Читаем без скачивания Ангел мой. Книга первая. В начале времён. Часть I - Дмитрий Игуменцев

Старец отстранился от стола и оперся на палку.

– "Да отец, видел. Но лица не помню. Странная штука, когда был там, помнил, а проснулся, забыл. Все как в тумане! Мне известно одно, она прекрасна как свет звезд в самую темную ночь. И даже обе наши луны вместе не сравнятся с ней. Она властительница моих снов и мыслей. Отец, я знаю то, что я скажу сейчас о моих видениях, обрадует тебя еще больше. Я видел множество разных флагов и слышал многоголосие труб. Видел, как разные народы в дружбе собрались вокруг нашего королевства. Я думаю мудрость той прекрасной девушки, чей образ посещает меня, столь же глубока, сколь красота неповторима. А ее внутренний огонь, что так ярко указывает мне путь, удивит и вдохновит всех до самого края известной нам земли"

– "Что скажешь отец?"

– "Я скажу, что вижу в твоих глазах ее свет. И быть истиной, что этот свет озарит все земли, прогонит прочь тьму и всех мыслимых врагов, что осаждаю наши границы и дальние владения. Но меня беспокоит дурное предчувствие. Ты что-то недоговариваешь мне"

– "Все, так как есть. Как я тебе поведал, отец. Я ничего не утаил, ни единого слова, ни единого события"

– "Что ж, поиск невесты будущего государя дело достойное. Наши великие предки, каждый в свое время уходили за море за своей королевой.

Отправляйся в путь, сын мой. Остов корабля уже на стапелях. Он скоро будет готов. Готовься и ты"

Государь положил руку сыну на плечо. Одобрительно потеребил его и преисполненный гордости и удовлетворения покинул комнату.

"А имя, Кристиан, ты помнишь хотя бы имя?" – старец приблизился к молодому человеку: "Так было бы легче разыскать ее на просторах девяти морей и трех океанов"

– "Веришь, нет, тоже не знаю. Знаю только, что произнесший его уподобится соловью поющим прекрасную песню на рассвете"

Кристиан и сам удивился себе. Нужно ли было ему имя? Имя было не так важно. Оттого он его не помнил.

"Вот что я тебе поведаю, старец Кура, она зовет меня. Но где я мог видеть ее раньше? Голос ее мне знаком. Звонкий и чистый, как ручей. Нежный и спокойный, теплый, как весеннее солнце", – широко раскрыв глаза, рассказывал молодой человек: "Там где она, там даже среди обреченности есть доброта и покой. Даже там, на вершине той холодной и угрюмой башни. Весь мир был в моей ладони, счастливый и светлый. Вот такая вот она. Преображает и меняет к моему удивлению меня самого"

– "Да, задача не из легких, но ты знаешь, здешнее собрание книг хоть и внушительное на первый взгляд и насчитывает несколько веков, но всё-таки уступает вместилищу знаний затерянной Лессы. Я перебрал не одну сотню пергаментов и потертых временем книг и в древнем городе и в столице, дабы найти таки кое-что. Ты прав, этот сон неспроста посещает тебя. В нём обозначен путь и судьба не только твоя и даже не королевства, но всего мира. Так было решено задолго до нас, древними силами, что выше всех. Ты мне рассказывал о созвездии…"

– "Да. Оно есть у меня. Я его никогда не замечал. Может, оно было на моей руке с самого детства, а может, появилось только сейчас"

Кристиан торопился, невольно перебивая собеседника. На правой руке он поднял рукав рубашки выше, до тех пор, пока не показался непонятный рисунок, составленный из коричневых родинок в виде крохотных пятнышков.

"Вот эта горела ярче всех", – произнес молодой человек, показывая на верхнюю точку, та, что ближе к запястью.

"Да, все именно так", – согласился Константин: "Я просмотрел много, много книг, сверил все рассказы и предания, и вот что получилось"

Он взял со стеллажа свертки и быстро разложил их на столе. Поверх невольно легла его седая борода. Взмахом руки пожилой человек сбросил её.

"Вот здесь, на западе, за океаном есть интересные места", – бурча под нос и указывая пальцем в пожелтевшую бумагу, начал он рассказ.

При этом усы его заметно шевелились, будто бы мешали ему говорить.

"Мы, в отличие от наших предков теперь редко там бываем, и та информация что есть, сродни легендам"

– "Что это?"

Молодой человек указал на карту. Его заинтересовал замысловатый, довольно протяженный рисунок с рваными краями, непонятными надписями и пунктирами.

– "Это каньон туманов, мой мальчик. Он широкий и протяженный, вечно полон плотных облаков, а отвесные скалы поднимаются вверх на огромную высоту. Дабы пройти здесь, нужен особый корабль, тот, что сможет двигаться вперед по белой дымке"

– "То есть над облаками?"

– "Да, с точностью до слова. По ним можно добраться до одной из дельт, где находится столица заоблачной страны. Навала, так называют её"

"Именно над ней, в зените сияет это созвездие", – закончил повествование старец.

– "Корабль уже строится, это означает одно, ты знаешь, как поднять корабль в небо"

"Есть один хитрый способ", – глаза старца блеснули: "Будешь в Лидии, загляни на верфь. Я сам тебе все покажу. Вижу, ты торопишься. Будь осторожен. Ты сам не заметишь, как скоро свершится предначертанное судьбой, нелегкое путешествие"

– "Не хочу упускать ни на минуту путеводную нить туманных видений. Я уже слышу звук походных труб и песни, повествующие о славном мероприятии. А когда мы вернемся, нам будут играть свирели"

Старец осуждающе нахмурил брови.

"Хорошо, я буду осторожен, о мудрый", – добавил Кристиан.

В это время на степных равнинах, где гордо и величественно царствует город Навала, покоилась ночь. И если бы люди королевства Мериаречья обладали чуть меньшими знаниями, они бы решили, что земли эти лежат на самом краю земли. Черное словно сажа небо освещали две луны в сопровождении множества звезд. Ветер развивал величественные флаги на башне неизвестного замка. Подле его стен расстелилось поле грозовых облаков, протянувшееся до самого горизонта. В мрачных глубинах то тут, то там вспыхивали яркие огни, мгновенно распространяя свой свет на большие расстояния. Словно нос корабля одна, центральная башня выдавалась вперед, разрезая бездну. Неторопливо на вершину, залитую небесным, бледным светом, поднялась девушка. Высокая, невероятно стройная. С волосами чернота коих соперничала с темнотой ночи, густыми и длинными, до самого пояса. Глаза ее были светлы как небо в ясный день. Взгляд нежный, теплый. В нем неугасимый огонь, что способен гореть ровно, но в нужный час прожечь любую преграду. Длинный шлейф платья, подхватываемый ветром, струился по камням. Грустный и задумчивый взгляд молодой леди был устремлен в бескрайние просторы, то и дело, издающие угрожающий грохот. Она будто ждала кого-то.

"Непогода сегодня", – произнес пришедший следом за ней мужчина.

Растительный орнамент его одежды, прекрасно сочетающийся со светло-коричневой тканью, привнес немного красок.

"Знаю, что рано еще, а все равно захотелось придти сюда", – обернувшись, говорит девушка: "Мои воспоминания, словно древние легенды, что удивляют и завораживают, но достоверность всех ее деталей вызывает сомнения. Что если он изменился, стал другим? И нет уже прекрасного героя на востоке. Холодное течение, что разделяет моря, не пускает сюда песню его сердца. Быть может, благородное пламя Анэ потускнело в его груди? Знать так, не свидится нам более"

– "Нет, Миа. Еще не наступил закат, и наше королевство не уснет в пучине дней. Я тебе обещаю. Пусть буря на севере не пугает тебя"

– "А мама? Ей не легко"

– "Связь ее с этой землей велика. И пусть даже приблизится океан и водами своими наполнит равнины она не уйдет. Она еще ребенком стала посвященной в тайны переплетения жизненной энергии, что везде и всюду окружает нас. Она рассказывала мне об этом, но я мало, что понимаю про все эти нити и связи. Такие люди как она, словно узелок. Если твоя мама покинет навсегда или же даже на не очень долгое время королевство, то узелок развяжется и воцарится на обширных территориях хаос. Все живое и неживое потеряет всякие ориентиры в этом мире. Не меньшие чувства связывают ее с нами. И если зло с севера придет сюда нелегкий выбор будет уготован ей. Вот и печалится она"

Молчание в воздухе и хоровод слов в сердце.

"Становится прохладно", – замечает Миа: "Пойдем в дом"

Просторное помещение круглой формы часть вышеупомянутой башни. Видимый холод каменных стен смягчает богатство материй. Широкие полотна с изображением зверей, растительности, гербов и знамен тянулись с потолка до пола. В глухих нишах и в центре зала, свисая на цепях, разместились фонари, скрывающие в плену своих стекол источники яркого, желтовато-белого света. От них исходит множество золотистых лучей. Они обволакивают окружающее пространство и даруют ему свое тепло, заполняют собой каждый, даже самый потаенный уголок сознания. Свет создает приятное, согревающее чувство уюта, что располагается внутри тела. Так что хочется оставаться здесь как можно дольше, съежившись до крохотных размеров. Так, наверное, себя ощущает ребенок, когда его начисто вымытого заботливый родитель, укутав, несет в кровать. И вот ему, маленькому существу, слушающему сказку, кажется, что все удивительные истории сосредоточены в окружающих стенах, а их герои живут в этой комнате. Где-то под потолком начинается лестница. Изгибаясь, она проходит по станам, повторяя все изгибы. Лестница, заканчиваясь по правую сторону, ведет вниз Мию и ее отца. Стражники на их пути вытягиваются по струнке, не смея шелохнуться.