молитву. Она никогда не признавала идею объединения королевств, но научилась жить с этим. Смогла выжить при монархе, который установил покровительство над четырьмя королевствами и превратил их в единое целое.
Именно тогда я смогла впервые выйти за порог нашего дома. Дело в том, что, пока нам не исполнится пятнадцать, мы обязаны находиться только внутри. На шестнадцатом году жизни нам можно выходить на улицу, но только если мы полностью скрыты одеждой.
Увидев город издалека, я останавливаюсь как вкопанная. Когда вижу золотую пыль, покрывающую землю и дающую начало домам, то мечтаю о другом мире, о мире, в котором нет места нашему монарху Марукку Каррису и его приспешникам. Как гласит Священное Писание, Хамза, истинные правители были бессмертны, но их давно нет: они скончались в этот день ровно девятнадцать лет назад, когда Марукк Каррис одержал победу и, объединив королевства, объявил себя верховным правителем.
У меня пересыхает во рту, когда я думаю о Марукке Каррисе, особенно о его сыне Джерри. Джерримиас Каррис был гордостью своего отца, пока не погиб во время испытания два года назад. Вместе с ним тогда умерла и часть меня. Для меня Джерри был не просто сыном правителя, он был моим другом. Моим союзником. Моим возлюбленным. Только ему я рассказала о Ярруше.
Раз за разом Джерри воровал лекарства из отцовского дворца и приносил их нам. Он помог Яррушу, когда тот подхватил опасную инфекцию. Только благодаря ему мой младший брат все еще жив. Только благодаря ему я тоже поправилась, когда волна гриппа охватила Королевство золотой пыли в той его части, где жили мы. Джерри не имел ничего общего со своим отцом. Он был лучше, и, вероятно, это стоило ему жизни.
Под ногами шуршит золотистая пыль Арасы. Мое королевство названо в честь этой богини. Как бы я хотела увидеть наших предков! Королей и королев, которых убил Марукк. Но они погибли раньше, чем я родилась. Как жаль, что они уже никогда не вернутся!
– Сари!
Я оборачиваюсь, щуря глаза, чтобы узнать моего лучшего друга Керима, если, конечно, его можно считать таковым в нашем мире.
– Не называй меня так, слышишь? – ворчу я, когда Керим идет рядом со мной в своем черном одеянии. Сари – это имя, которое дала мне Марра, но носить его я смогу лишь после того, как стану настоящим членом общества.
Зеленые глаза Керима прямо-таки сверкают. Зеленый – очень необычный цвет глаз для жителя Королевства золотой пыли, но порой встречается. Цвет моих глаз такой же, как и у большинства здешних людей, – золотой. Несмотря на это, Керим узнает меня даже на расстоянии ста метров. Мы здесь все узнаем друг друга. Когда годами скрываешься за одеждой, то учишься воспринимать людей по-другому. Например, легко подмечаешь особенности походки или осанки.
– А почему бы и нет? – смеется Керим.
– Потому что у нас еще нет имен!
– Когда мы пройдем испытание, они появятся, и твоим точно будет Сари. Оно тебе очень подходит. Поэтому я и дальше буду тебя так называть.
Я качаю головой. Керим лучше меня знает, что человека ждет суровое наказание, если он даст себе имя прежде, чем будет принят в общество. Сейчас мы – фантомы, и никто больше, но Керим не готов с этим мириться, так что его уже дважды выпороли. Наверное, это его способ сопротивляться системе.
– Волнуешься? – спрашивает он, когда мы добираемся до торговой площади нашей столицы Голассы.
Многие люди бегают и суетятся, чтобы купить все необходимое или обменять товары у разных торговцев. Когда-то площадь была великолепной и купцы съезжались сюда на золотых повозках. Марра рассказывала мне сотни историй об этом месте. Теперь стены домов, сделанные из песчаника, очень хрупкие и невзрачные, а искусные росписи, отображающие нашу историю, почти стерлись. Золотистая пыль на земле позволяет лишь догадываться о том, насколько блестящими были здешние здания, прежде чем эта красота осыпалась со стен и крыш, с деревьев и даже с людей. Пыль постепенно убрали, а вместе с ней исчезла и часть нашего наследия. Лавки торговцев отныне строят из хрупкого дерева и укрывают товар от солнца рваной льняной тканью.
– Нет, – отвечаю я с замиранием сердца. Это не ложь: я не волнуюсь, а панически боюсь не вернуться и обречь Ярруша на смерть.
– Мне тоже страшно, – бодро говорит Керим, и я знаю, что он не шутит.
В то же время я понимаю, что он слишком легкомысленно относится к таким серьезным вещам, а ведь однажды это может обойтись ему дороже, чем несколько шрамов на спине.
– Я слышал, что наши ровесники из Королевства Калипара уже два года тренируются, чтобы пережить испытание. – Керим оглядывается по сторонам, словно боится обнаружить представителя Калипара в центре Голассы. Этот город – сердце нашего королевства, названного в честь богини света, которая основала Королевство золотой пыли. Араса находится на юге, и лишь кроваво-красная река Сангуис, протекающая через все четыре королевства, на юго-востоке связывает нас с Калипаром. Поговаривают, что на севере, где находится Королевство Эмзы, эта река сама прокладывает себе путь. Посреди рудных год и голубого льда, покрывающего все Королевство Эмзы. На западе река протекает через Королевство Туниса, за которым находится темный лес, где скоро начнется наше испытание.
– Да и пусть. У представителей Калипара есть только сила, а у нас есть острый ум. – Я прижимаюсь к черному капюшону и улыбаюсь Кериму. Он не видит губ, но замечает улыбку в моих глазах.
Когда я подхожу к ларьку с рыбой, Керим стоит рядом и охает.
– Сари, ты серьезно собираешься съесть все это? Лучше заплати дань монарху.
Я смотрю в одну точку. В последнее время Керим всегда был рядом, когда я покупала продукты, но так и не догадался, что мне надо кого-то кормить дома. Мы с Керимом знаем друг друга очень давно. Мы вместе росли и ходили в школу. Он ни за что бы не поверил, что у меня есть брат.
– Соленая рыба долго хранится, поэтому мы сможем съесть ее после испытания, – отмечаю я.
– Лучше бы ты заплатила дань и получила силу. У тебя еще остался шанс.
Я сжимаю губы. Мы, фантомы, можем отдать дань уважения правителю, а взамен получить дополнительную силу перед началом испытания. Если не отдать монеты добровольно, то силу отберут. Однако все деньги, которые я старательно зарабатывала в последнее время, ушли на еду и книги для Ярруша.
Это очередная привилегия монарха – наделять людей силой или лишать ее. Один из основных навыков, который делает Марукка таким всемогущим.
– Я уже все решила, Керим. – Уверенность моих слов наконец-то заставляет его замолчать.
Я
