у них главный?
– Как бы это странно не звучало, но среди нас нет главных, мы все равны.
– А кто из вас Старец?
– Его среди нас нет. Вы путаете нас с другими.
– Мы готовы говорить со старцем.
– Это, наверное, не моё дело, но если вы ведёте какие-то дела со Старцем, то лучше бы вам ему не доверять, – сказал я.
– Это и правда не твоё дело, молчи! – Крикнул на меня Медведь, а потом перевёл внимание на девушку. – Что ж жаль, но тут его нет. Если хочешь, то можешь поговорить со мной. Я Медведь.
– Вижу, ты меня помнишь.
– Если бы и хотел забыть, то мне бы не удалось, – со злостью ответил Медведь.
В этот момент мы ничего не понимали.
– Если бы я знал, что говорить придётся с тобой, то лучше вырезал бы себе язык.
– Ну ладно тебе, Медведь, старые обиды в прошлом. Я вот уже простила вас и забыла обо всём.
– Ну да, это же не мы убили шестерых из вас. Они между прочим были нашими братьями.
Теперь ситуация немного прояснялась.
– Так и не мы это всё начали. Вы сами виноваты. К чёрту былое, что вы готовы нам предложить?
– Мы слышали, что у вас проблемы с дикими. Мы готовы решить их. Мы не настолько милосердны как Старец, чтобы жалеть кучку сумасшедших придурков и готовы убить их.
– Да, они и правда нам надоели. Хорошо, если вы устраните эту проблему, то мы поговорим с нашими главами и посмотрим, что можно сделать. Но говорить мы будем только о вас шестерых. Сколько времени вам нужно?
– Месяц.
– Так не пойдёт, – вмешался я. – Для убийства диких нам нужно больше людей. Куда больше.
– Хорошо, мы поговорим о десяти людях, но ни одним больше.
Они уже собрались уходить.
– Подождите, – не унимался я. – Дикие причиняют вам серьёзные проблемы, раз вы обратились к нам за помощью. И вы согласились на большее число людей, значит они весьма опасны. Так просто мы с ними не справимся, нам нужно оружие, настоящее оружие, железо, а у вас его в избытке.
– А ты наглый, Волк…
– Просто не хочу подыхать, и чтобы кто-то из моих друзей подыхал, только за то, что вы поговорите с кем-то ещё, непонятно о чём. И поговорите ли вообще.
– Что ж, ладно, будь по-твоему, мы достанем оружие и принесём сюда, ждите. Но не смейте ещё о чём-то просить иначе вы познаете нашу ярость!
– А большего нам и не нужно. Пока что.
Она скрылись в лесу, так же быстро, как и появились.
Медведь накинулся на меня.
– Ты совсем охренел?! Ты хоть представляешь кто это?! Твоя наглость могла стоить всем нам жизней!
– Это не я начал! Это ты вписал нас под войну с дикими! И с какого хрена?
– Ты, блядь, даже не знаешь, кто они такие! И сейчас они нужны нам куда больше, чем мы им! Мы должны были что-то предложить и кроме этого было нечего!
– Да, блядь, но ты хоть с кем-нибудь обсудил это?! Как ты и сам сказал, мы все на равных, но ты вписал нас в войну не поговорим ни с кем! Я всего лишь выбил для нас более-менее нормальные условия, чтобы мы не сдохли!
– Блядь!
– Постой Медведь, – вмешался Кабан. – Волк прав, ты ни с кем не обсуждал эту перспективу убийства диких. И если с амазонками мы и не знакомы, то вот диких каждый из нас встречал. И волк был полностью прав, когда выбил для нас хоть какие-то преимущества.
– Да что ты блядь знаешь о них?! Та что говорила, это её мы пытались схватить в лесу! Она убила троих моих братьев, не моргнув и глазом! Реши она, что мы перегибаем, она бы и сейчас перебила всех нас, без малейшего колебания!
– Ты перегибаешь, Медведь. Всё что мы только что видели, так это несколько симпатичных девушек. Весьма симпатичных. Ни у одного нормального мужика рука не поднимется на девушку, а тем более на такую красотку.
– Это блядь я перегибаю? Это сука, я перегибаю, нахуй?! Может это на твоих глазах они убивали твоих братьев?! А сука?! Нет, блядь! Это я смотрел как погибают те, с кем я жил и охотился бок о бок! И я знаю о чём я говорю!
– Успокойся, Медведь, – сказал Лис.
– Я блядь, перегибаю?! Я посмотрю, как я перегибаю, когда они натянут вас на пики! Вот тогда блядь, посмотрим, кто тут, сука перегибает! И может тогда я успокоюсь!
Медведь в ярости ушёл в сторону леса.
– Да, для медведя явно была сложна это встреча и он жёстко нагнетает, – сказал Койот.
– А что ты думаешь, Вепрь? Ты уже встречался с амазонками раньше, – спросил я.
– Даже не знаю, от части вы и правы. Вот сейчас я увидел их и у меня до сих пор стояк не спадает в штанах. Какой, нахуй ударить, я и заговорить то с ними не решился. Может тогда это и правда были игры сознания, и мы так отстойно проиграли, но может они и правда хорошие воительницы. Я правда не знаю.
– Давайте рассуждать логически. Они так же, как и мы попадают на этот остров, а значит попадают сюда с восемнадцати лет, не раньше. Все мы жили в одном временном промежутки, значит и они из того же года, что и мы. Какова вероятность того, чтобы собрать десяток воительниц в двух тысяче сороковом году и поместить их сюда? Вероятность ничтожна. А это значит, что все они берут оружие в руки, только когда попадают на остров. Скорей всего они усердно тренируются. Очень усердно. Может быть они быстрее нас, выносливее, ловчее, но сила точно на нашей стороне. И всё чем они пользуются, так это своей красотой и безжалостностью, чтобы отвлечь нас, ослабить и убить. Это единственное адекватное объяснение. Диким насрать на это, поэтому они и доставляют им такие проблемы, – заключил Кабан.
– Кабан, а как до тебя это дошло? – Спросил Койот.
– Ну знаете, пока вы все сейчас мучаетесь от стояков в своих штанах, вы не особо то и способны думать. А как вы знаете, я раньше варил наркоту, ну и при варке выделяется куча вредных веществ, которые оседают в организме. Одна из побочек этого, это импотенция. Чем я и страдаю.
Мы все рассмеялись.
– Блядь, Кабан, твоя импотенция раскрыла нам глаза на мир! – Подвёл итог Койот и обнял Кабана.
– Ладно, всё хорошо, что мы выяснили, что амазонки, это обычные девушки, которые
