рода особенности “троцкизма” в исторически широком смысле этого слова приводят к тому, что отношения людей и “троцкизма” по их существу лежат вне области конструктивных дискуссий, коллективного «мозгового штурма» каких-то проблем и прочей определённо целесообразной человеческой деятельности. При этом отношения с троцкизмом и троцкистами выпадают и из области этики и нравственности человеческих отношений, и, если в этом случае они не укладываются в возможности психиатрии и душевного целительства, развитые в обществе в конкретную историческую эпоху, то они переходят в область практической социальной гигиены всегда, когда общество устает от “троцкизма” и начинает защищать от него свою жизнь в настоящем и в будущем. “Троцкизм” в этом случае включает механизм имитации борьбы с самим собой и, активизируя его в общественной жизни, втягивает в мясорубку репрессий множество непричастных к нему людей, чтобы в последующем эти жертвы поставить в вину своим противникам: так было в реальной истории инквизиции в католическом мире, так было в СССР в период борьбы большевизма и троцкистского марксизма [18].
В России дело идет к очередному искоренению “троцкизма”, при котором многим “троцкистам” не поздоровится, будь они в обличье “коммунистов”, “патриотов”, “православных”, “мусульман”, “демократов”, “космополитов” и представителей прочих вероучений и идеологий либо будь деидеологизированными субъектами… К сожалению, в этом во многом скрытом и непонятном для обыденного сознания процессе, большинство из принимавших неосознанное участие в нём, так и не успевает понять — «за что?…». Именно такого рода троцкистское непонимание лежит в основе столь не понравившегося А.Баранову уведомления: «мера кровавости грядущих событий в России будет определяться мерой освоения всеми слоями нашего общества тех знаний, которые мы несём людям». Приведя это мнение в одной из многих его формулировок, А.Баранов комментирует:
«Мы» — это верные «автоматчики» Внутреннего Предиктора. Это как бы основной посыл, главная задача КОБРа [19]».
Но этот комментарий — клеветническая отсебятина А.Баранова, и потому — своеобразное накликивание им беды на свою дурную голову. Цитированная же им фраза по смыслу идентична афоризму В.О.Ключевского: «История не учительница, а надзирательница: она ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков».
Но если афоризм В.О.Ключевского литературно изящен и образно иносказателен [20], то непонравившаяся А.Баранову фраза более прямолинейно говорит о том же самом, о чем говорит и афоризм. И как показывает исторический опыт прошлого, так было всегда: мера кровавости выхода из ситуации обратно пропорциональна мере понимания существа ситуации теми, кто в ней оказался. Об этом тоже говорил В.О.Ключевский, но в другом афоризме: «Закономерность исторического явления обратно пропорциональна его духовности». Материалистическая наука наших дней под закономерностью понимает повторяемость одних и тех же определенных последствий при повторяемости условий, в которых оказывается наблюдаемый объект, процесс. Духовность без разумения (на наш взгляд) невозможна. Поэтому бояться следует не чужих мнений, не совпадающих с собственными, как то делает А.Баранов, а ошибочности собственных мнений и отсутствия определённых мнений по нависшим проблемам, в чем выражается собственное непонимание происходящего и направленности течения событий.
Наличие устойчивых тенденций к бездумной “барановской” способности накликивать беду на свою голову (прямые призывы к репрессиям против противников исторически древнего “троцкизма”) находим и в упомянутой книге А.Н.Яковлева “Постижение”:
«В чем же все-таки коренная причина нынешних неурядиц, неопределённостей, половинчатых решений, неуверенности? В чем корень кризиса, поразившего нас [21]?
Я вижу их в двоевластии демократии и большевизма [22].
Демократия топчется на месте. Большевизм [23] набирает силы.
Новый прорыв к обществу свободы может быть осуществлен только на базе всесторонней дебольшевизации, освобождения от уголовной наследственности тоталитарного режима.
Исходя из этого, 21 августа 1996 года я обратился к российской и мировой общественности, к Президенту России, Конституционному суду, Правительству, Генеральному прокурору, Федеральному собранию с призывом возбудить преследование большевистской идеологии и её носителей». — с. 185.
Далее на трех страницах перечисляется за какие преступления исторически древнего психического троцкизма, вошедшего в большевистское движение (переворот 1917 г., организация гражданской войны, уничтожение крестьянства, насаждение атеизма, уничтожение прежней правящей “элиты” и т.п.) наряду со своими достижениями в прошлом (противоречащими доктрине исторически древнего психического троцкизма) должен ответить большевизм. То есть современные носители большевистских идеалов справедливости в жизни общества должны “ответить” за преступления прошлых поколений психических троцкистов.
