— А она заявила, что вы хотите меня окрутить и что вы даже хуже, чем она думала. Это ужасно несправедливо: вы ведь просто выполняете свою работу. И я сказал ей, что искренне вас уважаю и что она в корне ошибается на ваш счет, и, боюсь, немного даже вышел из себя, потому что она ничего не хотела слушать.
— Превосходно!
— А затем она велела мне убираться. И сказала, что ни о чем не хочет со мной говорить. Заявила, что немедленно собирает вещи и уезжает.
На мистера Вейда жалко было смотреть. Мадлен улыбнулась.
— Я знаю, что делать. Скажите ей, что уехать должны вы. Поэтому вы немедленно пакуете вещи и переезжаете в город.
— Но я не хочу!
— А вам и не придется. Мысль о том, что она останется здесь, а вы будете развлекаться в Лондоне, миссис Вейд совсем не понравится.
* * *
На следующее утро Реджи Вейд делился с Мадлен свежими новостями.
— Она говорит, что все обдумала и решила, что нечестно было бы уехать сейчас, ведь она обещала подождать шесть месяцев. И еще она сказала, что, поскольку мои друзья гостят здесь, она не понимает, почему бы ей не пригласить своих. Сюда едет Синклер Джордан.
— Это он?
— Да, и будь я проклят, если пущу его на порог.
— Вы должны, — заявила Мадлен. — И не волнуйтесь так, я им займусь. Скажите жене, что вы подумали и у вас нет ни малейших возражений, только вот вы надеетесь, что она не против, если я погощу у вас еще с недельку.
— О Господи! — простонал мистер Вейд.
— Мужайтесь! — подбодрила его Мадлен. — Все идет как надо. Пара недель — и все ваши горести останутся в прошлом.
— Две недели? Вы думаете? — с надеждой переспросил мистер Вейд.
— Я знаю, — твердо сказала Мадлен.
Неделей позже Мадлен де Сара вошла с офис мистера Паркера Пайна и обессиленно рухнула в кресло.
— Приветствую королеву вамп![1] улыбнулся ей мистер Паркер Пайн.
— Вамп! — фыркнула Мадлен. — Господи, ну и работенку вы мне подкинули! Этот человек просто помешан на своей жене. Прямо болезнь какая-то!
Мистер Пайн улыбнулся.
— И не говорите. Впрочем, в какой-то мере это упрощает нашу задачу. И потом, дорогая, неужели вы думаете, что я с легким сердцем подверг бы вашим чарам того, кто не предан своей жене?
Девушка рассмеялась.
— Знали бы вы, до чего трудно было заставить его поцеловаться!
— Новый опыт всегда полезен, дорогая. Итак, ваша миссия завершена?
— Да. Думаю, там все как надо. В конце у нас была потрясающая сцена. Погодите, последний отчет я посылала вам три дня назад?
— Да.
— Тогда я расскажу. Как я и предполагала, достаточно было глянуть на этого жалкого червяка, Синклера Джордана, — и он был весь мой без остатка. Бедняга вдобавок решил, что я богата: платье-то вон какое! Миссис Вейд, понятно, была вне себя. Надо думать, ведь оба ее поклонника напрочь забыли о ней и увивались вокруг меня. Ну, а я показала свое предпочтение. Высмеяла этого Синклера Джордана с ног до головы. Его одежду, его длинные волосы и, наконец, его кривые ноги.
— Блестящая работа, — одобрил мистер Паркер Пайн.
— Ну, и вчера вечером она не выдержала. Выложила все начистоту. Заявила, что я хочу разрушить ее брак. Реджи Вейд заикнулся было насчет Синклера Джордана, но она тут же возразила, что к этому ее подтолкнули исключительно страдания и одиночество. Она давно уже замечала холодность мужа, только до сих пор не догадывалась о причине. Напомнила ему, что они были идеальной парой, жили счастливо, и что она всегда его обожала и он это прекрасно знает, и что ей нужен он, и только он.
— Я сказала, что уже слишком поздно. Мистер Вейд держался молодцом и выполнил все инструкции. Сказал, что, мол, уже действительно поздно, что все уже решено и он женится на мне! А миссис Вейд может хоть завтра выходить за своего Синклера. И вообще, он не понимает, зачем откладывать бракоразводный процесс, тем более на такой огромный срок — шесть месяцев.
Заверил ее, что в течение нескольких ближайших дней предоставит неопровержимое свидетельство своей супружеской неверности, с каким любой суд без разговоров даст ей развод. Сказал, что жить без меня не может. Тут миссис Вейд начала хвататься за сердце, вспомнила, что оно у нее очень слабое, и стала просить бренди. Мистер Вейд и тут не сдался. Первым же утренним поездом уехал в город, и я нисколько не сомневаюсь, что миссис Вейд немедленно ринулась за ним.
— Ну и отлично, — жизнерадостно сказал мистер Паркер Пайн. — Такой потрясающий успех.
Дверь распахнулась настежь, и в комнату влетел Реджи Вейд.
— Она здесь? — грозно вопросил он, надвигаясь на мистера Пайна. — Где вы ее прячете?
Узрев Мадлен, он подлетел к ней и заключил в свои объятия.
— Любовь моя! — вскричал он. — Дорогая! Ты ведь знаешь, что прошлым вечером я говорил чистую правду? Каждое мое слово! Не понимаю, как я мог быть так слеп! Но я прозрел, любовь моя! Вот уже три дня, как я осознал это!
— Осознал что? — слабо выдохнула Мадлен.
— Я обожаю тебя! Я люблю и всегда любил одну тебя! Айрис подаст на развод, и, когда с этим будет покончено, ты выйдешь за меня замуж — ведь правда, любовь моя? Ответь мне «да», Мадлен, я обожаю тебя.
Он стиснул остолбеневшую Мадлен в объятиях, но в этот момент дверь снова распахнулась, и в комнату ворвалась худая взъерошенная женщина в неопрятном зеленом балахоне.
— Так я и знала! — грозно заявила она с порога. — Я следила за тобой. Знала, что ты пойдешь к ней!
— Могу вас заверить, — начал было почти уже пришедший в себя мистер Паркер Пайн, но его даже и не заметили.
— О Реджи! — простонала миссис Вейн. — Только вернись, и я ни словом не напомню тебе обо всем этом. Я научусь играть в гольф. Откажусь от этих ужасных знакомых, которые так тебя раздражают. Вспомни о годах, что мы были счастливы вместе.
— Я никогда не был счастлив, — отрезал мистер Вейд, не сводя глаз с Мадлен. — Да что, черт возьми, с тобой такое, Айрис? Ты же хотела выйти за этого осла Синклера? Вот и выходи.
Миссис Вейд горестно застонала:
— Да я ненавижу его! Меня тошнит только при одном упоминании о нем.
Она повернулась к Мадлен:
— Злодейка. Мерзкое чудовище! Ты украла у меня мужа!
— Да не нужен мне ваш муж, — возмущенно заявила Мадлен.
— Мадлен! — вскричал мистер Вейд голосом, полным невыразимой муки.
— Пожалуйста, уходите, — сухо предложила Мадлен.
— Поверь мне, это правда, я люблю тебя!
— Да уходите же! — истерично взвизгнула Мадлен. — У-хо-ди-те!
Реджи нехотя двинулся к двери.
— Я вернусь, — предупредил он. — Вы еще обо мне услышите!
И, хлопнув дверью, он вышел.
— На таких, как вы, нужно выжигать позорное клеймо! — бушевала миссис Вейд. — Реджи был сущим ангелом, пока не познакомился с вами. А теперь… теперь я просто не узнаю его!
Она всхлипнула и поспешила вслед за мужем. Мадлен и мистер Паркер Пайн молча уставились друг на друга.
— И не смотрите на меня так, — не выдержала наконец Мадлен. — Он прекрасный человек, добрый и милый… Но я не хочу за него замуж! Я и представить себе не могла… Если бы вы только знали, как трудно было заставить его поцеловаться!
— Кхм! — кашлянул мистер Паркер Пайн. — Как ни печально, виноват во всем я. Так ошибиться в клиенте!
Он грустно покачал головой и, достав из стола папку с делом мистера Вейда, написал поперек обложки:
«Неудача — в силу стечения обстоятельств.
Nota Bene.[2] — Следовало предвидеть».
Примечания
1
Вамп — обольстительница, роковая женщина.
2
Заметь хорошо (лат.) — помета, служащая для того, чтобы привлечь внимание к какой-либо части текста.
