города Сан-Паулу (возможно, единственной настоящей любви поэта), а «безумствие» – та литературная «школа», манифестом которой являлась книга. «Грамматика возникла после построения структуры языков. А мое бессознательное знать не знает ни о грамматике, ни о структуре языков ‹…› Я пою так, как пою. Что с того, что другие не понимают? Говорите, силенок маловато, чтобы стать универсальным? Погодите. Я сам сделал себе лютню и с нею брожу теперь по этому дикому городскому лесу. Подобно первобытному человеку, я сначала буду просто петь. А песнь – как симпатическая магия: она возрождает в предрасположенном, да и в просто любопытном и свободном слушателе то самое лирическое состояние, которое вызывают в нас радость, страдание, идеалы», – писал Мариу в «Интереснейшем предисловии» к «Безумствующей Паулисейе». А одно из первых стихотворение сборника заканчивается словами: «Я – тупи, бренчащий на лютне». Тупи здесь, несомненно, самоотождествление с коренными народами Бразилии. Языки группы тупи-гуарани четыреста лет назад послужили основой лингва франка – креольского языка, который был бы понятен большинству представителей коренного населения новой земли и европейским колонистам. Этот универсальный язык получил впоследствии название
ньеенгатý (
порт. nheengatu).
В феврале того же 1922 года в Муниципальном театре Сан-Паулу проходит невиданный доселе фестиваль всех видов искусства – Неделя современного искусства. Мариу ди Андради начал Неделю с декламации своего эссе «Рабыня, но не Изаура» («A Escrava que Não É Isaura»). В газете «Коррéйю Паулистану» (Correio Paulistano) друг модернистов Менотти дель Пиккья опубликовал такой анонс: «Дьявольский Мариу де Андради сообщит инфернальные вещи об изумительных творениях художников-футуристов, выступив в оправдание картин, которые столько скандала и шума наделали в холле Муниципального театра. Ради одного этого стоит пойти. Ренату де Алмейда и Вила-Лобос – гениальный Вила-Лобос – обеспечат успех остальной части вечера».
Футуристом Мариу называл и другой его друг, однофамилец Освалд ди Андради. В 1921 году он опубликовал в газете «Журнал ду Комэрсиу» (Jornal do Commércio) посвященную Мариу статью «Мой поэт-футурист». Мариу на друга обиделся, так как футуристом себя совсем не считал. Год спустя в «Интереснейшем предисловии» он напишет, возражая Освалду: «Я не футурист (из бригады Маринетти). Говорил – и повторяю еще раз. У меня есть точки соприкосновения с футуризмом. Освалд ди Андради ошибся, назвав меня футуристом. В этом моя вина. Я знал, что он пишет такую статью, и не предотвратил ее публикации. Стыд был такой, что я весь мир был готов порешить. Тщеславный я был. Хотел выйти из тени. Но теперь у меня есть чувство собственного достоинства. Надо будет вернуться в тень – пожалуйста. Я думал, это с моими идеями спорят (а идеи-то были даже не мои), а спорили с моими намерениями. Ну, а сейчас я молчать не собираюсь. Хватит, посмеялись над моим молчанием. Буду идти по жизни, взмахивая руками, как „Равнодушный“ Ватто».
Неделя современного искусства привела в том числе к образованию «Группы пяти» (Grupo dos Cinco), в которую входили художницы Анита Малфатти и Тарсила ду Амарал и писатели Мариу ди Андради, Освалд ди Андради и Менотти дель Пиккья. Пока большинство участников Недели почти в буквальном смысле «не понимало, что происходит» (например, график Антониу Паим Виейра принял участие в фестивале буквально «смеха ради»), это неформальное объединение уже осознавало, какие перед бразильским модернизмом стоят цели. Одной из них было создание подлинно бразильской литературы, подлинно бразильского искусства, подлинно бразильской музыки.
В 1926 году Мариу ди Андради выпустил сборник стихов «Ромб цвета хаки» («O Losango Cáqui») и сборник рассказов «Первый этаж» («Primeiro Andar»). 1926 год также считается годом сочинения единственного музыкального произведения, которое написал Мариу ди Андради – песни «Разбитая гитара» («Viola Quebrada»). В 1927 году выходит поэтическая книга «Клан жабути» («Clã do Jabuti»). В том же году Мариу ди Андради надолго покидает свой любимый город, чтобы отправиться в путешествие по Бразилии: «по Амазонке до самого Перу, по [реке] Мадéйре до самой Боливии, по [реке] Маражó до самого „не хочу“». В поездке он ведет дневник, который будет опубликован посмертно лишь в 1976 году под названием «Турист-ученик» («O Turista Aprendiz»). Это путешествие – погружение в родную страну, и оно найдет отражение в романе «Макунаима», который будет опубликован в 1928 году и немедленно станет практически культовым.
С конца 1928 по начало 1929 года Мариу уезжает на север Бразилии, чтобы исследовать народную культуру этого региона. На этот раз им движет интерес уже познавательный, а не только сентиментально-творческий.
Год спустя, в 1929 году, Мариу ди Андради поссорился со своим другом и однофамильцем Освалдом. Возможным поводом к окончательному раздору послужила статья шутника Освалда «Мисс Макунаима» («Revista de Antropofagia», 26.06.1929), в которой тот под псевдонимом Отасилиу Алекрин рассказал о встрече с «мисс Макунаимой». Тем не менее отношения между друзьями-однофамильцами и так были не очень: уже в 1927 году Мариу написал стихотворение «Камень в огород плохого друга»: «Ты… может, ты и зовешь меня своим другом… / Потеряв мощь своих крыльев, / садишься на мои шипы и потом весело взлетаешь. / А больно всё равно мне. / Но я тебе больше не друг». Друзья так и не успели помириться.
В 1930 году Мариу ди Андради публикует сборник стихов «Конец всех бед» («Remate de Males») – книгу о танце и любви. В одном из стихотворений здесь снова появляется Макунаима в роли влюбленного демиурга.
Тридцатые годы для писателя стали весьма насыщенным и непростым периодом. Как и для страны. В 1930 году закончилась эпоха Старой республики и «политики кофе с молоком»: в результате военного переворота к власти пришел Жетулиу Варгас. Новая власть постепенно становилась всё более и более авторитарной; уже в 1933 году Мариу ди Андради в письме другу жаловался на цензуру. «Жителям Сан-Паулу запрещают грустить!» – так он прокомментировал поправки, которые цензор внес в его газетную статью, удалив фрагмент о том, что городским жителям может быть грустно.
Происходит и окончательный раскол модернистского движения: больше нет ни «пау-бразил», ни «антропофагии», снова каждый сам за себя. Модернисты националистического крыла с Плиниу Салгаду (Plínio Salgado, 22.01.1895 – 08.12.1975) во главе всерьез подошли к созданию фашистской партии интегрализма. Бывший друг Мариу, Освалд ди Андради, вступил в коммунистическую партию, в которой оставался до 1945 года. Сам Мариу активной политической борьбой не занимался, но и не стеснялся в выражениях относительно действующей власти.
Тем не менее в 1934 году мэр Сан-Паулу Фабиу Праду предложил Мариу организовать и руководить только что созданным городским департаментом культуры. Писатель предложение принял, несмотря на опасение стать
