этим поделать. Но гордость не позволяла спустить ситуацию на тормозах. — Просто прими моё предложение. Ведь ничего по факту не изменится. Мы будем вместе, как ты того и хотела, — пообещал он, скользя губами по моей щеке. — Снова будем проводить ночи в жарких объятиях друг друга. Моя девочка…
Словно какое-то наваждение. Губы Кассиана, покрывающие моё лицо, сводили с ума. Я словно теряла голову, не понимая, что происходит. Его руки сжимали моё тело, гладили и ласкали, словно ничего и не произошло.
Словно он не собирался жениться на другой. А меня оставить рядом в качестве запасного варианта. Проводя ночи с Мирэль, он собирался периодически наведываться ко мне. От этой мысли было тошно. И противно.
Участь фаворитки. Даже хуже. Человечки, которая позволит себе закрыть глаза на унизительный статус и пресмыкаться перед величественным драконом. Ещё хуже, чем быть просто истинной наследного принца и человеком. Покорной дурочкой, заглядывающей в рот. Именно такой видит меня дракон.
А внутри бушуют чувства. Непогасшие. Терзающие меня. Заставляющие подумать о предложении. Попытаться смириться с позорным статусом. Ведь в отличие от Кассиана я любила безоговорочно и никого не представляла на его месте.
Но сам факт убивал.
А дракон продолжал целовать, сводить меня с ума своими губами, ласками, шёпотом. Он был как и всегда страстен, горяч, неумолим. И знал, что я не могу ему сопротивляться. Особенно сейчас, когда сердце вдребезги, а на мне его метка, которая лишь добавляет чувств к своей паре. Ощущение, что всё хорошо было так близко, что я поддалась. Позволила Кассиану увлечь меня в омут страсти, совершенно позабыв о метке. И о том, что первый же секс с истинным приведёт к последствиям… К которым я буду не готова.
Но об этом сейчас я совершенно не думала. Я плавилась в объятиях дракона, желая забыть обо всём. Но метка жгла кожу. Напоминала о том, что я не единственная. Моё место заняла другая. Та, которая была от рождения драконом, а не позорной человечкой.
Но сейчас я была одурманена драконом, который заставил потерять голову. Позабыть хотя бы на время о том, что он больше не мой…
Наваждение спало лишь тогда, когда дракон ушёл, оставив меня на развороченной кровати одну. Просто привёл себя в порядок и вышел из своих покоев, не сказав ни слова. Словно и не было между нами сейчас никакой страсти. Словно не он шептал мне о том как я ему дорога. Словно не его поцелуи покрывали моё тело, призывая забыть обо всём.
Тяжело дыша я смотрела в потолок, разглядывая лепнину, а по вискам стекали слёзы, падая на белоснежные простыни и впитываясь в них.
Глупая. Доверчивая. Влюблённая.
Это была всё я сейчас. И было мерзко от происходящего, оттого что дала слабину, оттого что позволила дракону снова сыграть на своих чувствах.
Жестокий. Безжалостный. Равнодушный.
Это был он. Дракон, которому я отдала своё сердце и всю себя, позволила консумировать эту связь, оплести себя паутиной лжи и поймать в капкан.
Душу рвало на клочья. Метка горела огнём. А сердце болело. Да так сильно, что было сложно сделать малейший вдох.
Не знаю, сколько я пролежала на кровати, но всё же нашла в себе силы дрожащими руками привести себя в надлежащий вид и покинуть покои его высочества.
Не обращая на косые взгляды знати, которая попадалась в дворцовых коридорах, я вернулась к себе, чтобы упасть на кровать и разреветься. Скатиться в истерику, хоть и понимая, что она ничем мне не поможет. Надо было что-то делать. Но прежде… унять эту душераздирающую боль. Хотя бы слезами.
Успокоилась я только к вечеру. Но выйти из своей комнаты не рискнула. Не хотела посещать ужин, на котором в меня будут тыкать пальцем. Да и ни Мирэль, ни Кассиана видеть не хотелось.
Я поняла, что не смогу смириться со своим положением. Даже стараться не буду. Но дракон не отпустит. Я была уверена в этом. Он сделает всё, чтобы удержать меня здесь. Пойдёт на что угодно. От истинных не отказываются.
Встав с кровати, я подошла к зеркалу, проверяя наличие метки. Но синий дракон, свёрнутый в кольцо, не собирался исчезать.
Сколько я мечтала о том, чтобы у меня появился этот знак? Сколько просила богов о милости. И когда получила… возненавидела всей душой. Хотелось закрыть его чем-то, заклеить, стереть. Но толку? Это никак мне не поможет.
Раздавшийся стук в дверь отвлёк от созерцания себя в зеркале. А спустя пару мгновений на пороге показалась служанка, учтиво сообщая, что его высочество приказал присутствовать на ужине. Конечно, служанка не сказала, что это приказ, но я и так это поняла.
— Я помогу вам, госпожа, — добавила девушка, торопливо направляясь в гардеробную на поиски платья.
Руки не то что опустились, внутри всё перевернулось. Я не хотела идти. Но Кассиан был безжалостен к моим чувствам. Кажется, он хотел унизить меня ещё больше, чем уже это сделал. Или на самом деле не понимал того, что я сейчас ощущала. Какая буря была у меня в душе.
Из последних сил я старалась держать себя в руках. Но получалось плохо. Руки выдавали своей дрожью.
К василиску всё. Я не покажу, насколько я раздавлена сейчас. Я выдержу этот ужин. Справлюсь. Просто не буду реагировать на злые языки, которые не заставят себя долго ждать. Ведь я больше чем уверена, после того как все узнают о метке, только ленивый не будет обсуждать меня.
Но мне не привыкать. Я приму этот бой с высоко поднятой головой. Но не покажу свои слёзы. Не покажу…
Служанка быстро привела меня в надлежащий вид. Ничего не говорило о том, что совсем недавно я проливала слёзы в подушку, страдая от предательства.
Я даже почувствовала некий прилив сил и уверенности в себе.
Прислуга оставила мои тёмные волосы распущенными, но они лежали волосок к волоску, не торча в разные стороны. Глаза чуть подкрашены, краснота виртуозно убрана с помощью специальных капель, губы лишь немного порозовели, не сильно выделяясь цветом на фоне бледной кожи.
Я была готова. Осталось сделать последний шаг и выйти из комнаты. Но как же трудно он мне дался. Невероятно трудно…
Следуя по полупустым коридорам, я старалась не обращать внимания на взгляды попадающихся слуг. Казалось, что даже они посмеиваются над глупой человеческой, ожидая, когда же дракон выгонит её. Некоторые даже позволяли себе недоумённые взгляды, а то и злорадные. Зависть. Это всё чем было обусловлено их поведение. Но слуги не сравнятся
