Выходя из здания, Валерка услышал от дежурного по отделению, что для него оставлена записка. После долгого осмотра смятой бумажки он наконец-то понял, что на ней написан номер мобильного телефона какого-то Володи Семенова, который служит в роте охраны ВВЦ и просит ему позвонить. «Ну что ж… Володя так Володя. Прямо сейчас и позвоним», — решил он, наплевав на поздний час и вынимая из кармана сотовый.
Спустя несколько гудков трубка поприветствовала его с интонацией малолетней дворовой шпаны. Как только Троекуров представился, голос в трубке сильно изменился:
— Валерий, спасибо, что позвонили. Видел сюжет по телику о пропавших без вести. Я сегодня на посту стоял, ворота Южного входа ВВЦ. Ко мне подошла какая-то старушка и сказала, что надо спасать людей, потому что грядет беда. Я ее тормознуть хотел, а она юркнула за машину, и как не было бабки.
— Огромное спасибо, Володя. Больше она ничего не сказала?
— Нет, только вот это. Про беду, которая… все забываю я его, слово это… и что людей спасать надо.
— Весна, вот и обострения у народа приключились. А тут еще такой повод! Я думаю, что не она первая и не она последняя, — успокоил Валерка коллегу.
Взяв с Володи Семенова клятвенное обещание хватать бабку, если он опять ее где-нибудь увидит, Троекуров попрощался, еще раз поблагодарив собеседника за отзывчивость и смекалку. «По телику, значит, показывали. Это хреново, — думал Троекуров. — Как бы сердобольный русский народ нам все не испортил. Милицию у нас любят так искренне, что аж обидно. Наш человек на многое способен, лишь бы ментам было хуже, чем ему».
Придя домой, он тут же растворился в семье и уюте. Это блаженство продолжалось фантастически, по-царски долго. Минут пятнадцать. Идиллию разрушил мобильник, прятавшийся в кармане застиранных джинсов. С трудом достав его, Троекуров глянул на экранчик. Городской телефон отделения. «Не, не буду поднимать. Завтра все скажут», — твердо решил он и, немного погодя, матюкнувшись, ответил на звонок.
— Валерка, здорово! — пробасил дежурный по отделению Саша Жавко. — Сейчас два звонка было с интервалом минут в пятнадцать. Говорят, заявление будем писать. Родственник, мол, канул.
Поблагодарив Сашку и пообещав притащить ему «жидкую премию», Валерка выключил трубку. «А вот вам и второе действие в первом же акте. Так я и знал, что это только начало», — подумал он с холодной тоской.
Телеканал «Москва ТВ». «Криминальные новости». 9 апреля, 19.00 мск
Журналистам «Криминальных новостей» из неофициальных источников, близких к ГУВД Москвы, стало известно о сенсационном происшествии, которое произошло на северо-востоке столицы, в районе Останкино. Должностное лицо, пожелавшее остаться неизвестным, утверждает, что за прошедшие сутки в ОВД «Останкино» было принято двадцать семь заявлений от родственников без вести пропавших граждан. По неуточненной информации, все исчезновения произошли в период с седьмого по восьмое апреля. Все потерпевшие прописаны и проживают на территории Останкинского района. Очевидных связей между ними следователи не обнаружили. Как отметил анонимный источник, род занятий потерпевших не позволяет связать эти исчезновения с их профессиональной деятельностью. В Главном управлении внутренних дел по городу Москве отказались от каких-либо комментариев, сославшись на тайну следствия. Как нам стало известно, сотрудники милиции настоятельно рекомендовали родственникам потерпевших воздержаться от общения с прессой. На данный момент ведутся следственные действия. Мы не располагаем какой-либо информацией о наиболее вероятных версиях случившегося. По непроверенным данным, дело взято на особый контроль министром внутренних дел. «Криминальные новости» телеканала «Москва ТВ» будут внимательно следить за развитием событий в Останкинском районе.
Людмила Кукареева, Тамара Гриченко и Илья Васильев специально для «Криминальных новостей».
ПОВЕСТВОВАНИЕ ТРЕТЬЕ
Толпа, собравшаяся за скотным двором на окраине села, напряженно притихла. Лишь изредка жалостливый женский шепот просил Богородицу о снисхождении, да слышались приглушенные сочувственные вздохи, вторившие безжалостному свисту кнута, вложенного в крепкую, натруженную руку могучего конюха Еремы, выполнявшего свою работу усердно и равнодушно. Извиваясь в полете, кнут глубоко вгрызался в плоть провинившегося, рассекая кожу и подкидывая вверх веер крошечных кровяных брызг. Пытка только началась. Но тем из толпы, кто видел подобное и раньше, уже мерещились обнаженные дуги ребер, которые покажутся совсем скоро. Если староста, оглашавший барскую волю, когда несчастного привязывали к козлам для пилки дров, вскоре не остановит Ерему, то станут видны и потроха. Тогда пытка превратится в казнь. Ведь с потрохами наружу люди не живут.
Пороли пахаря Прохора. За то, что осмелился перечить барину, отказался выполнять его волю. И крестьяне, и дворовый люд никак не могли понять, откуда взялось столько дерзости у тихого, застенчивого Прошки. Парень он был молодой, белокурый, работящий, хоть и не здоровяк. И кроме того, молчаливый. Лишнего слова от него не дождешься! И вдруг — на тебе… Не стал пахать новое поле, недавно расчищенное под посадку пшеницы. И после того как староста Мартын избил его чем под руку попалось, тоже не стал. Да говорят, что и самому Алексею Алексеевичу в лицо сказал, что лучше умрет под кнутом, чем вспашет. Боярин, понятно дело, не на шутку осерчал. Пинком повалив холопа, стоящего перед ним на коленях, плюнул ему в лицо, сказав: «Ну что ж, мил человек, будь по-твоему. Умереть под кнутом надумал? На то твоя воля, я ее уважу». Да приказал Мартыну собрать обитателей Осташково, чтоб каждый воочию увидел, чем окончится непослушание для тех, кто на него отважится.
Кнут размеренно свистел, срывая со спины и боков пахаря плоть, данную ему Богом. Поначалу Прохор гулко ухал, встречая каждый новый удар резким выдохом. Но скоро лицо его сделалось серым, и он стал отрывисто вскрикивать, словно старался отогнать обжигающую боль, застилающую разум. Староста безмолвствовал. Деловито прохаживаясь поодаль от козел, чтобы кровь, щедро летящая от кнута, ненароком не изгадила кафтан, жалованный барином на Пасху, он победно вглядывался в толпу, упиваясь своим превосходством. Вот уже показались Прошкины ребра, а из спины торчали освежеванные позвонки, с которых кнут слизывал частички опальной человечины. Крики пахаря стали сильнее и пронзительнее, предвещая ему скорый конец. Всем, кто находился в тот момент на скотном дворе, было ясно, что сирота Прохор, чьи соломенные кудри были густо забрызганы кровью, ничего и никогда больше не вспашет, ибо время его сочтено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
