Всего за неделю до того, как Поузи и Кирстейн проникли в шахту, Германия безоговорочно капитулировала. Теперь на месте Третьего рейха была черная дыра, развалившаяся империя, из которой бежали миллионы людей. Поузи и Кирстейн вместе смотрели в темноту шахты, не зная, что их ждет внутри. Ходили разные толки, но правда ли все то, что говорят?
Месяцем раньше генерал Дуайт Эйзенхауэр отдал приказ англо-американским войскам остановиться у Эльбы, а не двигаться на Берлин, предоставив штурм немецкой столицы Красной армии. Вместо этого последний удар западных союзников был направлен на юг Германии – «малую родину» нацистов. Эйзенхауэр боялся, что Гитлер, СС и остатки вермахта переберутся в Баварию и используют Альпы как последний рубеж обороны. Укрывшись в горах, они смогут годами вести партизанскую войну. Но Эйзенхауэр и не догадывался, какие трофеи ждут американцев на юге.
Путешествие Роберта Поузи и Линкольна Кирстейна в Южную Германию было похоже на спуск в Дантов ад сквозь остатки цивилизации, исчезавшей с лица земли. Обугленные руины городов и деревень, разрушенных как бомбардировщиками союзников, так и самими нацистами, фанатично исполнявшими приказ «Нерон». На дорогах – сотни тысяч беженцев: советские узники трудовых лагерей, бредущие домой, на восток, немцы из Восточной Германии, бегущие на запад от Красной армии, заключенные концлагерей. Поузи сам ездил в только что освобожденный Бухенвальд. Кирстейн не смог.
Разрушения были настолько чудовищными, что оба американца сомневались, сможет ли Германия когда-нибудь подняться из руин. И тут перед ними неожиданно раскрылись земные недра. В конце апреля какой-то молодой солдат принес в американский штаб в Тюрингии державу и скипетр Фридриха Великого. Оказалось, они хранились в шахте неподалеку от местечка Бернтероде, где при более тщательном обследовании была найдена ниша с гробом самого короля. Там же стоял гроб его отца, Фридриха Вильгельма I, которого Гитлер считал основоположником современного немецкого государства. В ящиках из-под боеприпасов хранились регалии прусских монархов, личная библиотека Фридриха Великого и двести семьдесят одна картина из его дворца.
Но все эти находки меркли в сравнении с тем, что в тот день обнаружили Поузи и Кирстейн. Перед ними открылась огромная подземная система – старая соляная шахта возле деревни Альтаусзее в Австрии. Здесь добывали соль еще во времена Средневековья, а то и раньше. До сих пор добыча осуществлялась тем же древним способом – кристально чистую талую воду с альпийских вершин прогоняли сквозь шахту, вода вбирала в себя соль и несла вниз, после чего насыщенный соляной раствор выпаривали.
На склоне горы с XIV века жили семьи шахтеров. Они распределяли воду по лабиринту ходов и туннелей, пробитых в горе, и следили за исправностью всей системы.
Поузи и Кирстейн шагнули в полумрак, освещая себе путь такими же тусклыми фонарями, которыми сотни лет пользовались местные соледобытчики. Воздух был влажный. Первое, что они увидели, – взорванная железная дверь. Дальше – еще одна дверь. А за ней на простых ящиках лежало одно из величайших произведений искусства – шедевр нидерландского Ренессанса, Гентский алтарь.
«Волшебные драгоценные камни в венце Богоматери, казалось, притягивали дрожащий свет наших фонарей», – писал потом Линкольн Кирстейн. Огромный деревянный алтарь-складень размером (в раскрытом виде) 375Ч520 см, изначально состоявший из двенадцати живописных панелей, был начат Хубертом Ван Эйком, который умер, не закончив работу. Завершил ее в 1432 году брат Хуберта Ян. В центре верхнего ряда изображен Христос на престоле, а по сторонам от него – Иоанн Креститель и Дева Мария. На боковых панелях – поющие и музицирующие ангелы, еще дальше – Адам и Ева, прикрывающие наготу руками.
На центральной нижней панели на фоне уходящего вдаль пейзажа стоит Агнец на жертвеннике, окруженный молящимися людьми и ангелами. Эта панель и дала алтарю его первое название: Het Lam Gods, «Агнец Божий». Жертвенный Агнец символизирует жертву Иисуса. В Евангелии от Иоанна Иоанн Креститель указывает на Христа и говорит: «Вот Агнец Божий, который берет на себя грех мира».
Как ни парадоксально, мотив жертвы объясняет, почему нацисты были одержимы этим шедевром. Шесть створок алтаря в начале XIX века купил прусский король Фридрих Вильгельм III, несколько десятилетий они выставлялись в Берлинской картинной галерее. Во время Первой мировой войны немецкие солдаты похитили остальные створки из собора святого Бавона в Генте, где они находились с XV века. Однако по Версальскому договору Германии пришлось вернуть алтарь Бельгии в качестве репарации.
Итак, Агнец на алтаре – это символ Германии, несправедливо принесенной в жертву. Гентский алтарь стал одним из важных пунктов реваншистской политики национал-социалистов, его возвращение было вопросом политического престижа. И вот американцы видят алтарь перед собой – «безмятежный и прекрасный», как пишет Кирстейн.
Медленно, освещая путь фонарями, они спускались все глубже и глубже. Иногда перед ними открывались пещеры, ниши, выточенные талой водой и вырубленные кирками шахтеров. И повсюду вдоль стен – деревянные ящики, словно гробы. Вдруг в свете фонаря в глаза им бросилась характерная молочная белизна итальянского мрамора. На грязной подстилке лежала Дева Мария, меж ее колен – обнаженный младенец Иисус. Это была «Мадонна Брюгге» Микеланджело, единственное произведение этого мастера Позднего Возрождения, вывезенное из Италии при его жизни: его купили богатые фламандские купцы из Брюгге.
Поузи и Кирстейн прошли еще глубже, минуя ряды деревянных ящиков, и обнаружили тысячи картин. Перед ними открывались все новые и новые подземные комнаты, забитые шедеврами европейского искусства начиная с античности. Шахта была настоящим лабиринтом, из каждой галереи открывалось несколько боковых ответвлений. Самые дальние штреки уходили на два километра вглубь горы, и попасть туда можно было только на специальных вагонетках.
Поузи и Кирстейн поняли, что на исследование шахты уйдут дни, недели, а может, и месяцы. Не говоря уже о времени, которое понадобится для того, чтобы атрибутировать все эти произведения, составить их опись и эвакуировать.
Прошло около недели. Американцам удалось найти документы, при помощи которых они смогли составить список ценностей. Первая опись показала, что в шахте в Альтаусзее было спрятано 6577 живописных полотен, 954 гравюры, 137 статуй, 129 единиц оружия и воинского снаряжения, 122 гобелена, 78 предметов мебели, 1700 ящиков с книгами и 283 ящика с неопознанным содержимым.
Там были работы не только Микеланджело и Ван Эйка, но и любимых художников Гитлера – Вермеера, Рембрандта, Рубенса, Ватто, Брейгеля, Лукаса Кранаха Старшего и Дюрера.
Но находки Поузи и Кирстейна были только началом. Неподалеку от австрийской границы, в баварском замке Нойшванштайн с его причудливыми башнями, было найдено примерно столько же произведений искусства из более чем двухсот разоренных коллекций, в основном конфискованных у французских евреев.
За железнодорожной станцией в маленьком курортном городке Берхтесгаден была сделана еще одна находка – личный поезд Германа Геринга. Когда солдаты 101-й американской дивизии прибыли на место, они увидели, как местные жители растаскивают гобелены XVII века, арабские ковры, античную скульптуру и шампанское бывшего рейхсминистра.
Дома у нациста Ганса Франка в Нойхаузе, недалеко от Мюнхена, нашли известную картину Леонардо да Винчи «Дама с горностаем», а также работы Рембрандта и Дюрера.
По мере того как союзники продвигались на юг Германии, они находили все новые и новые сокровища из европейских коллекций – всего они обнаружили более тысячи тайников.
Сотни тысяч произведений искусства были отняты у евреев по всей Европе. Расовые законы, распространявшиеся и на оккупированные страны, позволяли шантажировать и грабить еврейское население – эти преступления предшествовали «окончательному решению». Одним из проявлений геноцида евреев на территории Европы было также разграбление и уничтожение их культуры. Но пострадали не только евреи – нацисты грабили всех, кто стоял у них на пути. На восточном фронте войска Гитлера вели войну против культуры славянских стран – и она была такой же беспощадной, как война против самих славянских народов. Одна только Польша лишилась сотен тысяч произведений искусства – половины своего культурного наследия.
В оккупированной Франции нацисты, по их словам, мстили за грабежи Наполеона более чем столетней давности. В Нидерландах, чтобы заполучить работы особо почитаемых ими старых голландских мастеров, нацисты использовали средства из местной государственной казны. Но гитлеровцы грабили не только другие страны, они опустошали и немецкие музеи. Уже после войны было подсчитано, что нацисты завладели одной четвертой частью всех произведений искусства в Европе.
