Когда волна с грохотом разбилась о берег, молодой человек появился из пены, как ни странно, целый и невредимый, весь светясь от удовольствия. Элис рассмеялась: совершенно случайно ей удалось, стоя на берегу, разделить восторг и возбуждение этого человека, только что покорившего стихию. Затем Элис обернулась и снова поискала глазами мальчика. У нее тут же все похолодело внутри. Ребенок исчез.
Волна захлестнула ноги Элис. Она еще раз быстро оглядела пляж в поисках маленькой фигурки. На берегу мальчика не было. Тогда она перевела взгляд на воду и заметила какое-то движение в откатывающейся волне. Прикрыв глаза ладонью от солнца, Элис вгляделась повнимательнее. Волна уносила от берега барахтающегося ребенка. Сбросив туфли, Элис кинулась в воду. Как только она нырнула, накатила следующая волна. Всплыв на поверхность, Элис увидела мальчика примерно в десяти футах от себя. Он отчаянно барахтался, глаза его были полны ужаса. Элис крикнула, пытаясь подбодрить мальчика, и быстро поплыла к нему. Через несколько секунд она была рядом и попыталась схватить ребенка. Но он бился, ничего не понимая, и угодил маленьким кулачком Элис прямо в лицо. Наконец ей удалось дотянуться до мальчика и поднять его голову над водой.
— Задержи дыхание, — велела она. — Сейчас будет еще одна волна.
Третья волна перевернула обоих через голову и ударила о песчаное дно. Элис отчаянно боролась с водой, тащившей их от берега. Океан, подобно огромному злобному монстру, увлекал их в свои глубины.
Юбка Элис, обмотавшись вокруг ног, стесняла движения. Она никак не могла поправить одежду — для этого надо было отпустить ребенка и перестать бороться с волной. Элис схватила мальчика за волосы, освободив одну руку и получив относительную свободу движений. Она медленно продвигалась к берегу и молила Бога, чтобы мальчик не захлебнулся.
Неожиданно накатила следующая волна. У Элис сбилось дыхание, она наглоталась соленой воды, но продолжала крепко держать мальчика за волосы. Он стал тяжелым грузом, тянул ее ко дну словно якорь. Элис охватила паника, она отчаянно пыталась успокоиться и восстановить дыхание.
Неожиданно Элис почувствовала, как колени ее коснулись песчаного дна. Следующая волна выбросила их с мальчиком на мелководье. Элис выбилась из сил и плохо понимала, где находится, но все же ей удалось подтолкнуть ребенка на сушу. Сама она несколько минут пролежала в воде у берега, выплевывая соленую воду и хватая широко открытым ртом воздух, затем поползла на четвереньках к мальчику.
Ребенок задыхался. Элис быстро перевернула его лицом вниз, положила грудью на колено и несколько раз шлепнула ладонью по худенькой спине. Откашлявшись, мальчик начал всхлипывать. Она взяла его на руки и, усевшись на мокрый песок, стала покачивать крепко прижавшегося к ней малыша. От жалости и нежности у Элис защемило сердце и на глаза навернулись слезы.
— Все будет хорошо, — шептала она, поглаживая дрожащего мальчугана. — Теперь мы в безопасности.
Ребенок согласно закивал. Рыдания его то и дело прерывались кашлем.
Вокруг начинала собираться толпа. Элис поглядела на свои ноги, облепленные мокрым платьем. Она чувствовала себя неловко, находясь в центре внимания.
Из толпы выступил коренастый подросток в ярко-зеленых шортах.
— Эй, леди, — сказал он, почесывая костлявую грудь. — Вы разве не видели флага, предупреждавшего о шторме?
Элис посмотрела на него с отсутствующим видом. Парень показал пальцем на яркое полотнище, трепетавшего над одноэтажным зданием спасательной станции.
— Это означает, что купаться запрещено, — пояснил он.
Малыш неожиданно перестал плакать и поднял глаза на парня.
— Мы не купались, — объявил он ясным и чистым голоском, немного шепелявя. — Мы тонули.
Реплика разрядила атмосферу. Среди отдыхающих прошел смешок, и толпа начала расходиться. Элис встала, отряхнула с платья песок и помогла подняться на ноги мальчику.
— Я — Элис Марлоу, — сказала она, поднимая его рыжеватую челку с карих глаз, слишком серьезных, слишком взрослых для его детского личика. Ей снова показалось, что она уже видела этого мальчика.
— Я — Томми Тернбулл, — сказал он, втискивая свою ладонь в ее.
Элис улыбнулась и тут же поняла, почему лицо мальчика казалось ей знакомым. Она действительно встречала его раньше.
— О, Томми, а я ведь видела тебя в прошлую пятницу в Нью-Йорке, в холле аукциона «Бандиз».
Томми удивленно заморгал, затем с улыбкой сказал:
— В Нью-Йорке ты была красивее.
Улыбнувшись его детской непосредственности, Элис еще раз отметила про себя контраст между манерой говорить, свойственной совсем маленьким детям, и недетским выражением лица Томми. Она нежно пожала ручку мальчика. Томми посмотрел куда-то мимо нее, и улыбка на его губах тут же погасла.
— Вон идет миссис Сондерс, — упавшим голосом сказал он. — Моя гувернантка.
Повернувшись, Элис увидела, что к ним спешит через пляж внушительных размеров женщина. В одной руке она несла, словно олимпийский факел, стаканчик с фисташковым мороженым, казавшийся таким хрупким в ее толстых пальцах.
— Томас! — загромыхала женщина, приближаясь к ним. — Я ведь строго запретила тебе заходить в воду глубже, чем по колено.
Элис почувствовала, как все вскипает у нее внутри.
— Он не заходил в воду глубже, чем по колено, — резко сказала она. — Томми смыло огромной волной.
Миссис Сондерс подбежала к ним и теперь стояла, переводя взгляд с Элис на Томми.
— Вот подожди, я все расскажу мистеру Тернбуллу, — пригрозила она мальчику, точно не слыша объяснений Элис.
Миссис Сондерс протянула мальчику руку, грозно буравя его глазами — пусть только попробует ослушаться. Томми вздохнул и вынул свою маленькую ручку из ладони Элис. Миссис Сондерс схватила его за запястье и потащила за собой.
Сжав руки в кулаки, Элис молча смотрела, как они удаляются по пляжу в сторону отеля. Она еле сдерживалась, чтобы не броситься вслед и не проучить как следует эту старую ведьму.
Томми оглянулся, чтобы еще раз посмотреть на Элис, но гувернантка резко дернула его за руку. Через несколько секунд Томми все-таки ухитрился помахать ей, улучив момент, когда не видела миссис Сондерс. По щекам Элис невольно покатились слезы.
— Ну и стерва! — с отвращением произнесла она. — Папаша Томми просто глупый индюк, если доверил такой особе своего ребенка.
Когда Томми и миссис Сондерс скрылись за дверями отеля, Элис с ужасом обнаружила, что волна смыла с берега не только Томми Тернбулла, но и ее туфли. «Двести долларов на дне океана», — растроенно подумала Элис, вглядываясь в линию горизонта.
