К ДЕТЯМ
Своей судьбой я заверяю вас,Проверенной в огне на поле бранном.Судьба вершилась, право, без обмана:Уж бил — так бил:Не в бровь, а прямо в глаз.
Велели мне!Разведай гарнизон.И я к фашистам пробираюсь в пекло.За тридцать лет былое не поблекло, —Как тот фашист,Ночами душит сон.
Давали косу:Прогони прокос —Туда верста и столько же оттуда.И я махаю — не свалюсь покуда.К косе как будто намертво прирос.
Поедем в лес:Дорвусь до топора —Лесины стонут, осыпая щепы.Я силою пошвыривался слепо,Как в бой,В работу рвался на ура.
Нет-нет и прижимаю левый бок —Пустое, мыслю, просто перебои.Горушка — тьфу!А вздыбилась горою…Осилю — лишь бы детям невдомек.
И вновь стремлюсь шагать, как пионер, —Живем лишь раз,Всего лишь раз на свете!..Не слушают отца —Взрослеют дети.Научит ли их собственный пример?
«Любили мы играть в войну…»
Любили мы играть в войну,Как будто чувствовали что-то.«Ура!» взрывало тишинуВ кустах у ближнего болота.
На роль врага, само собой,Никто не шел без принуждения…Но вот он, настоящий бой,И не победа — отступление.
Притихла разом детвора,Послушной сделалась и строгою.Мы репродуктору с утраГлядели в рот с немой тревогою.
Враги в деревню, как домой,Пришли, посмеиваясь весело.Не приглянулся дед немой —Они в саду его повесили.
Без следствия и без судаВодили в ров безвинных жителей…И мы, чапаевцы, тогдаУшли в отряд народных мстителей.
Взрывали склады, поездаИ где могли —врагов громили мы…Горит нетленная звездаНад партизанскими могилами.
В живых — из двадцати один.Я ваш должник, друзья-чапаевцы.Хотя я дожил до седин,А сердце давней болью мается.
Гляжу с надеждой на ребят —На их игрушки современные.Я по-отцовски очень рад,Что игры сына не военные.
ПАМЯТЬ О ДРУГЕ
Летела пуля тридцать лет.Настигнут я —Пробито сердце.И надо мной чернеет свет…От памяти куда мне деться!
Лежу я,Вдавленный в песок,Смертельной болью перехвачен…И надо мною колосокСклонился,Будто наудачу.
Вот-вот осыплется зерно,Налитое немой тревогой.И все, что было так давно,Придвинулось — рукой потрогай.
Горит(В бреду иль наяву?)Родная наша деревенька.Пробитый пулею,В травуНавек упал приятель Сенька.
Незатухающая больМеня —Как на огне бересту.Песок в глаза метет, как соль,И разъедающе, и остро.
Мой друг не встанет, хоть кричи, —Зашлась душа недетской болью…Летят тридцатые грачиНад Сенькиным немым раздольем.
НА ВОИНЕ
Подумать только —Через сорок летПеред мною тенями всплываютФигуры в касках, заслоняя свет.И солнце эти каски заслоняют.
Подумать только —Через сорок летПлечом я слышу выстрела отдачу.Снаряды кончились, патронов нет,Мы пятимся в болото наудачу.
Подумать только —Через сорок летСмертельной схватки все не позабуду.Враги вокруг.Спасенья больше нет,Надежда на гранату и на чудо.
И до сих порВо сне покоя нет —От вражеской я вздрагиваю речи.Подумать только —Через сорок летНас та война корежит и калечит!
«На этой легкой с перышком работе…»
На этой легкой с перышком работеНе то что спину — сердце надсадил.А было время — в партизанской ротеЗа сотню верстВзрывчатку я носил.
И ничего, спина моя терпела.Поспал, поел —Опять готов в поход.Горело сердце, торопилось в дело —Успеть бы эшелон пустить в расход.
Мне довелось познать законы моря —Крутые штормы выносил не раз,Стоял на вахте,С перегрузкой споря,По трое суток не смыкая глаз.
Не без того,Гудела под бушлатомПросоленная накрепко спина.На палубе катилась смертным катомЗакрученная штопором волна!
А было время —Шел мужик за плугом,А мужику всего тринадцать лет.И пласт земли повертывался туго,И дымкой заволакивало свет.
Садилось солнце.В небе козодоиИграли свадьбы, взапуски трубя.А человек, шагая бороздою,И сам не знал, что утверждал себя.
На лесосеке до седьмого потаВалил деревья — и хватало сил…А вот досталась с перышком работа —Не только спину,Сердце надсадил.
ОСЕНЬ
Придвинулась,Окутывает осеньС нежарким солнцем в сетке паутин.На длинном увядающем прокосеОстановлюсь задумчиво один.
Передо мной холмы горбатят спины,Печаль в низинах льется через край.И сердце вздрогнет,Словно лист осины.А что к чему — попробуй разгадай.
Короче день,А ночь весомей стала —Есть время прислониться к тишине.Среди холмов стою у пьедестала —От прошлого не отступиться мне…
Одолевают давние сомненья:Бегут года —А я все на войне.Я от того остался поколенья,Которое горело на огне.
Отец и брат мойСгинули в пожаре,Сгорели, как снопы, мои дядья.А сын о чем-то тужит на гитаре…Но будет каждый сам себе судья.
От суеты отгородившись ночьюИ от себя,Гляжу в прошедший день,Чтоб утвердиться в правоте воочьюИ над собой подняться на ступень.
«Грома ударят в барабаны туч…»
Грома ударят в барабаны туч —Походный марш или отбой сыграют?Промчится ливень, весел и певуч,По моему березовому краю.
По травам пробежится ветерок,Зверьком лохматым в ноги мне уткнется.Послушаю я листьев говорок —И сердце от предчувствия сожмется.
О время, время, придержи свой бег,Я никуда теперь не опоздаю…Глядит сосна из-под тяжелых векВысокой кроной небо подпирая.
К ее стволу литому прислонюсь,Дышу прохладой, свежестью, покоем…Так нестерпимо ярко светит РусьПод семицветной чистою дугою!
