Закутавшись в уютный домашний костюм, задумалась, чем бы заняться дальше. Решила провести время в сети в кои-то веки не по рабочим вопросам, а без конкретной цели.
«Доступ к сети отсутствует» высветилось на голоэкране бука. Я несколько раз обновила страницу без видимого успеха. Вот так всегда, только соберёшься побездельничать, жди большой облом. С грустным вздохом плюхнулась на мягкую кровать прямо поверх пушистого персикового покрывала. Внешний голоэкран напротив транслировал красивые виды Интара в закатных лучах солнца. Ещё совсем рано.
Я как раз раздумывала, что бы почитать, листая список виртуальной библиотеки комма, когда он встрепенулся у меня на руке, уведомляя о звонке. Голографическая версия головы Бэна появилась на моей ладони.
- Дэлла, это просто катастрофа! – надрывно всхлипывал он, - Они тут всё расплавили! Я ничего не мог поделать!
Я резко подскочила, стряхивая расслабленную сонливость.
- Кто? – спросила, внутренне готовая к очевидному ответу.
- Цизулцы! – парень бился в истерике, - Пол бара разворотили! Ты должна это видеть!
Отключившись, я в каком-то трансе схватила первую попавшуюся одежду и бегом ринулась в бар.
Главa 3
День 4
Сидя на высоком стуле в углу, я отрешенно наблюдала за разворачивающимся в баре безобразием. Трое шестируких, насекомовидных цизулцев кружили по залу, издавая громкий возмущенный треск на своём языке. Спорщики были чрезвычайно увлечены и не отвлекались на попытки других посетителей и Бэна призвать их к порядку. В какой-то момент один из них вышел из себя, и, первый снаряд кислоты окатил ближайший столик. Посетители в панике бросились к выходу. Бэн метался между стойкой и цизулцами, что-то кричал, периодически стреляя в мою сторону полубезумным взглядом. Я спокойно продолжала сидеть, никак не реагируя на разрушение источника своего дохода. Уже три стола плавились, стекая на пол густыми чёрными потоками. Меня это совершенно не волновало.
В воспалённом мозгу как в перемотке крутилось дальнейшее развитие событий. Сейчас тот зеленоватый цизулец отбросит своего оппонента прямо на правый край стойки, послав вслед длинную струю кислоты. Незадачливый противник спасётся, соскользнув на пол, и повалит третьего, раздавив им почти новый диванчик у шестого столика. К этому времени барная стойка будет представлять собой исходящий пеной водопад пластиморфа, который, стекая, подпалит задницу – вернее часть панциря, что у инсектоидов вместо неё - сидящему на полу цизулцу. По-моему, вполне заслужено.
Ко времени прибытия безопасника сектора, бар превратится в воняющее нагромождение безобразных оплавленных куч.
Я знала это также точно, как своё имя, ведь последние четыре дня провела в водовороте этого повторяющегося кошмара.
Если отбросить версию, в которой я сошла с ума от продолжительного воздействия алкогольных паров, остаётся только одно. Мы застряли в наровой временной петле, и, почему-то, никто кроме меня не имеет об этом ни малейшего понятия!
***
День 7
Безопасник восьмого сектора космической станции Т`аинир - Сорен К`енран вернулся на рабочее место с головной болью. Всего три месяца с назначения, а ему уже хочется сбежать. Решение мелких дрязг и улаживание соседских споров это тебе не спецоперации по поимке космических пиратов. Хотя, объяснять разъярённому далийцу, что его незаконная врезка в отопительную систему станции вызвала перегрев и отпирание всех замков в зверинце его соседа оджо, а значит, он сам виноват в нападении шейлакса, было почти также утомительно.
Сорен опустился в кресло и облокотился о стол. Не о такой работе он мечтал, поступая в Луарскую военно-космическую академию. Мальчишкой он воображал весёлую жизнь, полную приключений, отличную от однообразной скуки родительской фермы. Сейчас же мысли о работе на земле вызывали не раздражение, а тянущую грусть. Восемь лет тяжелейшего обучения, лишений и честной службы привели его на задворки галактики в недра забытой всеми богами космической станции, на которой просто не может случиться ничего интересного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Раздался входной сигнал, дверь отъехала, пропуская посетителя – симпатичную девушку землянку с пламенными ярко-рыжими волосами, собранными в высокий хвост. Луарцы, земляне и ещё несколько известных видов гуманоидов имели схожие фенотипы, предполагающие наличие далёкого общего предка, но, насколько знал Сорен, настолько яркий цвет для землян не характерен, в отличие от смуглых рыжевато-коричневых луарцев, к коим относился он сам. Но этой голубоглазой девушке с белоснежной кожей, словно пески пустыни С`леда на Луаре, рыжий, пусть и не родной, был к лицу, оттеняя мягкие черты лица, казавшиеся такими беззащитными без выраженных надбровных дуг и скуловых наростов.
Кажется, они уже встречались. Он вспомнил, что видел её во время обходов. Такая молодая, слишком мягкая с виду, чтобы быть хозяйкой бара. Но, похоже, дела у неё шли не плохо.
Сорен поднялся, приветствуя девушку.
- Добро пожаловать. Чем могу помочь, ие? – забывшись, он использовал обращение, принятое на Луаре, но она не стала его поправлять.
- Ну, начнём с начала…- ответила Дэлла, приготовившись к новому раунду объяснений.
***
Ситуация, в которой я оказалась, заставила меня задуматься, прикинуть варианты. Манипуляции со временем были запрещены задолго до моего рождения на общегалактическом научном симпозиуме. Помню, в школе нам рассказывали о серии неудачных экспериментов, связанных с попытками разгадать законы временной шкалы и получить возможность путешествовать по ней, которые чуть не привели к исчезновению галактической цивилизации. Дома я сказала отцу, жаль, что нельзя вернуться в прошлое и забрать оттуда маму, а он ответил, что события должны идти своим чередом и важнее всего в нашем мире равновесие, даже если иногда трудно это принять. Тогда я его не поняла, а теперь…
Не хотелось думать, что станция стала объектом безумного незаконного эксперимента, но это лучшее объяснение, пришедшее мне в голову. Уж точно лучше каких-нибудь неизвестных неконтролируемых космических явлений. Надеюсь, такое в принципе невозможно. На эксперимент, по крайней мере, можно повлиять.
Я прошлась по другим секторам и убедилась, что там происходит то же самое. Что бы это ни было, оно влияет на всю станцию. Судя по моим наблюдениям, петля захватывала ровно одни космические сутки. Каждый раз, где бы я ни была в момент её окончания, глаза открывала уже дома в постели под жужжание комма. Один раз даже попыталась улететь на пассажирском звездолёте, всё бестолку. И главное, никто кроме меня ничего не замечал. Это не давало мне покоя. Почему?
Самое страшное, я не представляла, что делать. Как остановить то, чего не понимаешь? Не имея понятия, кто или что за этим стоит? Я пыталась размышлять рационально, старательно приглушая нарастающую панику и ощущение беспомощности.
Нет смысла терзать себя. Я не учёный, в физике не разбираюсь, расследования вести не умею. Понятия не имею, с чего вообще начать. А делать что-то надо, вряд ли петля прекратится сама собой. Мне нужен кто-то, кому можно довериться, тот, кто поймёт, как разобраться с ситуацией.
Начальник станции? Нет, слишком большая шишка, к нему так просто не прорваться. Руководитель службы безопасности? Видела его как-то по внутренним новостям - прилизанный неприятный луарец, мутный, глазки бегают. Пятой точкой чувствую, что только неприятностей с ним наживу. Кто же тогда? Безопасник нашего сектора?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Луарец Сорен К`енран начал работать недавно, и, наше более или менее близкое знакомство началось как раз с «сегодняшней» драки в баре, когда ему пришлось утихомиривать цизулцев и описывать ущерб. Тогда мне было не до чего, но то, как быстро, спокойно и умело он справился с ситуацией, произвело впечатление. Он показался тем, на кого можно положиться, редкое качество в наше время. К тому же, у безопасника есть доступ к базе данных станции, спискам проживающих и посетителей, расписанию рейсов кораблей. Да и вся эта ситуация подпадает под компетенцию службы безопасности. Наверное. Хотя, вряд ли раньше такое случалось.
