не поглотило нас. И в этот момент раздался взрыв. Бесшумный, но сильный вихрь закрутился вокруг нас разноцветными сполохами, а потом, всё так же резко, пропало. Так же текла река, светили над головой те же звёзды, перед нами была та же местность с обрывом и, склоняющими с него в воду, плакучими ивами, но мир был другой…
Я оглянулся и не увидел огней турбазы. Вместо неё, перед нами возвышался огромный особняк в стиле конца 19-го века. Все его огромные окна были освещены. Вокруг дома был разбит великолепный сад с широкими прорезями аллей и бесконечными огнями иллюминации над обвитыми плющом беседками. Под ногами не было травы. Правильно положенные, красивые и, видимо, безумно дорогие тротуарные плитки были идеально подогнаны друг к другу. Мои ботинки! Я не узнал их. Конечно, я покупал хорошую фирменную обувь, но то, что сейчас было на моих ногах – это неописуемо. На мне были ботинки из натуральной крокодиловой кожи! Костюм был тоже выше всяких похвал: светло кремового цвета, в широкую полоску, он как будто сошёл с глянцевой обложки модного журнала. Белая сорочка, чувствовалось, была одета явно в первый раз. Венчала всё это великолепие шляпа «а ля» Аль Капоне.
-Когда же я успел заснуть? - удивился я. - Выпивка с утра чревата неожиданностями вечером.
И тут, я вспомнил о своих друзьях. Обернувшись, я подумал, что очень хорошо отношусь к ним, раз в своём сне, так преобразил их. Лариса, как будто скинула лет двадцать пять: постройнела, куда-то делась тяжесть в бёдрах, пропали морщины, кожа натянулась. И без того, всегда аккуратная прическа превратилась в шедевр парикмахерского искусства. Светлые локоны ниспадали по овалу хорошенького лица. Одета она была в светлое вечернее платье, выгодно подчёркивающее её соблазнительную фигуру. Алексея описывать не буду. Скажу лишь, что в чёрном однобортном, приталенном костюме, он был элегантен, как новый рояль.
- А сон- то, так, ничего себе. Солидный, основательный. Сейчас суну руку в нагрудный карман, а там бумажник с увесистой пачкой евро. Всегда мечтал иметь, обязательно, дорогой бумажник, полный, непрекращающейся, валюты. - Опустив руку в нагрудный карман, я действительно ощутил приятную на ощупь натуральную кожу большого кошелька, а открыв его, увидел пятисотенные и двухсотенные купюры евросоюза. Я, обалдело, покрутил в деньги в руках. Даже для сна это было круто.
-Ну, как вы чувствуете себя в моём сне? - спросил я своих спутников. - Правда ведь, мощная у меня фантазия? Надеюсь, вы на меня не в обиде?
-Да, никакой это не сон. Я чувствую себя совершенно реально. Вот, даже голова после выпитого начинает болеть,- вдруг, совершенно неожиданно, ответил Алексей. - Что вы на меня смотрите? Думаете, почему в вашем чудесном сне вы не рулите и с вами спорят? Давайте спросим у Лары.
-Ларис, ты как себя чувствуешь?
-Ой, мальчики, на все сто. Если это сон, я не хочу просыпаться. Я всегда о таком мечтала – оказаться вот в такой роскоши, да ещё с такими импозантными кавалерами, как вы. Ура!
Я посмотрел на них, наверное, очумелыми глазами:
-Нет? позвольте, давайте разберёмся. Вы что же, хотите сказать, что всё это вокруг настоящее, а не плод моего горячечного воображения? Но это невозможно, нонсенс!
-Ну, обычно, в таких ситуациях щиплются. Потому, что во сне невозможно почувствовать боль, если, конечно, в реальности это место или орган не болит.- Лариса подошла ко мне вплотную, окутав запахом дорогих духов, и неожиданно больно ущипнула за мочку уха.
-Дура! Ты чего делаешь?- не сдержавшись, заорал я, потирая покрасневшее ухо. - Себя щипай!
Немного успокоившись, я ещё раз оглядел своих спутников и задал глупый вопрос:
-А тогда, что это всё значит?
-Пошли лучше выпьем. Чего просто так стоять. Сядем. Подумаем. Тем более, я вижу ты при «капусте»,- снова встрял Алексей, кивнув на зажатый у меня в руке и, благополучно забытый, бумажник.
- У себя в карманах пошарь, - беззлобно парировал я.
Лёша проворно «прошелся» по внутренностям своего костюма и, действительно, выудил на свет божий портмоне, в котором оказалось немало денег. То же было и в сумочке Ларисы.
- Ну, что, пошли «буржуи недорезанные», - как-то банально пошутил Алексей и двинулся в сторону здания.
Мы выбрали беседку, стоящую неподалеку от входа в особняк. Как я уже говорил, она была вся увита плющом. Ярко-зелёный цвет растения контрастно гармонировал с белым мрамором из которого, собственно говоря, и было сделано это уютное сооружение. Внутри стоял стол из красного дерева и удобные кресла, обшитые белой натуральной кожей. Столовые предметы были, безусловно, серебряными, с инкрустацией золотом. Одним словом, всё говорило о тяжеловесном, неприподъёмном и необозримом богатстве.
-Кто дворец заказывал?- вроде, полушутя поинтересовался я, открывая папку меню с тиснёными золотыми буквами.
-Я, - смущённо, почти прошептала Лариса и, почему – то, покраснела.
Мои брови вскинулись вверх, рядом поперхнулся и закашлялся Лёха.
-Что ты хочешь этим сказать? – мы удивлённо смотрели на, не знавшую куда глядеть, Лару.- И самое главное - когда и зачем?
- Ну, понимаете, я сама не знаю, как это получилось. Ну, тогда, то есть сейчас…- начала спутанно говорить она. – Когда я предложила помечтать, и сама закрыла глаза, и представила вот всё это, как в сказке.
- Вы случайно в «Хогвартсе» не учились, на метле не летали, играя в «квидич»?- видимо от безнадёжности что-либо понять, начал ёрничать Алексей.
-Так, наоборот, кое - что начинает проясняться, -вставил свою реплику я, -значит желания просто начинают сбываться. – Что - то не видно официантов и нет ни одного гостя. Ну, Лара продолжай мечтать, а то это какая-то пьянка на троих получается.
В ту же секунду зал начал заполнятся посетителями, а к нам подскочил халдей, очень неплохо для официанта упакованный.
-Что прикажете? Есть расстегайчики, икра красная, чёрная, креветочки, лобстеры, крабы, настоящий салат оливье, грибочки, мясо кабана, кенгуру, крокодила. Из моря свежие осьминоги, живые устрицы с лимончиком и так далее. Всё для вас. Выпить можем предложить коньяк от 10 лет и далее, до бесконечности, виски шотландское, американское, ирландское, шампанское французское, настоящее «Советское» урожая
